Special Forces

Объявление


ПАРТНЁРЫ И ТОПЫ


Уголок crabbing-писателей _fogelver_| FOGELVER - талантливая художница ВКонтакте Рейтинг форумов Forum-top.ru photoshop: Renaissance

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Special Forces » 1800-1900 » Домик в горах


Домик в горах

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

Домик в горах
https://sun9-13.userapi.com/c855024/v855024416/1f9370/n8C-YMvE1Ic.jpg
1. Места действия
Маленькая деревенька Хиноэмата между гор Тайшакуяма и Куроуэйама, Япония
2. Время
I часть - 21.03.1873
3. Действующие лица
Утияма Ясу, Сунь Укун

История о маленькой горной деревеньке, спрятанной у реки, в которой Учитель помогал Ученице найти кроху себя в этом сложном, странном человеческом мире.

0

2

[icon]http://forumuploads.ru/uploads/000b/3d/29/343/62627.jpg[/icon][nick]Yasu Uchiyama[/nick][status]Dance of curse[/status]
Этот носитель был никчемным. После первого сознательного убийства человека-владельца язык не поворачивался называть их хозяевами. Сколько вакидзаси их уже поменял? Со счета легко сбиться. Последний казался ничего таким: крепкий мужчина лет сорока, умелый, в отличной физической форме. Кажется, бывший куноити: после постепенного спада спроса на наемников, эти бедолаги, пережеванные и выплюнутые после окончания феодальных разборок, были растеряны и сбиты с толку: кто шел работать с полицией, кто промышлял разбоем, а вот этот попался в сети джинкса. С таким хорошим, крепким телом многое можно провернуть, да вот незадача: носителя прирезали во сне, и теперь вакидзаси в руках этого отребья.
Да, это был оборванный, оголодавший крестьянин без гроша в кармане, очередная жертва разрушительной гражданской войны. Захватить его сознание было легко: он даже не сопротивлялся, обезумев от голода. Год вышел неурожайным, и многие такие доходяги выходили на лихую дорогу. Только какой прок с него джинксу? Отчаяние – дело хорошее, такой носитель послушен, не обременен дешевой моралью и легко идет на убийства, но какой с него толк, если он отощал, босые ступни в кровавых мозолях, да и меч он держит как какой-то топор. Избавиться – такой балласт и даром не нужен. Вердикт вынесен моментально и обжалованию не подлежал.
Заросший мужчина медленно плелся в сторону деревни. Сальные черные волосы растрепаны, одежда – лохмотья, у него нет даже обуви, отчего ноги стерты в кровь и покрыты толстым слоем грязи. Он вонял немытым телом и чем-то кислым. Кажется, он чем-то болел. Вакидзаси брезгливо дрогнула в руках: ей не нравилось, как эти мозолистые грубые, раздавленные тяжелой работой лапищи прикасались к ее холеной рукояти. Эти руки дрожали. Взгляд у крестьянина помутнившейся, расфокусированный. У меча нет зрения, но есть доступ к сознанию носителя, поэтому сейчас она видела мир через призму взгляда мужичка. И от этого мира мутило: прогнивший, больной, расплывчатый, а еще тошнотворно-карусельный от голодного головокружения и слабости. Шаткая, уплывающая из-под ног земля. Такие очки вакидзаси попадались частенько.
«Скройся в зарослях и выжидай», - в голове крестьянина раздается равнодушный женский голос. Видимо, он чем-то напоминал материнский, так как мужчина безропотно поплелся в зеленую тень придорожного кустарника как понурый пес. Он настолько вымотан, что даже не мыслил. Его «я» такое слабое и измученное было не в силах сопротивляться холодной власти вакидзаси. Ждать пришлось около получаса. Вскоре на тропе появилась развязная фигура путника. Походка пружинистая, энергичная, а еще от него за версту пахло весельем и радостью. «Дурачок какой-то», - кисло решил кинжал, но что поделать, всяко лучше, чем есть.
«У него есть еда и деньги», - сладко подначивал женский голос в голове крестьянина. – «Забери их, это просто».
От мысли о еде рот крестьянина наполнился слюной, а глаза жадно загорелись, руки крепче схватились за рукоять оружия, как хватается тонущий за соломинку. Вакидзаси мог просто приказать, но нет, она предпочитала играть, наслаждаясь своей властью, унижая носителей и словно доказывая всем и самой себе в первую очередь «ну и кто теперь вещь? Люди… Какие жалкие создания».
Едва только фигура путника поравнялась с затаившимся в засаде крестьянином, как тот вылетел на него из кустов, занеся меч как топор, полностью открывшись для удара. По несчастному сразу видно, что он не боец, а скорее отчаявшийся. Взгляд мутный, голодный, одичавший и при этом безжалостный. В этот удар он вложил остатки всех своих сил, которых, увы, было немного.

Отредактировано Hungry Dinosaur (2020-02-13 20:34:46)

