Special Forces

Объявление


ПАРТНЁРЫ И ТОПЫ


Уголок crabbing-писателей _fogelver_| FOGELVER - талантливая художница ВКонтакте Рейтинг форумов Forum-top.ru photoshop: Renaissance

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Special Forces » Астральный поток » Under my skin


Under my skin

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

Фрэнсис Ли и его воспоминания.

0

2

[icon]http://forumfiles.ru/uploads/000b/3d/29/328/46833.png[/icon][nick]Francis Lee[/nick][status]In a world so cold[/status]

2003 год, Хейвордс-Хит, приют Святого Юлиана

- За тобой никто не придет, Фрэнсис Ли.

Шел пятый месяц с того времени, как Ли Чоныль прибыл в Великобританию и обрел новое имя. И новую семью в лице дальних родственников со стороны матери – Томаса и Джона Мунов. Только вот они много работали на благо Ордена и Церкви, а потому он не мог жить с ними постоянно, и должен был жить в приюте. К тому же, как ему терпеливо объяснял Томас, в приюте он может многому научиться, чтобы, став старше, также бороться со злом во имя Творца.

- За тобой никто не придет, Фрэнсис Ли!

Дети прозвали его Плакса-Фрэнсис. Конечно, еще бы они его так не называли. Даже будучи ребенком, он понял, что дети могут быть поразительного жестоки к тем, кто отличается от них или проявляет малейшую слабость. Или совершает ошибки.
Прозвище Плакса он приобрел в свой первый день в приюте. То, как он цеплялся за руку хёна, как кричал и плакал, как умолял, чтобы Томас не уходил, видела чуть ли не половина проживавших там детей. Которая рассказала тем, кто не видел.
Они посчитали его плаксой. Слабаком. Неженкой. Девчонкой. Они решили, что поняли, почему он так себя вел, будто влезли ему в голову и все-все узнали. 
Но как они могли знать то, что в тот момент им овладел страх, который начисто лишил его способности думать и контролировать себя. Это не был страх перед новым местом. Ему пришлось покинуть родной дом и жить на остове Чеджу, а после часто менять место проживания, пока они с бабушкой не добрались до Великобритании. Это не был страх перед другими детьми. Да, он вырос в особняке клана Ли, где было не очень много детей и большую часть времени он проводил со старшим братом Чонхэ, который во многом потакал ему и баловал его. К тому же, он был очень добрым и с ним было легко найти общий язык. Фрэнсис не хотел отпустить теплую ладонь Томаса, потому что боялся, что тот больше никогда не вернется. Как родители. Как братья. Как бабушка. Что он выйдет за ворота приюта, и Фрэнсис больше никогда его не увидит. Ведь у него тоже опасная работа. Одна мысль об этом заставляла мальчика плакать и кричать. Это была попытка хоть как-то контролировать ситуацию, попытка сделать хоть что-то.
Только Томасу под силу было его успокоить. Ласковый голос и теплые слова хёна помогли ему. Томас обещал, что будет забирать его на выходные. И он сдержал свое обещание. Каждую пятницу к строго назначенному часу Фрэнсис садился на крыльцо приюта, а за спиной у него был небольшой синий рюкзачок с его нехитрыми вещами. Если хён обещал, то он непременно сдержит свое обещание! Иначе быть не могло.

- За тобой никто не придет, Фрэнсис Ли!

Когда за ним приходили, то весь мир словно становился ярче. Томас отводил его в небольшую, но уютную квартиру, которую делил со своим отцом, где кормил вкусностями и спрашивал как дела, а после терпеливо выслушивал его маленькие невзгоды и жалобы. Фрэнсис же спрашивал хёна о том, как прошла его миссия. Иногда Томас рассказывал все спокойным тоном, порой шутил, а порой становился грустным. Если хён грустил, то Чоныль тут же обнимал его, ведь он прекрасно знал, что теплые объятия помогают от любой печали. Томас улыбался ему и ласково гладил по голове. Тогда Фрэнсис просил какао, ведь хён всегда делал его для них обоих. Какао прогоняло все тревоги также как и объятия.

- За тобой никто не придет, Фрэнсис Ли!

И все же, Томас не мог забирать его так часто, как хотел. Порой он задерживался, на миссиях, но тогда он звонил в приют, чтобы предупредить об этом и просил Фрэнсиса к телефону. В такие моменты он очень расстраивался, но старался не показывать этого хёну. Иногда его забирал дедушка Мун, который даже тогда постоянно ворчал, что не будет с ним нянчится, и что Томас слишком много ему позволяет. Порой он говорил, что Фрэнсис весь в своего отца, что расстраивало, потому что из  уст дедушки это звучало не очень хорошо. Он прекратил это делать после серьезного разговора с хёном.
Какие бы обстоятельства не задерживали Томаса, Фрэнсис всегда знал, что он не забыт, что он не брошен. Он расстраивался, но то, что такое долг он знал с самых малых лет. Он никогда не обижался на отца и мать за то, что они мало времени проводили с ним. У них был долг и очень важная работа – охота, защита невинных людей от злых существ. Он не обижался и на Чонмина, ведь его самый старший брат уже взрослый, он должен был пойти по стопам родителей, а значит ему уже не до возни с детьми. Только на Чонхэ он дулся, ведь тот еще не стал охотником, так что вполне мог бы играть с ним подольше.
У Томаса и Джона тоже важная работа, а значит, он сможет немного потерпеть.
   
