Special Forces

Объявление


ПАРТНЁРЫ И ТОПЫ


Уголок crabbing-писателей _fogelver_| FOGELVER - талантливая художница ВКонтакте Рейтинг форумов Forum-top.ru photoshop: Renaissance

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Special Forces » 1900-2000 » C’est la vie


C’est la vie

Сообщений 1 страница 19 из 19

1

C’est la vie
http://forumfiles.ru/uploads/000b/3d/29/117/981037.png
1. Место действия
Франция, Париж, одна из экзотерических лавок, являющихся прикрытием для работы ведьм Французского Шабаша
2. Время и погода
21.05.1994
3. Действующие лица
Женевьева Бернар (Гару), Ивон Блан (Серебряное Копытце)

Новичкам нужна практика - а особенно тем, кто уже без пяти минут агент СФ. Женевьеву, как одну из отличающихся студенток, берут на простенькое дело помощницей. Пусть опыта понаберется, научится допросы вести, с существами общаться, все на пользу подрастающему поколению. Вот только пытливый ум хочет идти дальше, чем простые типовые бланки и заранее заготовленные вопросы.

+1

2

Стоял теплый и солнечный день из тех погожих дней, что бывают в Париже в конце мая. Лёгкие и ветреные жители столицы торопливо шли куда-то по своим делам. Не забывая попутно отметить, что день удивительно хорош. Так что никто не обращал внимания на двух людей в штатском, стоящих у входа в эзотерическую лавку.

– …Нет, мадемуазель, потерпевшая утверждает, что у неё со всеми коллегами отличные отношения. Сестра за сестру, всё такое. У нас нет причин сомневаться в её правдивости.
– Поэтому вы, месье Ратте, считаете, что это поставщик, Ивон? – офицер не успел проинструктировать Женевьеву из-за ошибки в графике. Поэтому объяснять и спрашивать приходилось сейчас.
– Именно. У тебя есть другие предположения?

Женевьева пару секунд помолчала, но потом отрицательно покачала головой. То есть, что-то здесь ей не нравилось. Но сказать, что именно она не могла. Лучше смолчать и дождаться фактов.
– Отлично. Тогда идём. Если меня услышали, то Блан уже должен быть там, – кивнул Жоэль Ратте и уверенно открыл дверь лавочки. Женевьева скользнула вслед за ним, попутно обдумывая полученную информацию.

Дело действительно было не очень серьёзным. Как раз для старшекурсника-практиканта. У одной из ведьм Шабаша исчез драгоценный камень, необходимый ей для ритуала. Дальше подробностей Женевьеве не дали, лишь сказали, что без ритуала что-то где-то пойдёт не по плану, но до Апокалипсиса не дойдёт. Именно в такой размытой формулировке.  Впрочем, Женни полагала, что и начальству эту информацию дали в точно такой же форме.

В лавке стоял лёгкий полумрак. Нос сразу засвербело от запаха воска, дыма и дешёвых благовоний. Всюду стояли колоды Таро, зеркала, книги известных экстрасенсов и медиумов. Большей частью фикция. И, конечно же, бусы, браслеты, кольца, серьги и прочие украшения из драгоценных и полудрагоценных камней, развешенные везде, куда бы ни падал взгляд. В общем, типичная лавочка эзотерика с очень угнетающей и магической атмосферой.

– Бланк выучила? – кивнул Жоэль Женевьеве.
– Так точно.

Ни Ратте, ни Бернар не остановились, ни на мгновение, а сразу подошли к стойке. За ней, естественно, стояла вовсе не ведьма, а простая девчонка. Что-то вроде местного реквизита. Несчётное количество браслетов на запястьях, несколько ниток бус, кольца, какое-то странное балахонистое одеяние, длинные волосы кое-как собранные цветными верёвочками. Даже на ногах, казалось, у неё были браслеты. Но вот тут Женевьева не ручалась. «Мсье Блан уже здесь? Как я просил?» – коротко осведомился Жоэль. Девочка мило улыбнулась СФ-никам, кивнула и пригласила их за собой, в служебное помещение.

Там, за круглым деревянным столом из какой-то тёмной породы дерева, уже сидел мужчина, видом не старше тридцати. Женевьева бегло пробежалась по нему взглядом. Небольшая бородка, тёмные волнистые волосы, светлые сине-зелёные, глаза. Добрые глаза, ничего не сказать. Лёгкая полуулыбка. Если бы будущая СФ-ница не была «при исполнении», он бы ей даже понравился. Офицер сел перед ним, одной рукой выдвинул стул слева от себя, для Женни. Впрочем, она им не воспользовалась. Предпочла лишь опереться руками на спинку и молча наблюдать.

– Ивон Блан, верно? Офицер Ратте, – улыбнулся офицер, демонстрируя значок, – и моя помощница, мадемуазель Бернар. Разрешите задать вам пару вопросов?

[icon]https://sun9-10.userapi.com/aCDnrqhb2qqrkWzts4JPvAyyJw4nBDKPl8IILg/GfbhVoHGKLM.jpg[/icon][nick]Genevieve Bernard[/nick]

+1

3

Ну что ж, по крайней мере они выделили ему неплохую милую комнату, а не посадили в полицейский участок. Уже не такой плохой день, каким он начал казаться с самого начала.
А ведь ничего не предвещало беды.
Майское утро встретило отмененной сменой в том небольшом ювелирном, куда он смог устроится работать по не так уж и давно полученной профессии. Свободный день, и солнце, будто зная, приветливо улыбается с небосклона и гладит по кудряшкам. А потом раздается звонок, и Моника просит прийти на обычное время встречи по какому-то очень важному вопросу.
А потом за ним закрывают дверь и начинают допрос с пристрастием.
Стоит отдать девушкам должное, они вежливо предложили чай и не стали играть в злых полицейских с угрозами и обещаниями. Спокойным холодным тоном Моника, одна из довольно уважаемых и уже давно обитающих на поприще артефактистики ведьм, которая и была своеобразным куратором Копытца в их совместном деле, начала рассказывать о пренеприятнейшем известии. О том, что только вчера созданный для очень важного дела камень пропал из своей шкатулки.
И о том, что они вполне справедливо подозревают Ивона, так что будет хорошо, если они просто сейчас разрешат все миром и разойдутся, как в море корабли. И за такое доброе отношение, и весьма вкусный чай, Ивон и был бы рад вернуть камень - но у него его не было.
И на этом их точки зрения схлестнулись. Да так, что пришлось в итоге звонить в СФ и просить кого-нибудь уполномоченного приехать и разобраться с возникшей не самой приятной ситуацией.
День медленно переставал быть прекрасным.
СФ прибыло через пару часов. В течение которых ведьмы, одна за другой, подходили и просили его мирно признаться и вернуть этот злосчастный камень, но ответ у Копытца до сих пор был один и тот же. Он ничего не крал, а оттого и не может вернуть. Со вздохами девушки отходили, качая головой и бормоча что-то про упрямых русских.
А он оставался ждать своей судьбы, заодно пытаясь вспомнить свое алиби на вчерашний вечер.
Моника снова заглянула в комнату, лишь взглядом смерив одиноко сидящего в ней Блана, а затем прикрыла дверь. Чтобы через пару секунд ее снова открыли, но на этот раз уже незнакомые люди.
Копытце как-то машинально выпрямился, убирая со стола руки и стараясь выглядеть прилично. Законопослушно, наверное. Как хороший мальчик, которым он ведь и является. Желание демонстрировать СФ Франции свои только хорошие, а может даже и лучшие стороны все еще не исчезло, да и наверное не исчезнет никогда. Эти люди очень много сделали для него.
- Доброго дня, офицер,- кивнул он в ответ, а затем повернулся на девушку, нависшую над предложенным ей стулом, словно желая наблюдать за всем свысока.- И мадемуазель.
В его голосе слышался акцент, не такой раздирающий на части, как у некоторых иностранцев, но все еще слышащийся. Слишком грубый французский. С неправильно поставленной "р".
- Итак...- офицер шумно выдохнул, кладя на стол типовой и пустой бланк для заполнения ответов на вопросы и самый простенький диктофон. Было видно, что писать что-либо ему вообще не хочется, как и в принципе заниматься делами, которые больше подошли бы для обычной полиции.- Для протокола, назовите Ваше полное имя по паспорту, а также самоназвание, если есть.
Щелкнула кнопка записи.
- Имя по паспорту Ивон Блан... Самоназвание... Эм... Серебряное Копытце,- не сразу вспомнил он нужное слово. Которое, честно, старался даже не учить. Не хотелось слышать собственное имя здесь, где он уже почти пятнадцать лет пытается жить как простой человек.
- Значит, месье Блан. Сегодня утром поступило заявление о том, что Вы причастны к краже драгоценного камня у мадемуазель Моники Легран. А точнее, являетесь преступником и главным подозреваемым. А также единственным лицом, не из круга ведьм, допущенного вчера к предмету кражи непосредственно.
- Если быть точнее, то я его создал...- вмешался Копытце, робко перебивая очередные весьма логичные доказательства его "вины". Брови офицера заинтересованно поднялись вверх.
- Можно поподробнее об этом?
Копытце вздохнул. Он не то чтобы не хотел рассказывать, в конце концов, любая помощь следствию это всегда хорошо, особенно когда против тебя уже собрали весомые аргументы. Но его параноидальная часть все еще очень и очень не хотела говорить о чем-то подобном незнакомым людям. Даже если они и не просто какие-то там люди.
Он осторожно положил на стол правую руку. Под светом мягких ламп она отливала едва заметным металлическим серебряным блеском, гладким, не броским и не искрящимся. Со звуком удара металла по дереву Ивон легко стукнул ногтями по поверхности стола.
- Я умею создавать камни... Драгоценные, полудрагоценные. Из ничего или просто из кусков породы. Такой вот... Дар. Проклятье. Я этим и помогаю девоч... Кхм, местному Шабашу. И вчера они позвали меня, чтобы я для них создал новый камень. Аммолит. Точнее, технически это не камень, но его называют драгоценным камнем, сам он органического происхождения, например как жемчуг, янтарь или...
Воодушевленный голос любящего свою работу знатока стих, и Копытце неловко прокашлялся.
- Неважно, впрочем... Аммолит. Очень красивый камень, он переливается всеми цветами радуги. Редкий, но его почти не используют в ювелирном искусстве. В магии аммолит помогает в ритуалах призыва дождя или водных существ. Наверное, Вы слышали, на юге страны сейчас прогнозируют очень сухое лето, и камень хотели отправить им. Моника попросила меня его сделать, такой, ограненный в виде капли для усиления свойств... Она убрала его в шкатулку, и это последний раз, когда я его видел, клянусь. К чему мне воровать его...
Последнюю фразу, впрочем, он сказал уже тише. Понурившись, Ивон машинально одернул рукав, пряча серебряную руку, но искры света все еще прыгали по граням ногтей и пальцев. Офицер Ратте шумно выдохнул и повернулся на Женевьеву. Кажется, в его мире он пытался смириться с тем, что можно из ничего создать то, что стоит как пара-тройка его годовых зарплат. И явно просил Бернар продолжить пока что допрос.