+1

3

Славная маленькая Япония тряслась в судорогах больного, переживая не лучшие времена. Кажется, еще вчера прошла Реставрация, из-за которой все оказалось перевернуто с ног на голову. Пропали феодалы, исчез привычный строй жизни и древние уклады подчинения строгой иерархии. Теперь самурай - лишь слово, а катана ничем не статуснее простого крестьянского топорика для рубки дров или торгового вакидзаси. Теперь над Страной, где солнце встает, поднимаются лучи императорского величия, и что-то это напоминает. Что-то, что Укуну не совсем нравилось. И, глядя на людей в смятении и страхе, на льющуюся кровь и на большие перемены, он просто хмыкнул, поведя как обычно плечом, и ушел. Царю нет дела до того, что творится за пределами его маленького царства.
Он переехал из Эдо, сменившего свое имя на Токио. Подальше от шума и суета городов, будто по привычке, куда-то в горы и леса. В уединенное местечко, где время словно остановилось, потому что оно так напоминало дом. Только вместо вездесущих обезьян, таких послушных и работящих, тут люди. Но с этим он уже как-то привык мириться, поэтому пусть будут. Лишь бы не трогали лишний раз.
Работящему и мудрому везде будут рады, вот и маленькая деревня, раскинувшаяся по обеим берегам реки, не стала отвергать лишние мужские руки в общем труде. Да, косились на золотые волосы и сверкающие искрами глаза, отводили взгляды первое время и кидали вслед слова о болезнях и демонах, но все же привыкли. Как не полюбить Короля, такого дружелюбного, улыбчивого и почтительного. Ну, почти всегда почтительного. Местная детвора точно в него влюбилась, стайкой нагоняя во время прогулок и выпытывая то интересные истории, то легенды и сказки, а совсем уж осмелевшие просили показать несколько приемов борьбы. Укун смеялся, прикрывая лицо рукавами, и только отмахивался. Все же с детьми ему легче, особенно когда они не пристают с просьбами кого-нибудь в очередной раз спасти.
Хотя он бы спас, конечно.
Март в этом году был теплым. Все уже дышало ароматами сакуры, напоминающими о скором приближении жаркого лета. А это работа в полях под палящим солнцем, ноющие ноги и руки, изрезанные стеблями пальцы и прохлада ночи с большой, такой близкой луной. Все же в деревни были свои прелести, наравне с трудностями, но о последних Укуну думать не хотелось. Ах почему нельзя просто снова жить на волшебной горе, плодоносящей цветами и фруктами круглый год, и думать только о вечном и интересном. Ну или хотя бы заиметь слуг. Да, вот со слугами было бы совсем хорошо.
Домик, который местный указали как пустующий из-за пропавшего в горах хозяина, а оттого свободный, стоял в стороне от деревни. Нужно было проходить сквозь небольшую рощу, огибать небольшой угол рисовых полей, подниматься вверх по горе, и только там уютно приютилась деревянная хибарка. Не королевский дворец, но обезьян ночевал в местах и похуже.
- М-м-м-м!..- мычал он себе под нос какую-то простенькую мелодию, быстрыми шагами идя по уже привычному пути. Еще по-весеннему плотное кимоно полами подпрыгивало в такт ходьбы, то и дело поправляемые рукава время от времени слегка развевались на ветерке, и настроение было приподнятым. Потому что дома вино, отдых, прекрасные цветущие персиковые деревья недалеко и всякие философские мысли.
И выпрыгивающие из кустов люди не относились к категории приятных вещей, которые должны ждать праведного работника дома. Выпрыгивающие из кустов люди вообще не были приятным элементом хоть чего-либо, сколько Укун ни путешествовал и ни жил. Собственно, этот умудренный годами опыт и позволил телу быстро сориентироваться в ситуации, пока разум прибывал в неком полнейшем недоумении насчет того, что вообще происходит. Давно на него не нападали вот так, ни за что, просто по факту существования. Ах, ностальгия.
Ничего плохого он с человеком, конечно, не сделал. Просто снес его машинально поставленным ударом ноги, от волнения немного перестаравшись и вовсе уронив нападающего на пыльную дорогу. Изможденное тело упало на землю, крупно вздрогнув и затихнув, будто мешок с кусками соли или рыбы. Ни капли сопротивления или хотя бы попыток встать снова и ударить. Даже меч, с которым он выпрыгнул, выпал из ослабевших рук и отлетел в траву у тропинки.
- Хмм. Похоже, меня начинают недооценивать... Прискорбно,- сам себе хмыкнул Укун, поправляя выбившееся кимоно, распахнувшее не совсем потребный вид на его весьма смертоносные ноги. Вон он как ими уложил этого... Грустного, худого, загорелого от солнца, неотесанного, заросшего и слабого мужчину. Мда. Такое себе достижение.
- Ай-яй-яй, Укун, где твое желание следовать догмам добра? Если уж ударил, предложи помощь,- поучительным тоном заметил он, получше надевая слетевшую обувь и подходя к незадачливому разбойнику. Который вблизи выглядел еще более жалким, чем издалека. Такое точно как подвиг не засчитается, чисто из мелочности поступка. Да и на грозного мзду взымающего нападавший был непохож. Скорее на обычного беглеца.
- Уважаемый, и за что же Вы меня так?- лучезарно улыбнулся он. Каре-золотые глаза, впрочем, внимательно следили за тем, как далеко от мужчины лежит его клинок, чтобы в одно мгновение пресечь всякие ненужные для беседы телодвижения.

[icon]https://sun7-8.userapi.com/73TA_6UTjklK_P3oKyoxWhrYzA96y6YabUM-8A/NV9kO6BxTI0.jpg[/icon][status]В глубине лесов живет мудрый Король[/status]

+1

4

[icon]http://forumuploads.ru/uploads/000b/3d/29/343/62627.jpg[/icon][nick]Yasu Uchiyama[/nick][status]Dance of curse[/status]
Как и ожидалось, нападение провалилось, ноги мужчины подкосились, и он свалился на живот как мешок с рисом, уткнувшись носом в дорожную пыль. Да так и остался лежать, закрыв глаза. Вакидзаси отбросило в сторону в траву. Даже если прохожий сейчас не заметит его, не беда: этот меч слишком уж притягательный и долго валяться на обочине не будет. И хотя позорное поражение бедняка было неизбежным (и на то и был расчет), все же удивительно, с какой легкость и изяществом этот прохожий отбросил незадачливого разбойника, даже вакидзаси ощутил меткость и силу удара. Конечно, клинку не было больно: чувствительность стали весьма ограничена, хотя бывают и свои яркие ощущения: например, когда лезвие вгрызается в плоть, ну или рука касается рукояти. И все же досадно быть отшвырнутой в сторону: настоящий воин погибает с оружием в руках. Хотя что еще можно ожидать от неотесанного крестьянина? Остается надеяться, что следующий носитель будет получше.
Мужчина, лишившись вакидзаси, какое-то время неподвижно лежал, уткнувшись носом в землю. Он замер, затих, словно лишившись всех сил, да и вообще мало походил на живое существо с волей. Скорее, как потерявшая кукловода марионетка. Голос незнакомца привел его в чувство. Бедняк вскинул голову, ошарашенно оглядываясь и явно не понимая происходящего. Он неуклюже поднялся на ноги, чуть сгибая колени, словно припадая к земле, а после с трудом сфокусировал взгляд на жертву неудавшегося покушения. Видимо, даже теплая улыбка и миролюбивый взгляд не убедили в безопасности и искренности намерений прохожего, да и отвечать на вопрос мужчина явно тоже не собирался. Тут вообще возникало большое сомнение, а понял ли он, что ему говорят? Крестьянин походил на растерянного младенца, которого впервые оставили в яслях. Мужчина растерянно пялился на белобрысого, с трудом фокусируя взгляд, после перевел глаза на валяющийся неподалеку в траве меч, и в его глазах мелькнул ужас. Из груди вырвался крик отчаяния, и припадая на ушибленную ногу, бросился прочь во всю прыть. Даже удивительно, откуда силы взялись. «Ну и позорище», - мелькнула мысль у вакидзаси. Клинок, лишившись носителя, потерял возможность видеть, но осязал происходящее по чуть подрагивающей земле, движению воздуха и пыли. – «Ладно хоть отделаться удалось быстро. А то такими темпами я бы уже через час приказал перерезать ему себе горло. И поделом».
Вакидзаси часто задумывался, как же шикарно быть вакидзаси. Сталь, идеальная форма, острота, власть – это дар небес. Иногда казалось, что в мире нет ничего лучше, чем быть клинком: тебя не беспокоят унизительные потребности жалкого человеческого тела, вообще особо не приходится волноваться о выживании, можно подчинять сознания несостоявшегося «повелителя природы» и ставить его на место. А это восхитительное ощущение теплой крови на лезвии? Разве что-то можно сравниться с куражом и чувством, как клинок разгрызает плоть, как рвутся мышцы? Но иногда судьба все же напоминала вакидзаси, что нет предела совершенству, и бытие мечом – это не всегда мед и патока. Например, сейчас, когда лежишь в пыли и ждешь, что тебя подберут. Но стоит признать, что это блестящее на солнце лезвие из качественной стали, заботливо, искусно переплетенная рукоять и матовый черный чехол так и притягивали взгляд. Как и любая дорогая, мастерски выполненная вещь. Хоть самую малость, хоть мизинчиком, но хотелось коснуться оружия, провести по линии плавного, совершенного изгиба и ощутить его силу.