- За тобой никто не придет, Фрэнсис Ли!

Это сказал ему мальчик из приюта, Грегори Смит. Он был на три года старше Чоныля и на целую голову выше. Именно он первым придумал называть его Плаксой, именно он смеялся над тем, что Фрэнсис, еще не привыкший к новому имени, иногда не отзывается, когда его зовут, именно он передразнивал его, когда он путал слова незнакомого и чужого для него языка. И именно он вечно говорил ему, что Томас не придет, что его бросят тут и не заберут. 
Фрэнсис злился на Грегори за это. Тому явно нравилось издеваться над тем, кто был слабее и младше. Какой же из него вырастет служитель Ордена после этого? Пару раз Фрэнсис хотел пожаловаться на Грегори хёну, но каждый раз не делал этого. Он сможет справиться сам. Хён на его месте не стал бы жаловаться дедушке Муну. Он бы точно разобрался сам, ведь он такой сильный, такой умный. И Фрэнсис сможет.

- За тобой никто не придет, Фрэнсис Ли!

Это было любимым развлечением Грэгори. Когда Томас задерживался, он возникал подле Фрэнсиса и говорил эти жестокие слова, зарождающие в душу зерна сомнений, что будят глубокий страх быть оставленным, брошенным. Страх остаться одному навсегда, в приюте, где у него нет ни единого друга, в чужой стране, где многое все еще кажется незнакомым и пугающим. Иногда Фрэнсис видел кошмары, в которых Томас не приходил в назначенный час. Или ему говорили, что Томас не придет, что он погиб на задании. Тогда мальчик просыпался и начинал тихонько плакать в подушку, съежившись в комок под одеялом, мечтая, чтобы хён оказался рядом, чтобы утешил его и сказал, что все будет хорошо.
А когда Фрэнсису приходилось оставаться на выходные, то Грегори зло торжествовал.
- Он тебе соврал. Он больше не придет. Я же говорил. Взрослые всегда врут.
- Томас не такой! Он не врет! Он обещал и придет! Ты просто его не знаешь, - кричал в ответ Фрэнсис.
Ему завидовали многие дети. Некоторые из них были сиротами, как он сам, некоторых забрали из не самых благополучных семей, но все равно они желали вернуться туда, ведь любили родителей искренне, как могут только дети. Они тоже хотели, чтобы их забрали. Наверное, Грегори тоже, поэтому он постоянно говорил те жестокие слова.   

- За тобой никто не придет, Фрэнсис Ли!

В этот раз Томас снова задерживался. Чоныль нетерпеливо смотрел на циферблат маленьких часиков, которые подарил ему хён. Он научил различать стрелки друг от друга, объяснил в какое время он придет. Верный рюкзачок уже был за спиной у мальчика. Он терпеливо сидел на крыльце, ожидая хёна. И снова Грэгори сел с ним рядом. И снова сказал те злые слова.
И тогда Фрэнсис не выдержал. Иногда он давал отпор своему обидчику, не боясь бросаться с кулаками на того, кто сильнее и старше. На него жаловались Томасу, который потом терпеливо объяснял ему, что одним насилием проблему не решить. Тогда хён беседовал с ними обоими, и наступало кратковременное перемирие. До новой выходки.
- За тобой никто не придет, Фрэнсис Ли!
- Отстань от меня! – закричал Фрэнсис. – Я знаю, я все знаю! Твои родители тоже умерли!
Фрэнсис узнал об этом случайно. Он подслушал разговоры старших. Родители Грегори были членами Ордена и оба отдали свои жизни во имя Творца. Тогда он испытал, что то вроде сочувствия к своему обидчику. Не очень-то они и отличались друг от друга. Только вот родителям Грегори удалось исполнить свой долг, они погибли с честью. А его родители и старшие братья были подло убиты в собственном доме. Только за то, что не исполняли глупых законов, придуманных СФ.
- Они привели тебя сюда и обещали прийти, но не пришли. Потому что погибли! – выкрикнул Фрэнсис. - Это за тобой никто не придет!  Никогда!
Фрэнсису было лишь пять, но он прекрасно понял, что сделал своему обидчику больно. На миг его охватило злое торжество. Он ответил. Он постоял за себя. Грегори нахмурился и поджал губы. Он явно был разозлен и расстроен.
- Ты… мелкий!
- Фрэнсис Ли, - голос Томаса раздался неподалеку.
- За мной пришли, - гордо сказал Фрэнсис. Он никогда не кичился тем, что его забирают на выходные, но теперь он не смог сдержаться. – А за тобой не придут!
Грегори явно не собирался так просто спускать ему этого, но он боялся Томаса, а потому лишь зло цыкнул и ушел с крыльца.