[icon]http://forumfiles.ru/uploads/000b/3d/29/117/97845.png[/icon][nick]Ivon Blanc[/nick][status]Silver boy[/status]

+1

4

Французский язык всегда восхищал Женевьеву, особенно в сравнении с английским. Быстрый, перетекающий, словно журчащий, но одновременно плавный. Из уст же Копытца он звучал грубее, чем от коренных французов. Но уха это не резало. За корни Женни прощала вообще практически любые огрехи в речи.

Офицер начал допрос. Бернар опустила голову, внимательно вслушиваясь. Смотреть было не на что, узоры на полу в данный момент информативнее. Даже не на допрос это было похоже – Копытце всё рассказывал сам. Жоэль лишь обрабатывал и делал выводы. И эти искренность, открытость подозреваемого сеяли только больше сомнений в душе Женевьевы.

Ивон положил на стол правую руку. Женевьева подняла голову, убрав упавшие на лицо, практически чёрные кудрявые пряди. Раздражали они её неимоверно. Кисть Копытца неярко блестела, отливала металлом. У девушки зазудели кончики пальцев. Соблазн прикоснуться к руке, чтобы убедиться, что она точно металлическая, был велик. Но практикантка переборола своё желание. Тяга спонтанно трогать необычные объекты для СФ-ника может закончиться потерей конечности, к примеру. Опёрлась на стул предплечьями. Ивон тем временем продолжил, а когда закончил, спрятал руку под рукавом. Но блеск был всё ещё виден.

Наконец сформировалась окончательно та мысль, что волновала её ещё с инструктажа. Ивон Блан, единственный чужак в круге ведьм и главный подозреваемый невиновен. Он просто не может быть виновным. Женни быстро осмотрела комнату. Ну да, камеры. И в торговом зале тоже наверняка стоят. Плюс – Бернар готова была прикоснуться к подозрительному предмету – используются и магические способы наблюдения. На всякий случай. Осталось лишь доказать это упрямому Ратте. Но если передача происходила не здесь? Да и посредников никто не отменял. Может и не он сам.

Женевьева поймала немую просьбу офицера. Шанс. Немного подумав, он всё-таки обошла стул и села. Пододвинулась к столу, сцепила руки замком и положила их на стол. Она лихорадочно соображала, что спросить, чтобы не пойти наперекор Ратте, но и найти доказательства к собственной теории.

– Как вы передали камень ведьмам Шабаша? – Женни мягко улыбалась. Она мельком отметила, что реакции офицера не последовало, и дополнила вопрос. – Через посредников, или напрямую, из рук в руки?

Да, это многое прояснило бы. Для неё, по крайней мере. Она выжидательно посмотрела в глаза Блану. Не дожидаясь ответа, добавила:
– И, ещё, где это происходило? Здесь? В вашей лавке? Вы ведь ювелир, если я правильно помню.

[icon]https://sun9-10.userapi.com/aCDnrqhb2qqrkWzts4JPvAyyJw4nBDKPl8IILg/GfbhVoHGKLM.jpg[/icon][nick]Genevieve Bernard[/nick]

+1

5

Офицер затих, но вместо него в допрос вступила девушка. Она выглядела моложе, да и ее не представляли как сотрудницу. Помощница - это, наверное, студентка. Или, может, просто младший сотрудник. Блан не особо разбирался в системе работы подобных организаций, но зато помнил, как его, тоже еще студента, водили на практику на ювелирные заводы. И разрешали разве что штамповать ложки, но гораздо больше - просто смотреть на работу мастеров и благоговейно внимать их словам.
Так что, наверное, эта девушка была одной из счастливых студенток. Но полноценно за нее порадоваться Копытце не мог.
В конце концов, он на допросе.
- Нет-нет...- помотал он легко головой, чуть нервно скрещивая пальцы перед собой. Двигался металл точно также, как и обычная плоть, не скованно и не заторможено, как будто руку просто окунули в серебряную краску, да и оставили так зачем-то. Только звук выдавал все же не человеческое происхождение.
- Они сами меня приглашают. Вчера это было тут, но обычно это просто какое-то их место... Моника... Кхм, мадемуазель Легран и еще несколько девушек проводили меня в комнату, тут чуть дальше по коридору. Они дали кусок породы и Чары, и это был обычный... Сеанс.
Ему было немного неловко говорить об этом, отчего-то. Все же это никакой не интимный процесс, да и длится он обычно не так долго, хоть конечно и зависит от камня, но все же что-то сокровенное в нем чувствовалось, лично для Копытца. Быть может, последствия того, как беспечно он занимался этим раньше, в детстве.
- Да, я ювелир, но... У меня нет доступа к Чарам, да и заниматься таким в месте, где постоянно люди, это опасно... У нас все камни с паспортами, подсчитаны, если будет что-то лишнее, либо наоборот недостающее, ну Вы сами понимаете... Поэтому меня всегда зовут на закрытую территорию, где все свои. Потом камень забирают, и я его уже не вижу.
Ивон тяжело вздохнул, поднимая глаза на Бернар.
- Я правда не брал этот камень... К чему он мне, я же даже продать его не смог бы. Да и ведь это было для людей. Как нужно пасть, чтобы красть у тех, кому нужнее...
Ивон грустно вздохнул, кидая взгляд на офицера. Тот тоже не выглядел радостным, видимо, то ли жалея попавшего ни в то место ни в то время Блана, то ли просто сочувствуя и без того еле устроившемуся беженцу. Воровство не красит ничью историю, особенно в таких масштабах и особенно у ведьм.
- Кхм... Есть ли у Вас те, кто могут поручится, что после выполнения обязательств, Вы сразу же ушли из этого места и больше в нем не появлялись?
Копытце молча покачал головой. Никого подтверждающего у него не было. Только местные камеры, разве что, но кто их знает, включены ли они вообще. А может и просто, ради красоты висят.
По крайней мере в дело показатели камеры еще записаны не были. Только свидетельства пострадавшей и некоторых приближенных к ней дам.