+1

5

Мужчина вовсе не походил на разбойника. На бедняка, на оборванца, на простого крестьянина, но вовсе не на того, кто некогда носил при себе меч и защищал свою жизнь и товар от посягательств со стороны. Нет, это был просто... Человек. Каких так много, что и не счесть. Потому-то Укун и мало обращал на них внимания. Может это урок судьбы, что ему стоит быть более внимательным к своему окружению? Да не, вряд ли.
Мужчина как-то странно вскочил, озираясь затравленно и рассеяно, будто не понимал, где находится. Сейчас он больше всего походил на птенца, выпавшего из гнезда, и пытающегося осознать, что мир это чуть больше, чем представлялось в своем уютном местечке. И Укун с радостью бы взял на себя роль первооткрывателя, готового показать человеку мир вокруг, если бы тот внезапно не вскрикнул от ужаса и не отшатнулся. Вскочив, он испуганно бросил еще один взгляд на траву, куда отлетел его же меч, а потом побежал прочь. Ноги его дрожали, подкашиваясь, но человек не останавливался и вскоре скрылся за поворотом, что вел в сторону деревни. Только клубы пыли поднялись за ним, посверкивая на солнце крупинками песка.
- Я такой страшный?..- с сожалением протянул Король, проводя ладонью по щеке. Ему, конечно, много раз говорили, что он урод и вообще лицом ни в один таксономический раздел биологии не вписывается, но с человеческим-то обликом ему вроде повезло.- Наверное, он чего-то еще испугался... Хмм.
Обезьян обернулся, но за спиной разочаровывающе никого не было. И небеса были чисты. И вовсе непонятно, отчего так дернулся и побежал этот человек. Впрочем, какая Королю разница. Он мастерски избежал опасности, победил врага без применения всех своих смертоносных умений побеждать, вежливо готов был помочь и вообще само добро во плоти. Но добро он прагматичное, хозяйственное. И не против был бы получить что-то за свои достижения. И если не славу и замолвленное словечко, то можно что-нибудь в натуральном эквиваленте.
Отброшенный в сторону меч вовсе не подходил по статусу к этому оборванному и грязному разбойнику. Хоть Король особо не разбирался в холодном оружии, как-то заочно смеясь над любым его видом, но все же не мог отрицать, что этот клинок казался куда более богатым и утонченным. Будто прямиком из дома какого-нибудь чиновника или купца - аккуратный, строгий, выдержанный в строгом тоне черного, как ночь, цвета. Красивая вещь, а Укун был падок на все красивое.
- Ну, пойдем со мной, вещичка,- он поднял с земли клинок, убирая его в литые ножны и легко подбрасывая на ладони.- Нет, все же, как драться такой тростинкой... Он же и в руке не чувствуется. Пфф.
[icon]https://sun7-8.userapi.com/73TA_6UTjklK_P3oKyoxWhrYzA96y6YabUM-8A/NV9kO6BxTI0.jpg[/icon][status]В глубине лесов живет мудрый Король[/status]

+1

6

[icon]http://forumuploads.ru/uploads/000b/3d/29/343/71804.jpg[/icon][nick]Yasu Uchiyama[/nick][status]Dance of curse[/status]
Рукоять оказалась в ладонях прохожего. Клинку нравился момент, когда его впервые брал в руки новый носитель: было что-то завораживающее, философское в моменте, когда объект меняется местами с субъектом. Вот он, человек действующий, думающий самостоятельно решил потешить себя новой, красивой, безвольно лежащей вещицей, а вот он уже и сам вещь, подчиненная воле вакидзаси. Конечно, не всегда все проходило гладко: иногда носитель сопротивлялся, иногда, в ответственный момент просыпалась его воля, особенно при преступлениях, перешагивании морали, но подавить я – лишь вопрос времени. Всегда найдется искорка зависти, обиды, злобы, недовольства, которую можно разжечь в пожар и подчинить себе. В последнее время, однако, встречались безропотные носители. Уставшие, готовые на все, лишь снять с себя ответственность, с радостью отдававшие свою волю вакидзаси. Некоторые даже всем сердцем не хотели расставаться с клинком, даже осознавая его силу и влияние на их разум. Своеобразный Стокгольмский синдром, хотя, конечно, меч не знал такое название, как и ни одна из его жертв.
Вот и сейчас очередной носитель небрежно поднял меч с земли и даже пренебрежительно обозвал «тростинкой», но это только пока. Вот уже рукоять кажется притягательной, приятной на ощупь, как влитая лежащая в ладони. Словно вакидзаси сделал на заказ умелый мастер, подбирая материал и вес под особенности клиента. И пальцы словно сами хотят погладить, прощупать переплет, сжать в руке, получая определенное удовольствие. Едва оказавшись в руке, клинок запустил свои сети. Словно легкий холодок, который можно списать на свежий весенний ветер или прыткого паучка, пробежал по руке к плечу, к шее, к голове. Ощущалось это странно: будто невидимые холодные пальцы почти невесомо поглаживали мозг. Или нет, скорее, как ворох муравьев оказался под черепной коробкой, проникая все глубже и глубже в извилины. Прохладно, щекотно, до мурашек. Если носитель послабее, то у него потемнело бы в глазах. О, а еще это жутковатое ощущение, будто кто-то прожигает взглядом затылок, постепенно сменяющиеся чувством, что это ты, потерявший всякую связь с телом, уже наблюдаешь со стороны за собой, а твое туловище, мышцы, мясо, кровь, столь живое и покорное до этого, уже не подчиняется, превратившись в безвольную марионетку.
Вот и сейчас все проходило почти по плану. Связав сталь и сознание, клинок приготовился изучить нового носителя. Предвкушение. Это как с онигири на общей тарелке: никогда не знаешь, какая начинка попадется. Может быть, краб, курятина или маринованная слива? А еще всегда любопытно увидеть мир через призму чужих глаз.
- Так-так-так, - в голове поднявшего раздался холодный, хищный голос. – Ну и что тут у нас? Любопытно.
Едва ли клинок разговаривал с носителем: у него не было такой привычки, обычно голос человека подавлялся жестко и немилосердно. Скорее, тем самым меч разжигал собственный азарт.