Фрэнсис ожидал, что Томас улыбнется ему, как делал всегда, но на лице хёна не было ни тени улыбки. Наоборот, он казался расстроенным.
- Хён, - робко начал Чоныль. – Хён, что-то случилось?
Томас сел на корточки рядом с ним, чтобы заглянуть ему прямо в глаза. А после положил руки на его маленькие плечи.
- Подумай о том,  что ты только что сказал, Фрэнсис. Подумай о своих словах и реши – хотел бы ты услышать их в свой адрес?
На миг Фрэнсис застыл от возмущения. Хён стыдит его? Но он же ни в чем не виноват!
- Он всегда говорит это мне. Он всегда говорит, что ты не придешь, что меня бросят. Это он виноват, не я!
- Я не сказал, что он поступил хорошо. И я не ищу виноватого. Он сделал тебе больно. Но поэтому ты решил сделать ему еще больнее? – в голосе Томаса не было ни тени злости или гнева. – Я учил тебя не этому. Просто подумай еще раз. Хотел бы ты услышать тоже самое в свой адрес?
И Фрэнсис задумался. Он вспомнил, как на Чеджу ему сказали о том, что его семьи больше нет. Вспомнил, как его маленький мир рухнул от нескольких слов. Вспомнил, как всепоглощающее горе накрыло его с головой, а слезы не переставали течь из глаз. И каждое напоминание о том, что его семьи больше нет, резало больнее битого стекла, оставляя раны, что не переставали кровоточить.
Нет, он явно не хотел, чтобы ему напоминали о его потери снова и снова. Тем более так. Фрэнсису стало стыдно. Он опустил голову, не в силах больше смотреть в глаза Томасу.
- Прости, хён. Я… я кое-что… Мне надо кое-что сделать. Я сейчас вернусь, хорошо?

Он высвободился из рук Томаса и отправился в спальню. Где и нашел Грегори. Мальчик сидел на кровати и сжимал в руках потрепанную рамку с фотографией. Больше в комнате никого не было.
На миг Фрэнсису показалось, что его обидчик будто стал на несколько лет младше. Они оба были детьми, что потеряли близких. Просто Фрэнсис смог найти другую семью. А Грегори нет.
Фрэнсис подошел к нему. Грегори спрятал фотографию под подушку и наскоро вытер слезы, явно не желая показаться слабаком.
- Чего тебе?! Вали отсюда, пока я тебе не накостылял, мелкий!
Фрэнсис сложил ладони друг к другу на уровне груди.
- Я прошу прощения за свои слова. Я не должен был говорить, что твои родители умерли.
Грегори явно не ожидал подобного. Он удивленно вытаращился на Фрэнсиса и шмыгнул носом.
- Ничего. Твои же тоже.
- Да. У меня даже фотографии не осталось. 
- Правда? Это… это грустно.
Фрэнсис только кивнул. У него не было ничего, что бы напоминало о далеком доме и ушедших близких. Только воспоминания.
- У нас не было принято фотографироваться.
- А… а мы вот, - Грегори достал фотографию и показал ее Фрэнсису. Женщина и мужчина обнимали мальчика. И все трое улыбались.
- Они обещали, что вернуться. Но не вернулись. Взрослые врут, - буркнул Грегори. – Они не выполняют обещания. Ты маленький  и глупый. И не понимаешь этого.
Тут пришла очередь Фрэнсиса удивляться. Грегори все это время пытался его предостеречь? 
- Хён не такой! Вовсе нет. Он всегда держит слово. И твои родители тоже хотели сдержать свое слово. Просто… Просто они не смогли.
На миг в комнате воцарилась тишина. Фрэнсис не знал, что сказать, но понимал, что просто так уйти не может.
- Ты… ты хотел бы кого-то тоже ждать, да?
Грегори закусил губу и кивнул.
- Тогда ты можешь ждать меня! Я-то вернусь после выходных. Обещаю! – и он вытянул оттопыренный мизинец.
- И чего это мне тебя ждать? И что ты такое показываешь?
Фрэнсис понял, что Грегори не знает этого жеста и поспешил пояснить.
- Это жест обещания. В Корее. Мы сцепим мизинцы и пообещаем. Ты пообещаешь, что больше не будешь говорить гадости про Томаса. Ты же не хотел бы, чтобы я говорил гадости про твоих родителей.  А я пообещаю, что вернусь. Идет?
- Идет, - буркнул Грегори и протянул мизинец в ответ. Он уже не выглядел таким расстроенным.
- Ты… тоже. Извини. Вот. А теперь иди, а то я точно тебе накостыляю, Плакса-Фрэнсис!
- Кто тут еще плакса! И ты меня не догонишь! – Фрэнсис показал Грегори язык и пустился наутек по коридору. Почему-то его никто не преследовал.

Томас ждал его у крыльца. На этот раз он улыбался.
- Ты все успел сделать? – ласково спросил он.
- Да. Я все сделал. И я хочу мороженого, - Фрэнсис сделал умильные глазки. Не то, чтобы на Томасе это работало безотказно, но явно повышало шансы на успех.

Отредактировано Kuchisake onna (2020-06-06 23:23:29)

+1


Вы здесь » Special Forces » Астральный поток » Under my skin