[icon]http://forumfiles.ru/uploads/000b/3d/29/117/97845.png[/icon][nick]Ivon Blanc[/nick][status]Silver boy[/status]

0

6

Лёгкое поскрипывание металлической руки вызвало у Женевьевы ещё больший интерес, чем до этого. Она утратила окончательное понимание того, как это работает. Но, это было неважно. Она тряхнула головой и вернулась к делу.

«Значит, его приглашают и сразу же после создания отбирают камень. Процесс создания происходит на глазах у ведьм. Последний раз – в комнате рядом. Есть ли в той комнате камеры? А чёрт его знает, смотреть надо. А если есть – почему их не просмотрели сразу? Это же логично. Я бы первым делом просмотрела записи с чёртовых камер. Либо их там нет, либо кто-то мутит воду, – думала Женевьева. Она верила Блану. – Ему действительно нет резона воровать. Да и каким образом, при передаче из рук в руки-то? К тому же, всё очень строго учитывается. Если он не врёт, конечно. Хотя, он не имеет доступа к Чарам… Да и свидетелей у него, кроме техники нет. Но с другой стороны, зачем ему камни? Ради денег? Вероятно, кстати. А может, врёт и не он, а эта, как её… Моника»

Она откинулась на спинку стула, поджав губы и не сводя взгляда с Ивона. Всё указывало на то, что Копытце всё же виновен. Но верить она не хотела. Да даже по тому, как он говорит. Не похоже на человека, который врёт. Хотя, нервничает знатно, но то и не удивительно. Она бы тоже нервничала.

– Месье Блан, а кто из ведьм присутствовал во время… сеанса? – вновь перехватила инициативу Женевьева, наклоняясь к столу. Офицер, только-только собиравшийся задать очередной вопрос, бросил на неё злобный взгляд. Она виновато улыбнулась, на секунду вжав голову в плечи. – И я бы… нам стоило бы осмотреть комнату, в которой проходил сеанс, – неуверенно добавила она, обращаясь больше к Ратте и боясь ещё больше проштрафиться перед ним.

Офицер пожал плечами. Это было как минимум логично. Хоть Жоэль уже наверняка уверился в виновности Блана. Это так в стиле офицеров, которым выдают до смешного мелкие дела. Но лёгкое прикосновение к ноге она ощутила. На языке СФ это значило: «Какого хера ты творишь?! Ты помощница, а не главный исполнитель!». Но вслух он ничего не сказал, сохраняя совершенно спокойное, невесёлое выражение лица.

Жоэль обратился к Ивону, словно помогая Женевьеве:
– Мы ведь можем осмотреть комнату?

Этот огрех был необходим. В деле, вроде как, говорилось, что кроме пресловутой Моники никого из ведьм ещё не опрашивали. Имен не называлось, по крайней мере. Женевьева хотела знать больше. Оба СФ-ника выжидательно посмотрели на Ивона. Женевьева несколько раз нервно простучала дробь кончиками пальцев по столу.

[icon]https://sun9-10.userapi.com/aCDnrqhb2qqrkWzts4JPvAyyJw4nBDKPl8IILg/GfbhVoHGKLM.jpg[/icon][nick]Genevieve Bernard[/nick]

+1

7

Долгое молчание девушки заставляло нервничать. Кто знает, видит ли она его отъявленным преступником или нет. Ведь и от ее мнения тоже зависит то, что будет дальше. Слова молодых часто перегибают палку мнения даже самых опытных офицеров.
А иногда служат лишь шумом на фоне.
Но Женевьева казалась Копытцу хорошим человеком. Они, впрочем, все были людьми неплохими, сами по себе. Обычные люди, у которых грехов столько же, сколько и добродетелей. Это просто их работа, которую они должны совершить. И на совершение которой настаивают возмущенные ведьмы, чье недовольство чувствовать даже сквозь закрытые двери и стены.
- Кто из...- офицер недовольно зыркнул на помощницу, но вопрос не отменил. Ивон нахмурился, напрягая память. Как-то он не планировал запоминать это, ведь все казалось таким обыденным и простым, а теперь от этого может что-то зависеть. Но от мадемуазель Бернар чувствовалась поддержка. То ли ей просто было интересно повозится с этим делом подольше, то ли она действительно верила ему, но в ее словах чувствовалось желание докопаться до истины.
- Кроме мадемуазель Легран с нами было еще две девушки... Одну звали Марин, она как раз рассказывала про задачу и про то, какой именно камень им нужен. Он казалась очень обеспокоенной проблемами людей. И Флоренс, она просто наблюдала за сеансом, думаю, она молодая еще и ее просто учили... Марин сегодня здесь, у нее такие голубые волосы. Наверное, не уйдет, пока мы не найдем камень. А Флоренс я видел только на входе, но не знаю, здесь ли она все еще...
Он задумался ненадолго, а потом чуть заметно кивнул головой.
- Это все, что я могу рассказать... Моника лучше их знает. Но она уже говорила Вам, наверное, что никто из ведьм не стал бы брать эту вещь,- офицер кивнул в ответ на эти слова, а потом шумно и устало выдохнул. Идти куда-то там и объяснять взвинченным дамам, что они не смогли волшебным образом достать из Ивона так нужный камень, а что нужны еще проверки, ему явно не хотелось.
Но слова Бернар были правдивы и по-настоящему правильны. А значит нужно было идти.
- Посиди тут, присмотри за... Подозреваемым,- бросил Ратте, вставая со своего стула и мельком снова кидая взгляд на опрашиваемого.- Смотри, он нужен правосудию живым, не отдавай его ведьмам раньше срока.
И, хмыкнув собственной шутке в такт, мужчина вышел их отданной под допросную комнату в коридору. В короткий миг, когда дверь была открыта, снаружи раздался напряженный голос "Ну что, он сознался?", но затем все стихло за плотным деревянным полотном.
Ивон шумно выдохнул и закрыл лицо ладонями, скрывая в них свое горестное лицо страдания всего лесного честного народа.
- И почему такой прекрасный день стал таким ужасным...

[icon]http://forumfiles.ru/uploads/000b/3d/29/117/97845.png[/icon][nick]Ivon Blanc[/nick][status]Silver boy[/status]

+1

8

Офицер вышел. Женевьева, по началу, разочарованно подумала, что хотела бы сама говорить с ведьмами. Но потом поняла, что конкретно её они бы просто порвали. Не потому что она глупа и ничего не умеет, нет, в своих способностях она вообще редко сомневалась. А просто потому что студентка и особой власти не имеет.

Копытце мрачнел на глазах. Буквально за несколько мгновений он стал выглядеть невероятно уставшим и болезным. Хотя секунду назад держался молодцом. Хорошо держался.

– Выше нос, месье Блан, – тепло улыбнулась она, надеясь хоть как-то подбодрить Ивона. Да и продолжать допрос ей не хотелось. Всё что надо было, она уже знала. А вот просто поговорить - да. – Ещё не всё потеряно. Ведьмам я вас, по крайней мере, точно не отдам, – фыркнула она, повторяя шутку офицера. Посмотрела на дверь. – Сама их не то что бы люблю. Хотя знакомые, и не плохие знакомые, надо сказать, есть.

Она откинулась на спинку и вытянула ноги под столом. От стойкого аромата «эзотерики», который просачивался даже сюда, начинала болеть голова. Бернар закрыла глаза. Мысли, словно стали тяжёлыми, еле-еле передвигались и выявлялись. Но, основная логическая цепь уже выстроена, так что особо не помешает.

– Когда я шла в Спешл Форсес, – внезапно начала она и вновь открыла глаза. – Я мечтала совсем о другом. Как-то прекрасная мечта стала не самой прекрасной реальностью. Не ужасной, конечно… – она горько усмехнулась. Вспомнила мать. Да, ведь из-за неё… благодаря ей во взгляде Женни горел этот азартный огонёк. Появилась эта странная полубезумная мечта. Благодаря её рассказам. Благодаря её примеру благородства, чести, доброты. Нет, Бернар ни за что не откажется от службы. – В любом случае, я вот совсем не хочу портить вам день окончательно. Я понимаю, как воспринимаются два злобных СФ-ника, которые ворвались в вашу спокойную жизнь со своими вопросами и допросами.