+1

7

Укун редко пользовался клинками, в основном из-за того, что рука, по привычке, находила их слишком легкими. Все же, он столько лет разделял свои приключения с посохом, столько правых (ну и условно правых) дел с ним совершил, столько зла покарал, что изменять ему казалось как-то неправильным. Да, Королю приходилось браться за оружие, времена всегда были неспокойные, но это была лишь необходимость, а не привычка. Он искал свой посох, и иного оружия у него не будет. Зачем размениваться на что-то, если уже когда-то нашел лучшее?
Но все же вакидзаси казался удобным, даже будто противоестественно удобным, слишком удобным. Это вряд ли было нормально, но Укун вообще не особо привык размышлять над чем-то подобным. У него все же обычно делалось, а потом думалось. Приносило ли это пользу? Что же, очередной шанс узнать!
Холодок, пробежавший по руке до головы, совершенно не совпадал с теплым мартом вокруг. Да и ветра не поднималось, ведь листва даже не шелохнулась вокруг. Впрочем, странное ощущение быстро пропало, но не исчезнув, а просто переселившись в другое место.
Укун почесал в затылке, пытаясь как-то машинально сбить странное ощущение. Не любил он, когда кто-то или что-то в голову лезло, все же, орган это ранимый и нежный. Ну, в теории, если верить всяким умникам, очень убедительно упрашивающим не сигать ниоткуда вниз головой. Король честно обещал попробовать вспоминать об этом перед прыжками. Ну не всегда в голове всплывает тот факт, что тело пусть и условно бессмертно, но все же не как раньше.
Голос в голове был совсем уж неожиданным. Обезьян дернулся, и машинально выпустил из руки вакидзаси. Самая обычная, с виду, вещь молчаливо и грузно упала на пыльную дорогу. Такая простая, незатейливая и совсем с первого взгляда вещь. Но ведь что-то отозвалось в голове вполне оформленным голосом, и вряд ли это было совпадением.
На всякий случай оглядевшись и даже задрав голову, чтобы рассмотреть вездесущие небеса, Король все же снова опустил взгляд на лежащую у ног вещь. Без сомнения, вина странности была в ней. В голове, где-то далеко-далеко, вспомнилось что-то  живых вещах. Кажется, кто-то говорил ему, а он над кем-то посмеялся. Ну право, как вещи могут быть живыми.
Однако ж.
- Это ты?- вслух спросил Король, снова поднимая меч за рукоятку. Конечно, трогать неизвестную и возможно опасную штуку не лучшее решение. Но одновременно с чувством безопасности в обезьяне произрастало чувство любопытства. И он же просто может бросить вещь тут, если что-то пойдет не так. Ситуация под контролем.
- Раз уж ты в моей голове, а не я - в твоей, то и мне следует спрашивать. Кто тут у нас?- не выдержав и немного передразнив прежний голос неизвестного существа у себя в голове. Совсем чуть-чуть, не удержался. Все же, его, как непобедимого и далее по всем регалиям, такие голоса смешили.

[icon]https://sun7-8.userapi.com/73TA_6UTjklK_P3oKyoxWhrYzA96y6YabUM-8A/NV9kO6BxTI0.jpg[/icon][status]В глубине лесов живет мудрый Король[/status]

+1

8

[icon]http://forumuploads.ru/uploads/000b/3d/29/343/71804.jpg[/icon][nick]Yasu Uchiyama[/nick][status]Dance of curse[/status]
Вакидзаси вновь уронили на дорогу. Неожиданно. Обычно реакция была обратной: пальцы крепче сжимали рукоять до побелевших костяшек. Сейчас же вот, клинок опять в пыли. Нет, это досадно, но, в целом, не страшно: следующий путник обязательно подберет оружие, и уже не упустит его из рук. А этот... простофиля какой-то. Только настоящий слабак не сможет удержать в руках меч, даже тот оголодавший крестьянин справился, так что ну его. Однако ж интересно... почему так? Обычно вакидзаси моментально удавалось залезть в чужие мозги, уютно там обосноваться и как следует пошариться, сейчас же словно барьер. Нет, не сопротивление, а непроницаемость. Любопытно, даже очень. В чем ошибка клинка? Наверное, слишком беспечно, легко и осторожно начала вторжение, тут можно и погрубее. Хотя какая теперь разница? Этот раззява пойдет дальше.
Однако ж нет, неизвестный опять взял в руки оружие. Что ж, какая настырная жертва. На его месте вакидзаси бы дальше сверкал пятками по дороге, а этот не воспользовался своим вторым шансом. Замечательно, ему же хуже.
Едва оказавший в руке, клинок сразу же установил связь с сознанием. В этот раз процесс проходил менее аккуратно и осторожно: вдоль руки к голове прошел не легкий, нежный ветерок, а резкий, заставляющий на секунду онеметь руку холод. К слову, исчез он быстро, но какая-то связь с клинком все равно оставалось, словно оружие в руке стало продолжением конечности.
В розовый, нежный мозг впились иголки вакидзаси. Сейчас не нежно, а скорее с нажимом, настырность и торопливостью. Словно клинок торопился проникнуть как можно глубже, в самую суть.  Один из побочных эффектов проникновения в чужую голову: обилие информации. Обычно вакидзаси ее игнорировал: кому нужен этот бессвязный поток чужих соплей? Семья, дети, прежний образ жизни, мечты и чаяния - все это уже неважно. Клинок интересовало только одно - хоть полупотухшая искорка гнева. Уцепившись за нее, меч заметно ускорял процесс подчинения. Сейчас же потока информации не было, только жалкая ерунда в духе "очень люблю персики".
- Персики? Какого хрена? - на этот раз холодный голос прозвучал несколько обескураженно. Нет, конечно, это не была осознанно озвученная фраза, а, скорее, специфика процесса подчинения: сознания жертвы и вакидзаси сливаются в одно, и любая мысль, крохотная реакция уже звучала как тот самый голос в голове. Меч поднажал, попытавшись прорваться через барьер (а это лишь вопрос времени прорваться), но в этот момент произошло нечто... из ряда вон выходящее: носитель заговорил. Раньше такого не было. Это... странно, забавно и любопытно. Вакидзаси явно ославил свою хватку, растерявшись. Что вообще можно ответить на этот вопрос "кто тут у нас"?
- Это я, - единственное, что пришло в голову. После небольшой паузы прозвучало и хищное. - Твой владелец.
Вакидзаси всегда было любопытно увидеть последнюю осознанную реакцию человека, когда ему говорят, что им владеют. Какая будет гамма эмоций. Раньше случая как-то не представлялась: жертвы быстро сдавались, а теперь... любопытно.
Носитель, и без того проявивший интерес к вакидзаси, сейчас почувствовал его сильнее, и почему-то к самому себе, а еще азарт: эмоции вещи и существа начинали смешиваться.