Она снова замолчала, погрузившись в свои мысли и воспоминания. Может, попросить его вежливо дать руку «на посмотреть»? Она всё ещё продолжала волновать любопытство Женевьевы. Но, сочтя это не очень-то приличным, да и не уместным, она отказалась от столь заманчивой идеи.

– А как вы попали во Францию, если не секрет? – она чуть прищурилась. – Не для дела, не беспокойтесь. Мне просто любопытно. Вы ведь из… из России?

[icon]https://sun9-10.userapi.com/aCDnrqhb2qqrkWzts4JPvAyyJw4nBDKPl8IILg/GfbhVoHGKLM.jpg[/icon][nick]Genevieve Bernard[/nick]

+1

9

Слова девушки заставили как-то нервно то ли хмыкнуть, то ли хихикнуть. Да, возможно, только наличие здесь представительницы официального закона и защищает его от того, чтобы в дверь в который раз зашли ведьмы и снова потребовали во всем сознаться и все вернуть.
Но возможно уже не очень мирными методами.
С тихим выдохом Ивон поднял голову, отнимая ладони от лица. В самом деле, нельзя сдаваться. Он ведь знает, что он невиновен, и это главное. Нельзя падать духом сразу, только столкнувшись с какой-то сложностью, иначе вся жизнь может так и остановиться у первой более-менее глобальной проблемы. И замереть в страхе, ужасе и непонимании того, как двигаться дальше.
А сделать это итогом длинного пути как минимум очень глупо.
Но без поддержки ему было сложно. Именно это ощущение одиночества в заполненном мире, противостояния кому-то сплоченному, единому, выматывало куда сильнее, чем просто факт обвинения в краже. Он один, без влияния, авторитета или какого-то образа, против тех, кто веками живут в этом месте и существуют как единое целое. Есть от чего впасть в отчаяние. И голос Бернар был пока что единственным, что отвлекало от этой пучины уныния.
- Нет-нет,что Вы... Это Ваша работа, восстановить справедливость и вернуть мир. Ваша работа прекрасна,- искренне, хоть и устало улыбнулся он девушке. Он и правда так считал. Работа этих людей по защите людей и существ была той надеждой, на которую он не мог и надеяться долгие годы. Ощущение, что есть кто-то, кто решит твою судьбу правильно и по понятным всем законам, многого стоит, когда ты понимаешь, что оно наконец вошло в твою жизнь.
Чувство безопасности. Пусть и не до конца еще сформированное.
- Во Францию?..- что ж, наверное, именно эти воспоминания вызывали в нем то самое острое чувство, сверлящее затылок. Среди людей его называли паранойей, но в лесах оно часто значило единственный способ спасти собственную шкуру.- Это невеселый рассказ, мадемуазель... Я правда из России, но я сбежал оттуда во времена Второй Мировой. Скитался по Европе, но, Вы знаете наверняка, везде была разруха, всем было не до упорядочивания, паспортизации и записи в каталоги. А Франция... Говорят, Бог любит Францию, так что, может и чье-то провидение помогло мне попасть сюда в мирные времена. Это милая страна с милыми людьми, которые не торопятся жить. Но не от хорошей жизни и не по своей воле я выбрал ее, увы.
Печальная улыбка человека, пережившего многое, украсила его лицо. Он не говорил страшно, как рассказывали ветераны, вспоминающие огромные потери и страшные годы войны сороковых, скорее это были грустные воспоминания одного из толпы. Кто знает, сколько было таких, как он. Сколькие из них не выжили.
- Впрочем, дай мне судьба выбор еще раз, я бы все равно остался здесь. К хорошей и спокойной жизни быстро привыкаешь.
Он едва слышно фыркнул, приглаживая немного растрепавшиеся волосы. Его светлые глаза спокойно оглядели лицо Бернар.
- Я не знаком с тем, как работает система изнутри... Но надеюсь, что Ваша мечта станет явью. Сама по себе или же от Ваших же усилий. Ведь все мы так или иначе создаем мир вокруг. Даже какими-то мелочами.
Он как-то неловко улыбнулся девушке.
- Жаль только, что приходится говорить об этом в подобной ситуации. Кружка кофе и пара макарун была бы лучше, чем... Все это.

[icon]http://forumfiles.ru/uploads/000b/3d/29/117/97845.png[/icon][nick]Ivon Blanc[/nick][status]Silver boy[/status]

+1

10

Блан, кажется, несколько приободрился. То ли почувствовал, что Женевьева действительно не желает ему зла, то ли просто сам решил, что не время падать духом где и когда попало.

– Вы серьёзно? – грустно усмехнулась Женни на фразу о «прекрасной работе». – Обычно, при появлении служителей порядка все становятся чуть менее любезными, чем были. Или могли бы быть. И речь сейчас не только про СФ.

«И знаю я это по своему опыту», – мысленно добавила она. Нет, она не сталкивалась с полицейскими по серьёзным поводам. С СФ тем более, Бернар великолепно понимала, чем грозят стычки с законом существ. Но вот за мелкое хулиганство, типа рисунков на стенах, изредка драк, ловили регулярно. Она, конечно, была максимально корректна, чтоб не получить сверху ещё и за хамство, но и на встречу особо никогда не шла. Как и её сверстники. Как и уже взрослые люди. Она невольно почесала много раз разбитую губу.

Практикантка слушала Ивона внимательно. Воспоминания о временах Второй Мировой давались ему явно нелегко. Вернее, не то чтобы нелегко. Скорее просто осели неприятным горьким осадком, а он его расшевелил, поднял. Но Женни на самом деле была удивлена, что он сразу рассказал. У каждого человека в задворках памяти есть то, что лучше держать за тёмными занавесями. У неё, к примеру, это была та ночь, когда принесли значок матери. Она до сих пор вздрагивает, когда вспоминает. А ведь прошло уже три года. И тот период, о котором говорил Копытце, был явно из таких. Однако он достаточно легко достал его из глубин памяти. Девушка боялась перебить Ивона, чтобы ни спугнуть, ни отвратить желание говорить. Ей не нужно было, чтобы Блан замкнулся. Напротив, Женни хотела его расшевелить. Так что она мягко улыбалась и слушала. К тому же, рассказ был действительно интересен. Слушать человека, который во много раз старше тебя – воистину необыкновенно. Хотя, отец дарил ей этот незабываемый опыт регулярно.

– Пожалуй, вы правы. Я, конечно, историю прогуливала, но не думаю, что в других странах было сильно спокойнее. Возможно, Франция достаточно легко восстановилась после той войны, – кивнула Бернар.

– Именно знание того, как работает система изнутри иногда и подкашивает меня, – скривилась Женевьева. – Но, полагаю, это касается всех, кто идёт в правоохранительные структуры. Я оптимистка. Я верю, что всё будет великолепно.

Она на несколько мгновений замолчала, вслушиваясь к шорохам за стеной. Но офицер, видимо, возвращаться не собирался. Женевьеву это вполне устраивало. Она чувствовала, что обстановка стала уже достаточно неформальной. А Ратте за такое по головке не погладит.
– Макаруны… – странно задумчиво протянула она. Тихо рассмеялась. – Как вам не стыдно, месье Блан? Я ела-то последний раз на днях, а вы прямо-таки соблазняете меня. Обожаю макаруны

Чем дольше шёл разговор, тем менее серьёзной становилась мадемуазель Бернар. Расслаблялась, потихоньку переставала быть суровой СФ-ницей. Всё человечнее и словно бы моложе становилась. Вечный подросток, только и всего.

– Месье Блан, – она коротко посмотрела на его рукав. Подросток начал брать верх. Хотела было прикусить язык, но слово уже сказано. – Разрешите одну… не очень скромную просьбу?

[icon]https://sun9-10.userapi.com/aCDnrqhb2qqrkWzts4JPvAyyJw4nBDKPl8IILg/GfbhVoHGKLM.jpg[/icon][nick]Genevieve Bernard[/nick]

Отредактировано Pro_Zaikk (2020-10-19 18:55:34)

+1

11

Наверное, это нормально, что многие люди недолюбливали полицию или им подобных. Это было в их натуре, изначально нейтральной, но не любящей покоя. За каждым человеком был хоть один грех, и все они боялись их разоблачения. И, быть может, знали о работе доблестной полиции чуть больше, чем приезжий Ивон.
Но ему нравилось верить в рыцарей добра и справедливости. Нравилось то, что есть высший закон, которому подчиняются все. После всепоглощающего осознания того, что ты ничего не решаешь в своей жизни, что зло просто есть и никакое чудо не заставит его исчезнуть по щелчку пальцев, после такой агонии того, кто в принципе не был создан страдать - хотелось верить в добро.
Ивона часто называли наивным, даже если не вслух.
Наверное оттого и было ему легче со столь же наивными существами - с детьми да с животными. И улыбка Бернар напоминала о том, что она все же еще ребенок. Пусть взрослый и уже наверняка ни раз столкнувшийся с проблемами в жизни (а может и вызывая их иногда), но все же ребенок. Смеющийся, хитрящий и притворно ругающий.
Хотя Блан на секунду все же испугался. Но что с него взять.
- Франция славится своей выпечкой примерно также, как и украшениями. Первое потребляю, второе произвожу - я настоящий француз!..- невинно пошутил он в ответ, улыбаясь уже увереннее. Все же говорить с простыми людьми куда легче, чем отвечать на допросе.
Лишь бы офицер не пришел не вовремя, а то будет весьма неловко. Вдруг Женевьевой влетит за то, что она болтает со все еще подозреваемым в краже. Это ведь, наверное, не правильно. А неприятностей Копытце никому не хочет.
- Просьбу? О, ну... Не думаю, что в этом положении я могу чем-то Вам помочь, но... Да, конечно,- кивнул он, с неким любопытством и готовностью слушать. И слушать было что.
Просьбу и правда сложно было назвать скромной. Копытце нервно кашлянул, на миг отворачиваясь и глядя в стену так, как будто сейчас она была его Девой Марией и должна была ему ниспослать какие-то тайные знамения. Ушли предательски покраснели.
Но ведь в этом нет ничего такого страшного, в конце концов. Во Франции это и вовсе считается обычным, менталитет тут был рассчитан на довольно тактильных людей. Не итальянцы, конечно, но все же. Так что, наверное, ничего страшного. Но мужчина все равно был смущен таким интересом.
- Да, конечно...- он задрал рукав, обнажая руку полностью. Впрочем, после запястья она была самой обыкновенной, из плоти и кожи. И только сама кисть правой руки выбивалась из образа, словно натянутая тонкая перчатка.
Но на ощупь она была металлической. Прохладной, гладкой, с лишь тонкими линиями граней пальцев. Выглядела как серебро, ощущалась как серебро, и только лишь по весу была как обычная рука.
Иногда магия ставит в тупик и делает что-то только потому, что ей хочется.
- Вы первая, кто вообще ей заинтересовался... Но и я стараюсь не говорить об этом. Людская жадность... Самое ужасное, что есть на свете. Не хочу быть ее орудием.
И у него явно был тот самый опыт, что позволял это говорить со стальной уверенность в голосе. Впрочем... Так ли это удивительно для того, что создает что-то столь дорогое из воздуха или кусков обычной породы.

[icon]http://forumfiles.ru/uploads/000b/3d/29/117/97845.png[/icon][nick]Ivon Blanc[/nick][status]Silver boy[/status]

+1

12

Женевьева внимательно осмотрела лицо Ивона. Если ему чуть-чуть поправить выговор, действительно, истинный француз. Не отличишь даже. В плане украшений он был прав. Даже сейчас на запястье Бернар были завязаны две фенечки. Не ювелирные украшения, конечно, но пройти мимо она просто не могла.

Женни сама удивлялась своей смелости. Хотя, неумолимо краснела. Благо, из-за тёмного освещения и достаточно смуглой кожи это было практически незаметно. Ивон тоже был явно смущён, но противиться не стал. Женевьева аккуратно, кончиками пальцев прикоснулась к его руке. Нет, ну точно из металла. Холодная, гладкая. Но как она сохраняет подвижность? Цельная, никаких стыков нет. Немое восхищение во взгляде Женни смешивалось с полным непониманием и толикой стыда.

Впрочем, долго осмотр не продлился. В конце концов, ей стало просто неудобно.
– Нет-нет, что вы… – Женевьева смутилась ещё больше и убрала руки. – Даже в мыслях не было. Я просто никогда не видела ничего подобного, – она поджала губы и пробормотала тихо. – Наверное, мне не стоило этого делать. Любопытство меня погубит.

Дверь приоткрылась. Бернар резко посерьёзнела, оставив лишь мягкую улыбку, ту, что была при допросе. В комнату вошёл офицер, упал на стул, прошипев что-то вроде: «Чёртовы шлюхи». Блан еле спрятал руку. Но Ратте сразу же успокоился и негромко обратился к Женевьеве:
– Пусто. Камеры засбоили именно в тот день, когда проходил сеанс.

«Проклятье», – подумала она и откинулась на спинку стула.
– А сами ведьмы что?
– Мадемуазель Легран всё так же, Марин заказчица, считай, пострадавшая, а Флоренс найти не удалось. Её здесь нет.
– И где же…
– Скоро приедет, – не дал ей договорить офицер. – Я договорился со старшими ведьмами.

Женевьева кивнула и задумалась. Допрос, конечно, будет вести не она. Но она может очень активно ассистировать, сбивая подозреваемую с толку, и наводя офицера на нужную ей мысль. Хотя, вряд ли ей удастся провернуть этот трюк, не вызвав подозрений и недовольства Ратте. Впрочем, попытка не пытка. Ратте тем временем продолжал уже громче, чтобы и Ивон слышал:
– Флоренс будет здесь через пятнадцать минут. Допрос пройдёт в этой же комнате. В вашем присутствии, месье Блан. Сопоставим факты. Женн… мадемуазель Бернар, проследите, чтобы не было противоречий. Даю вам право голоса, если заметите нестыковку или какую-то странность.

Женни кивнула, пропустив оговорку мимо ушей. Вот и шанс. Всё просто: дождаться ведьму, внимательно слушать и вставлять своё весомое слово. Должно быть просто, по крайней мере.

Ровно через пятнадцать минут дверь открылась. На пороге стояла Флоренс. Вернее, практикантка не знала, как та выглядит, но это больше не мог быть никто другой. Она робко прошла и села между Бланом и СФ-никами.

– Назовите Ваше полное имя по паспорту, а также самоназвание, если есть, – заученно проговорил офицер шаблонную фразу, после представления.
– Флоренс Лесаж, самоназвания нет, – ответила девушка. Молодая совсем ещё, сразу видно. Даже без пояснения.
– Хорошо. Мадемуазель Лесаж, вы были привлечены в качестве свидетеля к делу о краже драгоценного камня, именуемого аммолит, у мадемуазель Моники Легран. Подозреваемый утверждает, что во время сеанса, вы находились с ним в одном помещении. Об этом же свидетельствуют и потерпевшая, и второй свидетель, – будничным тоном объяснил Жоэль суть дела. – Всё верно? Вы действительно были там?
– Да, месье Ратте, – кивнула Флоренс.
– Какова была цель вашего пребывания там?
– Практика, – коротко ответила она. – Вернее, меня позвали, чтобы я посмотрела, как создаются камни. Необычайно редкий вид магии. Вот меня и позвали.

Женевьева потёрла шею. Разговор обещал быть долгим.
– Вы видели, куда положили камень после сеанса?
– Да. То есть, все видели. Камни всегда складывают в одну и ту же шкатулку. Это вам и Моника, и Марин подтвердят.
– Вы видели, чтобы подозреваемый, месье Блан, прикасался к шкатулке после создания?

Флоренс замялась, вроде как, вспоминая. Женевьева подсознательно напряглась.
– Да. Он же и положил камень в шкатулку, закрыл её, подтолкнул… – Флоренс замолкла. Бернар представила себе происходящее. Невозможно. Даже самый умелый вор не смог бы.
– Может, месье Блан как-то это прокомментирует? – спросила Женни. Скрестила руки на груди. Флоренс по её скромному мнению нагло врала. Офицер немного непонимающе посмотрел на свою помощницу, но кивнул, мол, говори.