+1

9

Обычно Укун был не жадный, и ему было не жалко немного поиграть в игры с теми, кто мнит себя читателями чужих мыслей, управителями людьми на расстоянии и все такое. Почему бы не потешить немного чужое самолюбие, подсластить миг перед смертью, так сказать. Ну или просто перед хорошей дракой.
Но в этот раз возникли небольшие проблемы.
Во-первых, драться с мечом ну как минимум тупо. Вот если бы тут был великан... Ну хотя бы оборотень... Ну лишь бы пусть разбойник, было бы куда легче. Потому что драться с живым противником с мечом это, собственно, то, к чему Король привык. На его счету было такое количество противников, что всей деревни не хватит, чтобы загнуть пальцы - по счету одного пальца на одного врага. Целая Небесная Армия чего стоила. Но драться с вещью ему как-то не приходилось. Да и странно, как сражаться с тем, что не живое и просто лежит, если его не трогать. Непривычная, в общем, ситуация.
Но худшим было не это. Худшим было то, что это беспардонное существо (вообще, судя по голосу, это была женщина. Пусть чуть хриплая, но все же женщина) залезло в его голову, начало что-то там искать и, найдя, посмело возмутиться найденному! Не, что не так с этой Японией? Что за невежливое обращение с чужими мыслями? Что за наглость в обшаривании сознания? Что значит кому-то не нравится персики?!
В общем, Король был праведно возмущен, и уже даже вообще не напуган. И когда эта совершенно невоспитанная леди, не могущая держать свое мнение хотя бы при себе, не озвучивая его вслух, если уж оно вообще у нее появлялось, ответила на вопрос в еще более наглой манере, Укун громко фыркнул. И вслух, и мысленно. Мысленно даже как-то погромче получилось. И звучало это так, как реагируют взрослые на слова детей об их исключительном детском могуществе.
- Хах, ты забавная,- он прокрутил меч в руках, снова беря за рукоятку.- Не будь столь уверена в себе, ибо самоуверенность делает из нас слепцов. Что же ты за владелец, если я держу тебя в руках и могу сломать пополам простым усилием руки?
Он хмыкнул, но уже менее злобно и будто даже расслабленно. Дети, эти дети, мнящие себя всемогущими, устрашающими владельцами чего бы то ни было - сколько таких он повстречал за свою жизнь. И все они сдавались, многие погибали, а кто-то обращался в бегство или в буддизм, чтобы замолить свои грехи, они лишались жилищ и вынуждены были начинать новую жизнь. И все боялись Короля Обезьян, потому что одно дело пугать людишек на горах своим могуществом, а другое - вступить в схватку с гораздо более сильным противником.
И этот меч, кажется, раньше тоже стращал и пугал только людишек, слабых по своей сути. И впервые встретился с кем-то сильнее.

[icon]https://sun7-8.userapi.com/73TA_6UTjklK_P3oKyoxWhrYzA96y6YabUM-8A/NV9kO6BxTI0.jpg[/icon][status]В глубине лесов живет мудрый Король[/status]

+1

10

[icon]http://forumuploads.ru/uploads/000b/3d/29/343/71804.jpg[/icon][nick]Yasu Uchiyama[/nick][status]Dance of curse[/status]
Голос в голое снисходительно фыркнул на слова незнакомца. Ну надо же, морали читает, прелесть какая. Ко всем этим философским воззрениям, мудрости и поучениям меч относился... без должного почтения и пиетета. Ну правда, сколько раз приходилось наблюдать, как последователи бусидо, миротворческих культов да и личных железных принципов переиначивали свои твердые убеждения, выворачивали их наизнанку подстраивая под собственную выгоду или выгораживая себя в выгодном свете. Но было в этом и еще кое-что: гнев. Вакидзаси сразу почувствовал его слабое жжение и горечь. А именно эта эмоция заметно облегчала задачу по захвату цели. Видимо, ее дерзость все-таки зацепила. Может быть, стоит еще попровоцировать?
- Какая скука и банальность, поумнее ничего не мог придумать? - в тон потенциальной жертве прозвучал хрипловатый, холодный голос. Слышались нотки насмешки и бахвальства. - или у тебя вся голова подобным нашпигована?
Раздражение незнакомца длилось недолго и начало ослабевать. Досадно. Но все-таки за этот небольшой период цепкие сети вакидзаси умудрились продвинуться чуть дальше и захватить еще кусочек "я", не то чтобы очень существенный.
- О, так ты у нас из Китая? А почему белобрысый и что вообще здесь забыл? - на этот раз тон голоса прозвучал скорее с любопытством, чем с желанием поддеть. Иностранцев до этого клинок, конечно, встречал, но не то чтобы часто. С ними было чуточку, но труднее: другие стереотипы, представления, способ мышления. Но даже такой материал можно было подстроить под себя, да и не играет существенной роли, если тело уже захвачено: все-таки есть вещи, универсальные для всех существ. Живых существ, не для вакидзаси, конечно. Его вся эта сопливая хрень не касается.
- Слушай, а как тебя вообще зовут? - вопрос прозвучал сам собой, клинок даже не ожидал, что его озвучит. Действительно, обычно имя - первая информация, что выплывает при проникновении в чужое сознание. Это то, что пронизывает все живое существо, а в этот раз попадалась какая-то несущественная ерунда в духе персиков, Китая, а один раз почему-то мелькнули обезьяны. Не то чтобы клинок вообще интересовали имена, обычно он не утруждался даже запоминать их, но сейчас удивительно было то, что эти сведения не поддавались доступу. Видимо, над этим носителем придется поработать подольше. Тут уже просыпается спортивный интерес. Остается надеяться, что оно того стоит.

+1

11

Гнев часто помогал воинам в битвах. Праведная ярость, что наполняла душу и голову - она вела в бой не хуже, чем умелый полководец и звук его горна. Сколько богов, поднявшихся на Небеса благодаря битвам, впадали в неописуемую ярость и могли разносить города, деревни, да даже горы одним ударом. Благо, Укун к ним не относился.
Как это ни странно, не смотря на всю драчливость его методов общения со злом и предотвращения многих нечестивых поступков, гнева и злости в Короле было очень и очень мало. Он прекрасно знал, как красная пелена застилает людям и существам глаза, как лишает разума и заставляет совершать необдуманные и глупые поступки. Столько раз пользуясь этим чувством у своих противников, вынуждая их выходить из убежищ, подавать голос или вовсе выдавать себя, Укун прекрасно существовал без гнева. В нем могло быть разве что возмущение чужими поступками, образом жизни или характером, но это все же не то. Кажется, по пальцам одной руки можно было пересчитать те разы, когда он выходи из себя и злился.
И поэтому сейчас, на заносчивое замечание голоса в своей голове он только рассмеялся, совершенно нескромно и не по-японски, даже не прикрывая рукавом рот и вовсе не заботясь о том, кто что подумает о смеющемся одиноком мужчине посреди тропы. В мыслях смех отдавался слабее, но зато был куда веселее, словно вакидзаси рассказал на редкостью удачную шутку.
- Ты права, ты права,- отсмеялся он, глядя на блестящее лезвие.- Такая скука!.. О-охх... Но один человек мною бы, наверное, гордился! Я думаю... Кто его знает, впрочем, чужая голова потемки. Ну, тебе ли не знать, да?
Он как-то дружески подколол вакидзаси, дескать, смотри какой каламбурчик и все для тебя. Солнце начало подниматься еще выше, обещая вот-вот залить поля и горы совершенно не весенним жаром, и стоило поскорее идти домой. В конце концов, домашние хлопоты есть даже у одиноко живущих королей.
Меч он решил взять с собой. Потому что любой собеседник хорош, когда живешь в одиночестве, а поболтать Укун ей богу любил. А то, что приходится болтать с вещью, да еще и в собственной голове, это всего лишь очередное приключение. После того, как ты ночуешь в желудке у оборотня, многое начинает становится весьма обыденным и ни разу не пугающим.
- Не белобрысый, а золотой!- нравоучительно поправил Укун, машинально приглаживая волосы. Ему цвет своей "шерстки" уж больно всегда нравился, ведь он такой особенный и очень красивый. И если в обычном мире всем было плевать (люди прекрасно находили к чему пристать еще, от слишком впалых щек до маленького роста), то тут, в людей, почему-то это стало чуть ли не центром обсуждения. В него тыкали пальцами, его пытались сжечь, проткнуть, проклясть, просто убить, с ним не разговаривали и демонстративно не хотели иметь дел. Наверное, частично именно из-за этого сейчас он не в новеньком Токио, а в этом всеми богами забытой деревушке. Малое количество народа гораздо легче перевоспитать и заставить к себе привыкнуть.
- Я путешествую. Сидеть на одном месте такая скука, а мир вокруг огромен, прекрасен и не изучен. Разве стоит тогда сидеть на месте?- слегка философски заметил Укун, а потом добавил.- Сама же наверное заскучала с тем бедным человеком, да?
Тропинка начала поворачивать, готовясь упорно взбираться вверх по склону. Маленький домик стоял на подобии крошечного уступа, где-то в метрах ста над абсолютно ровной поверхностью, защищенный от случайных разливов местной реки или наводнений из-за сезона дождей. Лестница, кое-как обозначенная деревянными ступенями, замаячила где-то за кустами.
- Охохо, ты не знаешь меня? Как же все-таки темен этот мир... Не зря начал путешествовать,- с легкой ноткой самолюбия протянул обезьян. Конечно, он знал, что в Японии его слава где-то раз в пять меньше, чем в Китае, но можно де было мечтать о том, что имя его станет известным. Мечтать никто не запрещает.- Я Прекрасный Король Обезьян, Великий Мудрец, Равный Небу, Всепобеждающий Будда Сунь Укун! И это лишь самые известные мои имена!
Он выделил паузу для восхищения его регалиями, ну либо для простого немого восхищения такой личностью, спустившейся буквально с небес в эту маленькую японскую деревеньку. Но потом решил сделать скидку на то, что вряд ли кто-то способен запомнить все его регалии, кроме него самого, и добавил.
- Но можно просто Укун. А тебя как зовут, неизвестная леди? Раз уж мы так крепко застряли друг у друга в умах,- эх, каламбурчики.- То и ты представься.

[icon]https://sun7-8.userapi.com/73TA_6UTjklK_P3oKyoxWhrYzA96y6YabUM-8A/NV9kO6BxTI0.jpg[/icon][status]В глубине лесов живет мудрый Король[/status]

+1

12

[icon]http://forumuploads.ru/uploads/000b/3d/29/343/71804.jpg[/icon][nick]Yasu Uchiyama[/nick][status]Dance of curse[/status]
Белобрысый окончательно остыл к досаде вакидзаси. Клинок уже вообще сомневался в идее напасть на этого чудака: контролю он поддавался с трудом, мало злился и вообще настроен на миролюбивый лад. Это совсем не входило в ближайшие планы клинка. Нет, конечно, разговаривать сейчас с этим существом было даже забавно и в новинку, но в перспективах едва ли это знакомство принесет выгоду. Неудачный выбор носителя, следовательно, стоит слинять из его цепких рук. Кажется, что путник не разделял мнение вакидзаси: он вроде как даже наслаждался беседой ни о чем, захватив меч и неспешно бредя по тропинке в деревню. Его вялое, скорее шуточное возмущение по поводу цвета волос несколько позабавили клинок, поэтому он авторитетным тоном возразил:
- Золото - это металл, оно твердое, блестит на солнце, а еще дорого стоит. Твои волосы такими качествами не отличаются, поэтому ты белобрысый.
Путешествие - знакомое состояние вакидзаси. Едва ли есть на свете хоть какое-то место, которое он мог бы назвать домом в полном смысле этого слова. Разве что ножны. И тогда клинок как улитка таскает свой домишко с собой. Нет, конечно, вакидзаси и не мечтал о доме, но и путешествия не приносили особого удовольствия. Красочные пейзажи его не трогали, непредсказуемость дороги не будоражила кровь. Скорее это была единственно знакомый образ жизни. Привычка без романтизации или драматизирования жизни вечного бродяги.
-Мне не было скучно, - равнодушно ответил меч без особого интереса к разговору. - Тот крестьянин все равно скоро умрет, да еще и толком меч держать не умеет. Неудачный носитель, стоило поменять.
Обычная практичность без капли интереса к человеческой жизни. Да и откуда этому интересу взяться? Пейзаж тем временем постепенно сменялся, и вот уже замаячил деревянный домишка, лестница, река. Все еще равнодушно и скучно. А путник, казалось, действительно был рад компании и хвастливо расписывал свои регалии, даже паузу выдержал для восхищения.
- "Обезьяна" и "мудрец" в одном предложении? - голос в голове прозвучал без особой враждебности, скорее нейтрально высказывал личные наблюдения. - По-моему, обезьяны примитивнее людей. Я бы не стал открыто заявлять, что являюсь их королем.
Потом пауза, словно клинок задумался, но ненадолго. В этот раз в голосе слышались легкие нотки острого раздражения:
- Я не леди, я вакидзаси. И у меня нет имени.
Снова задумчивая пауза.
- Значит, ты существо. Занятно. Но все еще так себе носитель. Ты меня не устраиваешь, поэтому будь добр, положи меня в траву у дороги и иди своей дорогой, дальше наши пути расходятся.