[icon]https://sun9-10.userapi.com/aCDnrqhb2qqrkWzts4JPvAyyJw4nBDKPl8IILg/GfbhVoHGKLM.jpg[/icon][nick]Genevieve Bernard[/nick]

Отредактировано Pro_Zaikk (2020-10-21 17:41:13)

+1

13

- Любопытство это двигатель жизни. Главное быть готовым к тому, куда оно тебя сдвинет,- немного подбодрил он девушку. К тому же, сам Копытце прекрасно понимал, что такое любопытство и уж точно каково это быть жертвой любопытства и его деяний. Уж сколько раз твердили миру, а особенно Ивону, с самого детства и иногда даже до сих пор, но сложно перестать быть любопытным. Невозможно даже наверное.
Появившийся офицер разрушил в чем-то даже милую атмосферу. Ивон  тут же выпрямился, отдернув руки со стола так, будто его ударили током. И тут же замолкнув, просто слушая разговор двух СФников, который, впрочем, не был радостным и веселым. И не касался той части допросов, где невинно оговоренных отпускают домой и извиняются. Но ведь не могло все так просто и хорошо закончится.
В ответ на заявление об очном допросе, Блан только кивнул. Выбора у него особого нет, а раз с данными камер что-то случилось, то остались только свидетельские показания. Самые ненадежные, но у них небольшой выбор. Да и в глубине души Копытце надеялся, что девушки подтвердят то, что он не брал камень и никогда не был уличен в подобном желании, и все разойдутся в хороших отношениях и не с менее хорошим настроением.
И с найденным камнем. Конечно. Людям все еще нужна помощь, и их явно не будут волновать парижские разборки.
Напряженная тишина разорвалась звуком открывающейся двери минут через пятнадцать. Флоренс, милая девушка со светлыми волосами, убранными в не очень аккуратный хвостик, на чьих руках звенели и перестукивались между собой многочисленные браслеты, четки и фенечки, как магические, так и просто красивые. Бубенцы, металлические пластинки, деревянные шарики и пластиковые фигурки ударились об стол тихим стуком.
Ивон обернулся на девушку, скорее в надежде увидеть на ее лице ту же решимость поскорее найти справедливость и разойтись по домам, но наткнулся лишь на растрепанный хвостик и красивую сережку. Флоренс на него смотреть явно не желала, все свое внимание обращая в сторону расспрашивающих СФников. Копытце тихо выдохнул и просто принялся слушать.
Первая часть рассказа девушки ушла недалеко. Она только начала говорить, и сразу же замолкла. Уткнулась взглядом в собственные руки, закусив губу, и долго вздохнула. Ивон лишь печально посмотрел на нее. Как же сложно, наверное, говорить о подобном совсем юной и неподготовленной девушке.
- Мне нечего добавить... Так все и было,- явно не совсем понимая, к чему именно клонит свидетельница, согласно кивнул Блан. Девушка восприняла это по-своему.
- Думаю... Думаю, он просто сделал вид, что положил камень, а сам спрятал его... Как жулики в картах!..- словно вспомнив что-то, воспрянула девушка духом, поднимая голову и глядя на офицера. Который встречал ее слегка скептичным взглядом.
О содержании скепсиса в глазах Бернар можно было и не говорить.
- Что?.. Это же невозможно!- Ивон возмутился вне установленных рамок для переговоров, но, видимо, выразил некую общую мысль. Флоренс громко фыркнула, как бы говоря, что с преступниками она не общается.
- У Вас вечно длинные рукава на одежде, наверняка Вы... Спрятали туда камень!.. Не знаю, но уверена, как-то так это и было,- в ее голосе была уверенность, но какая-то отчаянная. Как у того, кто верил изо всех сил, слепо, закрывая глаза и уши и громко крича, лишь бы не слышать голосов, которые говорят иное.
Ивон шумно втянул в себя воздух.
И столь же шумно его выдохнул.
Он не хотел кричать на того, кто просто не знает в чем причина.
- Наличие рукавов не обязывает меня к воровству. Я считаю, что это необоснованное обвинение. Если нет чего-то еще, конечно же.
Офицер постучал пальцами по столу, а затем вновь повернулся к свидетельнице.
- Итак. Может у Вас есть какие-то другие показания, мадемуазель Лесаж? Более... Весомые, нежели Ваши догадки,- в его голосе явно чувствовалась усталость от всего происходящего и самое большое желание просто уйти отсюда и пойти выпить чашечку кофе.
Флоренс затихла. Она нахмурилась, словно действительно что-то вспоминала, кусала нижнюю губу. Со стороны это правда было похоже на очень сосредоточенный мыслительный процесс. Но почему-то взгляд девушки бегал туда-сюда, с рук на стол, со стола на колени, с коленей снова на руки.
- Возможно... Он мог дождаться, пока все уйдут из комнаты, и снова зайти в нее... Мы не провожаем гостей прямо до двери и не следим, ушли ли они... Обычно рассчитываем на их воспитанность,- как-то робко, но все же выдала девушка. Ивон тихо фыркнул, отворачиваясь.
- С тем же успехом его мог взять кто-то из ведьм...- пробурчал он себе под нос обиженным тоном на уже гораздо более кривом и корявом французском. И добавил что-то на русском. Явно негативно окрашенное.

[icon]http://forumfiles.ru/uploads/000b/3d/29/117/97845.png[/icon][nick]Ivon Blanc[/nick][status]Silver boy[/status]

+1

14

Теперь офицеру стала понятна реплика Бернар. Он испытывал примерно те же чувства, что она. То чувство, когда ты точно знаешь правду и слушаешь ложь только из вежливости. Женни очень надеялась, что по выражению лица её скепсис не сильно виден. Ей не хотелось смущать свидетеля.

Ивон явно злился, Флоренс явно нервничала. Они практически сцепились в обычной бытовой склоке, но Ратте их прервал. Офицер явно мечтал о кофе, а Женевьева – о постели. И макарунах. Суббота, в конце-то концов. Но дело нужно довести до конца. К тому же, всё очевидно скоро кончится. Пара наводящих вопросов и свидетель начнёт путаться в своих же показаниях. Жоэль наклонился к Женевьеве и прошептал: «Попробуем перекрёстным. Соображай быстро. Можешь спрашивать даже чушь».

– Куда вы пошли после завершения сеанса? – офицер проигнорировал русскоязычный выпад Копытца и три раза отбил пальцами дробь по столу.
– Я… – и снова мадемуазель Лесаж замялась, – я пошла домой. Я уже сделала все дела на тот день, остались только домашние.
– Что вы можете рассказать об украденном камне? – вступила Женевьева
– Аммолите? Ну, он произошёл от аммонитов, есть такие моллюски. Он просто невероятно красивый. Даже в темноте будто светится семью цветами, а на просвет, так кажется, больше, создавая вообще несуществующие цвета спектра…– во взгляде Флоренс загорелся восторженный огонёк. Но она резко сбавила обороты. – Его используют, чтобы подчинить стихию воды. Вызвать дождь, например.

Женевьева кивнула. Снова офицер:
– Вам так нравится работать с камнями?
– Да, я даже периодически задерживаюсь, чтобы подольше побыть с ними.
– Хорошо, – и снова голос Бернар. – У вас есть камни в персональном пользовании?
– Да, конечно! У каждой уважающей себя ведьмы есть, – девушка даже обиженно поджала губы. – Защитные хотя бы. Агат, анальцим…
– Вы геммолог? – спокойно уточнил офицер.
– Нет, то есть… я просто увлекаюсь камнями и люблю работать с ними.
– Вы берёте работу на дом? – Бернар.
– Крайне редко. Мадемуазель Легран такого не любит, но я всё равно иногда проношу.
– Каким образом вы проносите камни домой? – Офицер. Женевьева немного подалась вперёд.
– Беру их незаметно, со стеллажей или из ящиков, куда их кладут обычно. Одежда такая, что и не видно. Но… но это не воровство, я потом всё возвращаю!
– А куда обычно ставится шкатулка? – Женни пропустила оправдательную речь мимо ушей.
– Шкатулка? В ящик, куда и всё остальное…– Лесаж запнулась. – Если её срочно не используют, но такое бывает редко.
– Что вы думаете о месье Блане?
– Месье Блан… – Флоренс подняла глаза на Копытце, но вопрос есть вопрос. – Он такой… тихий и милый. Скромный. Будто бы бескорыстный, и даром ему всё не надо.

Офицер слегка стукнул ладонью по столу. Флоренс выдохнула, смотря куда-то вниз. Женни улыбнулась и закивала. Ратте явно делал какие-то выводы. Вопросы задавались очень быстро, перерывов между ними практически не было.

– Месье Блан, – Жоэль уже явно устал. – Какая ещё часть вашей работы проходит в этом здании?

Женевьева выдохнула, облокотилась на спинку стула и ненадолго запрокинула голову. Бить перекрёстным Ивона не было смысла. Он не вёл себя так же подозрительно, как Флоренс. Так что практикантка могла выдохнуть на несколько минут.

[icon]https://sun9-10.userapi.com/aCDnrqhb2qqrkWzts4JPvAyyJw4nBDKPl8IILg/GfbhVoHGKLM.jpg[/icon][nick]Genevieve Bernard[/nick]

+1

15

В допрос девушки Ивон не встревал. Не только потому, что так и нужно было, да и никто ему пока слова не давал, но и потому, что он все еще немного сердился на Флоренс.
Причин не было. Девушка и знать не могла, что с ним произошло и почему ему важно постоянно прятать руки. Носить перчатки, одежду с длинным рукавом, просто постоянно держать руки в карманах. Выдавать себя за левшу, очень часто здороваясь с людьми именно левой рукой. Отмахиваться, отмалчиваться, врать в ответ на бесконечный один и тот же вопрос.
Она, в конце концов, всего лишь человек и всего лишь молодая девушка.
Но он все же немного злился.
Впрочем, это постепенно проходило. Копытце был не из тех, кто помнит обиду годами... Да хотя бы часами. Он всегда был отходчивым малым, благодаря легкому характеру. И хоть с годами жизнь все же выбила из него этот детский оптимизм, совсем слепую веру в лучшее и наивность, но многое все же осталось.
По-настоящему он не простил только тех, кто, возможно, уже мертв.
А это всего лишь люди, каких много. Просто ошибаются и говорят, не зная. Ивон наверняка тоже мог обронить иногда что-то обидное и задеть кого-то. Он просто еще не так много общался с кем-то в принципе, чтобы попасть в такие ситуации.
Флоренс даже назвала его милым. Лицо Ивона очень красноречиво напоминало одну эмоцию - когда домашний котик, песик, попугайчик, ну или олень, обиделся, но вот он уже видит в руке обидчика угощение и как бы не так уж и сильна эта смертельная обида.
- Спасибо,- даже пробормотал он в ответ.
Впрочем, ощущение того, что Флоренс волновалось витало в воздухе. И не только из-за присутствия здесь и разговоров о не самых лучших вещах, но и еще по какой-то причине. Из-за чего она запиналась, поправляла сама себя и делала паузы.
И не то чтобы Копытце подозревал ее во лжи, но...
- Работы? Никакой. Я только поставщик. Обычно меня провожают во время всего пути, так как могу помешать каким-то процессам или делам.
- Ясно...- офицер выдохнул.- Вы задерживаетесь в данном помещении вне работы?
- Нет.
- Вы общаетесь во внерабочее время с работницами данного места?
- Нет.
- Вы знаете места перепродажи контрабандных драгоценностей?
- Нет, это же незаконно!..- возмутился Копытце.- Я не буду поддерживать что-то вроде кровавых алмазов!
Жоэль согласно покивал головой, то ли в ответ на чужие слова, то ли просто сам себе и каким-то своим мыслям. Легко постучал пальцами по столу, а затем опять повернул голову на отвечающую девушку.
- Мадемуазель Лесаж, а есть ли свидетели того, что мсье Блан в тот день покидал заведение сразу же по завершению всего акта приема-передачи камня?- мужчина мастерски выгнул бровь, и сразу стало видно, чему учат годы опыта работы в парижском отделе французского СФ. Этому изгибу брови позавидовал бы самый натренированный актер, играющий детектива Пуаро в самой лучшей экранизации, которую мир только бы смог придумать. Потому что практику просто так не пропьешь.
- Д-да...- на свидетельницу тоже явно произвел впечатление пассаж бровью. Ее глаза нервно забегали по комнате.
- А есть ли свидетели того, что происходило после его выхода из здания?- офицер подвинулся ближе к Флоренс, и стул проскрипел ножками по кафельному полу. Девушка вздрогнула.
- Ну... Мы все видели... Марин видела... Мадам Легран видела!..- нотки ее голоса приобрели истеричный оттенок явного страха перед чем-то.
- А видел ли кто-то, что делали Вы после этого?- стул снова скрипнул по полу, а офицер еще ближе придвинулся к Флоренс.
В ее глазах плескался ужас правдивого и честного человека. Она часто дышала, то ли пытаясь успокоиться, то ли пытаясь вдохнуть весь воздух этой маленькой комнатки.
Ее взгляд беспомощно метнулся на Женевьеву.
Осталось только дожать.

[icon]http://forumfiles.ru/uploads/000b/3d/29/117/97845.png[/icon][nick]Ivon Blanc[/nick][status]Silver boy[/status]

+1

16

Офицер снова перехватил инициативу. Женевьева не вмешивалась. Дело, считай, уже раскрыто. Им нужно было только добровольно признание. А Лесаж его даст, обязательно даст.

Бернар была практически полностью расслаблена. Офицер выполнял свою часть работы, она внимательно слушала. Что-то запоминала, что-то отбрасывала.  Поднимать одну бровь так и не научилась. То ли недостаточно старалась, то ли просто лицо не было предрасположено к таким манёврам. Впрочем, всё это были детско-подростковые глупости, которые она позволяла себе в одиночестве или в компании самых-самых близких. Которых у неё было не так уж и много.

Она ощутила на себе молящий о помощи взгляд Флоренс. Женни коротко посмотрела на Ратте. Тот молча кивнул. Практикантка наклонилась к столу. Улыбка сошла с её лица. «Прости малышка, – мысленно извинилась она. – Это просто моя работа».

– Значит, никто? – холодно уточнила Женевьева. Наверное, даже немного переборщила.
– Н-нет, никто, – ведьмочка явно надеялась на поддержку. Но куда там.
– Вы имеете полный доступ к тому месту, где хранилась шкатулка?
– Да, мадемуазель, – полушёпотом выдавила она.

Женевьева смотрела Флоренс в глаза, не отводя взгляда. Взгляд Лесаж бегал, ни на секунду не останавливался на одном месте.
– Вы знаете о том, что записи с камер были испорчены в день хищения?
– Да. Я знаю.

Девушка поджала губы. И, через некоторое время, мелко закивала. А потом заговорила, тихо и быстро. Голос её явно дрожал:
– Я… я не знала, что так выйдет. Я не знала, что мадемуазель Легран захочет использовать его прямо сейчас. А он был такой красивый, что… – она снова сбилась. Казалось, что вот-вот заплачет. – Это сделала я. Я честно не хотела причинить кому-либо вреда! Думала, что вот, подержу чуть у себя и верну, потом тихонько… а тут такой вой поднялся. Я испортила записи, чтобы не могли проверить. Я и думать не могла, что это станет тем самым гвоздём. Но подумали-то все не на меня, так что я даже успокоилась. Простите… что со мной будет теперь?

Жоэль шумно выдохнул. Женевьева едва заметно улыбнулась и одобрительно кивнула.
– То наказание, которое прописано в законе СФ, – ответил Ратте. – Но сначала необходимо вернуть украденное законному владельцу. Мадемуазель Бернар, закончите с формальностями, – он кивнул на протокол. Бернар поморщилась. – Я разберусь с возвратом и вернусь.

Дверь за Флоренс и Жоэлем закрылась. Женевьева спрятала лицо в ладонях и тяжело выдохнула. Подняла голову и горестно посмотрела на протокол. Никто не любил бумажной волокиты. Однако, это всего лишь один протокол.

– Вот видите, месье Блан. Всё вообще не потеряно, – девушка улыбнулась, чтобы приободрить Ивона, да и отвлечься от своей тупой ненависти к бумагам. Но всё-таки потянулась за листом и ручкой, подтянула их к себе и начала заполнять. – Если честно, я с самого начала была уверена, что это не вы.

Ручка едва слышно поскрипывала. Почерк Женевьевы слегка плясал. Она окинула взглядом стол, думая что-нибудь подложить под лист. Но стол был пуст. Она пожала плечами и продолжила писать. Главное, не допустить ошибки. А всё остальное приложится.