+1

13

Замечание о золоте Укун успешно пропустил мимо ушей, потому что кому, как не ему, знать о подобном благородном металле. И о прочих металлах. И вообще о чем-то, связанном с богатством. Это все не для существа, успешно посидевшего в одной до красна нагретой печи со всякими там драгоценностями.
Дом издалека показался своей макушкой и украшениями на крыше, якобы должными защищать от они и прочих нежелательных гостей. Простой деревянный домишко, кое-где уже прогнивший от дождей, слегка промозглый и будто вовсе не дружелюбный, но и выбирать было не из чего. А оттого Король и не жаловался. В конце концов, он ночевал и в гораздо более худших местах, а это всего лишь старый дом.
Он снова рассмеялся, когда голос в голове рассказал свое видение этого мира, касательно обезьян. Ох, как же много раз он слышал подобное, а иногда и по-грубее. Как много раз в юности его оскорбляли этим, в лицо и за спиной, не считались с ним, презирали или по-доброму просили не мешаться под ногами. Что может сделать всего лишь какая-то обезьяна, без рода и племени, без регалий и даже имени - то ли дело великие люди и не менее их великие небожители. Что ж, он всем показал, что может сделать "всего лишь обезьяна". И вот итог - тот, кто раньше просто жил в лесах, получил жизнь в облаках со званием Будды. А теперь живет в глуши соседней страны в ветхом домишко, но сейчас не об этом.
- Ох, какое же ты милое и невинное существо! Напоминаешь мне о старых временах,- даже с какой-то лаской в мыслях ответил он клинку. Даже это его бурчание показалось милым, и Король пожалел вакидзаси. Бедненький такой, без имени, без хозяина, без ручек и без ножек. Ну как его положить на траву и забыть!
Боги, кажется, он стареет и становится как Сюаньцзан. С этой его манией помочь абсолютно всем, кому только можно, а если нельзя, то надо помочь вдвойне. Учитель бы гордился? Разве что только тем, что ученик нашел еще одно безвинное существо (которое еще и убежать не может, вот удача-то) для становления его на путь истинный.
Нет, до такого Укун еще не докатился. Но и бросать клинок ему не хотелось.
- Знаешь, места тут не особо людные. Рядом мирная деревенька, троп больших нет, война этих мест касается лишь взмахом крыла, а у всех заботы только о том, как рис бы посадить, да чтобы побольше рыбы в реке уродилось. А мне весело поболтать с кем-то таким... Хах, необычным. Оставайся. Может, как-нибудь уйдем в путешествие вместе, а там уж посмотрим, как пойдут наши пути,- он снова рассмеялся, на этот раз просто легко и звонко, словно от радости жизни.
За разговором они уже поднялись к дому. Строение на сваях, еще одном способе защититься от потопов, выглядело будто приветственно. За домом поднимался ввысь горный лес, а в стороне росло несколько персиковых, цветущих деревьев. Красота, первозданная и даже дикая, но и Король не дитя цивилизации.
Он положил меч на большую веранду-крыльцо, потягиваясь. В спине что-то хрустнуло, явно недовольное каждодневным трудом, намекая на отдых. Да уж, денек хоть и выдался странным, но это же не повод не отдыхать?..

[icon]https://sun7-8.userapi.com/73TA_6UTjklK_P3oKyoxWhrYzA96y6YabUM-8A/NV9kO6BxTI0.jpg[/icon][status]В глубине лесов живет мудрый Король[/status]

+1

14

[icon]http://forumuploads.ru/uploads/000b/3d/29/343/71804.jpg[/icon][nick]Yasu Uchiyama[/nick][status]Dance of curse[/status]
Этот парень нереально раздражал своим оптимизмом. Все что-то идет да хихикает, глядя на мир сквозь густую, розовую призму. Ясу в первый раз встретила столь жизнелюбивое существо, и не сказать, что такое мировоззрение ей очень уж понравилось. Дело не только и не столько в невозможности захватить сознание этого существа, а в этой приторности и вязкости. Вакидзаси насмотрелся на разное за десятки лет, и все же такой подход ему не нравился больше всего. Собственно, этим он и поспешил поделиться:
- Ты отвратительно радостный, - без симпатии заметил голос в голове. - Мне не нравится. Серьезно, нам не по пути, поэтому положил на травку и дальше пошел.
Однако пик раздражения пришелся гораздо позже, когда это существо принялось ее жалеть. Чужой гнев остро полоснул сознание Короля Обезьян, вакидзаси в ладони завибрировал, а рука словно сама собой дернулась к горлу, но лишь на секунду. Клинок был способен заражать эмоциями носителя, и сейчас, ввиду сильной вспышки бессильной ярости, ненадолго удалось завладеть рукой. И плевать, что мгновение было кратким.
- Еще раз скажешь что-то подобное, перережу глотку, - зло прошипел стальной голос, в то время как сети его ослабли и контроль над конечностью утерян. После этого вакидзаси замолчал окончательно, и остаток пути прошел в тишине, разве что Укун мог ощущать, как цепкие, холодные лапки муравьишек шастают по его мозгу, тщательно изучая доступные им уголки. Узнать действительно глубинные вещи клинку не удалось, лишь поверхностная информация о предпочтениях и последних днях жизни, ничего стоящего, за что можно было бы зацепиться. Смотреть на мир глазами этого существа тоже было... необычно. Тут не было боли, мрачности, голода, страданий и разочарований. Наоборот, светлое солнышко, поющие птички, легкий весенний ветерок. Этот мир казался безопасным, дружелюбным и полным простых удовольствий, а не только лишениями и разрухой. И это был неожиданный и любопытный взгляд. В таком мире не хотелось защищаться, а можно было наконец-то расслабиться и получить удовольствие. Не то чтобы вакидзаси умел отдыхать или хотел научиться, для него лучшее развлечение - кровопускание, но именно это непрошеное чувство закралось во время краткой прогулки. Нафиг-нафиг, линять отсюда надо, не хватало еще размокнуть и радоваться солнечным лучикам или чириканью птицы. Такой образ жизни казался чужим, неправильным и тошнотворным.
Облегчение наступило лишь тогда, когда Король Обезьян опустил вакидзаси на веранду. Сразу же сенсорная депривация. и из всех чувств остается осязание, да и то своеобразное, несвойственное человеку. Например, клинок тонко ощущал движение воздуха, когда им взмахивали, температуру, упругость протыкаемого тела, но при этом абсолютно не был чувствителен к боли, разве что только сталкиваясь с чем-то плотнее, чем сталь, что грозило надломить лезвие, но с таким дело приходилось иметь не часто: мало кому приходило в голову дубасить клинком по камню, например. Потеряв контакт с Королем Обезьян, клинок почувствовал себя малость получше: теперь не было этого липкого, навязанного жизнелюбия, а, значит, можно придумать, как выбраться из этой передряги. Может быть, кому-нибудь удастся стащить клинок, такое случалось ни раз, ну или просто затеряться в пути. В общем, беспокойные мыслишки появлялись, но повода для паники не было. Укун же, разорвав контакт с вакидзаси, тоже мог испытать легкость и свежесть, особенно в голове, когда прохладные муравьишки исчезли из его сознания.

Отредактировано Hungry Dinosaur (2020-02-23 19:54:11)

+1

15

Укун редко испытывал муки совести. В частности потому, что его никто этому не научил, несмотря на весьма консервативное китайское окружение. Это вообще было странно, ведь как в таком строгом обществе, где недостаточно глубокий поклон или слишком двусмысленное пожелание здоровья и благополучия могли стать причиной смерти человека, внезапно героем стал тот, кто полностью эти догмы нарушает. Ни скромности, ни трудолюбия, ни почтения, ни принижения себя - таких столпов поведения в азиатском обществе - у Укуна никогда не было. И совесть, в общем-то, тоже редко просыпалась. Но иногда бывало.
- Может, я не совсем хорошо с ней поступил... Она же типа... Живая?..- иногда эта самая совесть говорила голосом Сюаньцзана. Таким, занудливым, гундящим, с огромным запасом святости и желания помогать всем кому надо и не надо. И где-то в глубине головы этот голос иногда начинал осуждать все подряд и, в частности, то, что Король делал. Неприятное чувство, но он уже понемногу начал привыкать.
- С другой стороны, вдруг с ней случится что-то плохое? Сейчас, конечно, не сезон дождей, но все-таки...- он кривил душой. Все же, в основе его тревоги была не забота о другом существе, а собственный интерес в изучении этого существа. Тут, в Японии, Король пару раз видел рваные бумажные стены с глазами и ртами, прыгающие на одной ноге зонтики и, словно раненные солдаты, ползущие соломенные тапки, но это были словно простые забавные зверушки, его никогда не трогающие, и вакидзаси на их фоне разительно отличался.
И вот эти чувства вступали в противоборство, заставляя чувствовать себя странно и сложно. А Укун такого не любил.
Но все же еще было о чем подумать. Простая человеческая жизнь обуславливала быт, и даже если он жил один и нуждался в действительно малом, это мало стоило себе обеспечивать. Пища, вода, спокойный сон и глаженная одежда - все теперь на нем одном, никаких слуг, никаких помощников. Только обезьяны иногда тревожно кричат в горах, но вниз не спускаются, боятся людей в деревне. К ним разве что можно подняться самому, пострадать в компании и пожаловаться на свою жизнь. Да и не пристало Королю жаловаться на жизнь подчиненным, авторитет все же падает.
Кроме базовых потребностей, к сожалению, приходилось выполнять еще одну. Нудную, с виду вовсе бесполезную, но все же пообещанную этим милым наивным мальчикам, которые отпустили его путешествовать по миру только с этой условностью (и еще парой сотен, но вот первую Укун выслушал, а дальше перестал).
Непонятная жидкость, на вкус к счастью не горькая и не противная, в сосудах-тыквах стояла на полке небольшого шкафчика. Ее надо было пить раз в месяц, а денег на нее тратить будто на хорошую неделю в гостинице с завтраками и променадом до горячих источников. Но что поделаешь, если общество не совсем приемлет твой внешний вид, когда он такой весь пушистый, золотистый и с хвостиком.
- Она не портится вообще, интересно?..- в магию всяких зелий и снадобий Укун не вникал, а Глэмор покупал еще в Эдо-который-Токио. Хотелось верить в лучшее, все-таки, ему как-то работать потом в деревне. Но на вкус вроде все было как обычно.
Вообще забавно было, как теперь он далеко от цивилизации и даже от тех, кто занимается существами и подобными ими тварями. В таких маленьких деревеньках ведь вечно что-то да случается, постоянно на них кто-то нападает, что-то забирает и потом в свое удовольствие тут правит. В этом местечке подобные "цари" уже были - Укун с ними уже даже встречался. Обоюдно не особо приятная встреча, благо, дракой не закончилась, но ему пообещали слежку и пристальное внимание. Еще одна причина беспокоиться за этот живой меч.
Кстати о нем. Выйдя из дома обратно на крыльцо, Укун бросил взгляд на лежащий вакидзаси, все еще странно манящий взор и выделяющийся на деревянном настиле чернильным пятном. Ну не может же он правда просто кинуть его на траву и оставить на растерзание погоде, дуракам и животным. Это как минимум вовсе не по-королевски.
Обезьян сел на крыльцо рядом с вакидзаси. Точнее... Он очень постарался это сделать максимально грациозно (как будто клинок его видит, ага). Но кимоно это не та одежда, где ты можешь претендовать на грациозность без пяти лет обучения подобному искусству. И держа в руках что-то. Что-то открытое. Что-то с жидкостью внутри.
Да, он все разлил. Прямо на пол, на дерево и даже прямо на вакидзаси. Кто вообще придумал использовать в качестве одежды длинные юбки, которые обхватывают ноги и постоянно попадаются под ступни? Какой-нибудь человек, которого всю жизнь носили на руках, вот не иначе. Иного объяснения как этот великий придумщик хотя бы себе чай заваривал и не обливал все вокруг кипятком у Укуна не было.
- Ащщ... Вот же блин...

[icon]https://sun7-8.userapi.com/73TA_6UTjklK_P3oKyoxWhrYzA96y6YabUM-8A/NV9kO6BxTI0.jpg[/icon][status]В глубине лесов живет мудрый Король[/status]

+1


Вы здесь » Special Forces » 1800-1900 » Домик в горах