[icon]https://sun9-10.userapi.com/aCDnrqhb2qqrkWzts4JPvAyyJw4nBDKPl8IILg/GfbhVoHGKLM.jpg[/icon][nick]Genevieve Bernard[/nick]

+1

17

Кажется, в голубых аквамариновых глазах застыли тонкие, прозрачные хрустальные слезы. Слова правды робко, сбивчиво и тихо разносились по маленькой закрытой комнате, отпечатываясь записью на тихо потрескивающем диктофоне.
Ивон смотрел на Флоренс даже как-то печально. Как родитель, которого обманул ребенок по какой-то мелочи, продолжая отпираться до самого конца и ставя в неловкое, неприятное положение. Вместо того, чтобы за пару секунд решить проблему банальной, простой правдой.
И не тратить ни время, ни доверие.
Наверное, ей было неловко и неудобно. Она неловко заправила прядь волос за ухо, тихо выдыхая. Прекрасно понимая еще с самого начала, куда бы это привело, но все равно пытаясь избежать неизбежного. Только сильнее затягивая себя в пропасть этого болота.
Дверь хлопнула, закрываясь за ними.
- И к чему людям врать...- даже как-то задумчиво вздохнул Копытце, глядя вслед ушедшим, а затем поворачиваясь в сторону Бернар. Которая выглядела уже, заранее, уставшей. Кажется, даже после триумфальной поимки преступника, у рыцарей справедливости еще очень много работы. Бумажной, судя по начатому, но не оконченному бланку со множеством длинных пустых строк.
- Я тоже знал, что это не я... Но зачем этой мадемуазель было врать? Неужели, признайся она, заслужила бы это наказание... Не думаю, что история бы пошла дальше, чем она и Моника,- голос Блана звучал и разочарованно, и непонимающе одновременно. Его печальный, хоть и по другому уже поводу, взгляд уткнулся на аккуратно выводящую буквы Дженни.
- Люди никогда не прекратят удивлять даже других людей, думаю,- мельком улыбнулся он. И вновь сочувственно посмотрел на двухстраничный бланк, который убористым почерком заполняла девушка. Хотелось помочь - но вряд ли это было бы хорошо для нее. Все же он не имеет права заниматься подобным. А Женевьевой нужна практика этой суровой и неумолимой работы.
С которой Копытце тоже был знаком не понаслышке - в дни завоза материала описание каждого полученного камня, каждого полученного листа золота или серебра занимало часов восемь. И высасывало даже из самых творческих все способности к живому человеческому слогу, оставляя только сухой технический текст.
- Не хотите потом выпить немного кофе в кофейне? Тут рядом есть неплохая... Всем нам надо отдохнуть после подобного дня,- неловко улыбнулся Ивон. Ему хотелось отблагодарить девушку, хотя бы за то, что она верила в его невиновность. И не считала виноватым априори из-за каких-то чужих предположений.

[icon]http://forumfiles.ru/uploads/000b/3d/29/117/97845.png[/icon][nick]Ivon Blanc[/nick][status]Silver boy[/status]

+1

18

Женевьева не испытывала никаких эмоций по поводу успеха. Во-первых, работа ещё не закончена, во-вторых, не так уж и велика победа. Она слушала Ивона слегка отстранённо. Всё-таки осмысленно отвечать и писать одновременно достаточно сложно. Однако приходилось. Игнорировать Блана совсем, было невежливо. К тому же его рассуждения были весьма занятны.

– Фантазия, – ответила девушка, не поднимая глаз. – Я часто на таком попадалась. В голове тебе кажется, что тебя ждут муки адовы, если ты проколешься. А по итогу они ждут тебя, если тебя проколют. Она думала, что гнев Моники страшнее, чем СФ, – она криво усмехнулась. – Не могу сказать, что лучше.

Конечно, бывает ложь во благо. Но злоупотреблять ей Женни не любила. И, обычно, либо говорила правду, либо не говорила вообще ничего. Даже тему не поднимала. Ложь легко раскрыть, а тебе потом отдуваться за последствия.

– Люди самих себя порой удивляют, – она на секунду прервалась, обдумывая что-то. И снова вернулась к написанию. – Никогда не знаешь, что взбредёт в голову в следующий миг. Уехать из дома? Прыгнуть с парашютом? Взять красивый камень? Неизвестно… чёрт, кажется, Жоэль не отключил запись.

Женни чуть привстала и посмотрела на диктофон. Выдохнула. Показалось. Ей вот совсем не нужно было, чтобы отстранённые разговоры с экс-подозреваемым попали на запись. Она вернулась к написанию протокола. По её прикидкам оставалось совсем немного. Вот только закончить она не смогла.

– Кофе? – практикантка прервалась на полуслове и впервые подняла взгляд на Ивона. Вопрос несколько выбил её из колеи. Но перспектива ей показалась заманчивой. – Ничего не имею против. Если меня, конечно, не выдернут в Академию для отчёта о проделанной работе. Так, на чём я остановилась? А, да, séjour…

Бернар невольно повторила недописанное слово и снова вернулась к протоколу. Однако сосредоточиться было уже сложнее. Всё-таки усталость давала о себе знать, да и всё тот же омерзительный запах благовоний никуда не исчез. Примерно через пять минут она закончила с написанием основной части, проставила наименования участников и свою подпись, чтобы не тянуть. Всё равно её ставить. Отложила лист с ручкой в сторону, размяла кисть и посмотрела на Копытце.

– Вам точно нужно отдохнуть, – Женни улыбнулась, мягко и беззлобно. – А у меня бывали деньки и понапряжённей. В любом случае, от предложения я не отказываюсь. Больше планов, кроме окончания этого дела, у меня нет.

[icon]https://sun9-10.userapi.com/aCDnrqhb2qqrkWzts4JPvAyyJw4nBDKPl8IILg/GfbhVoHGKLM.jpg[/icon][nick]Genevieve Bernard[/nick]

0

19

Чем-то описания Женевевой походили и на логику Копытца - иногда ему тоже было страшно получать за свои проделки от матушки или других жителей леса. Все же они всегда казались взрослыми, непостижимо мудрыми и справедливо карающими, тогда как он был просто беззаботным ребенком, находящим приключения на свой пушистый маленький хвостик.
Только потом он окончательно ушел в собственное плаванье и понял, что мерилом собственного поведения и вытекающих оттуда наказаний и поощрений является только он сам и его совесть. И что многие мелочи на самом деле действительно так мелочны, что мир и вовсе их не заметит, даже если казаться они будут страшнейшими преступлениями.
В конце концов, все забывается. Стоит извлечь правильный урок и идти дальше, иначе жизнь станет невыносима.
Он надеялся, что Флоренс также вынесет из этого дня правильный урок, и будет жить дальше. Уже без подобных деяний, ну или хотя бы со смелостью признавать себе и остальным свою вину.
Впрочем, судя по словам Бернар, люди даже после выученных уроков могут удивить и себя, и окружающих. Но, наверное, такова их природа, следующая из конечных и быстротечных жизней. Но им же так и веселее.
Наверное.
Ивон не мешал девушке до того момента, как она не отложила ручку, разминая затекшую кисть. Улыбнулся в ответ на согласие - пить кофе на маленькой террасе посреди весьма красивого района Парижа гораздо приятнее в компании. Не обязательно романтической - ох уж эта реклама и образ города влюбленных, по улице спокойно не пройти в какую-нибудь особо теплую пятницу, не нарвавшись на пару предложений провести вместе вечер. В компании друзей не менее весело. И больше шансов вернуться домой, даже если выпьешь лишнего.
Копытце, в силу нечеловеческой природы, обычно и был тем, кто помогал всем вернуться домой после выходных. С расчетом на это его и брали коллеги с собой по пятницам и субботам.
- Тогда осталось только дождаться нашего освобождения,- уже гораздо более воодушевленно кивнул Ивон. Дверь приоткрылась чуть, а затем полностью распахнулась. Внутрь снова зашел офицер, на этот раз без Флоренс.
- Чертовы бабы...- пробурчал он себе под нос, оглядываясь и выглядя недовольным. Откуда-то из коридора, достаточно далеко от них, доносились голоса на повышенных тонах. Видимо, в добавок к официальному наказанию, юную воровку подвергнут и внутреннему.
- Так,- Ратте оглядел стол и поднял заполненный бланк.- Угу, угу... Имя-фамилия, время... Все заполнила, ты погляди!..- с явным одобрением покачал мужчина головой, а затем быстрым росчерком ручки проставил свои подписи во всех нужных графах. И аккуратно свернул бланк, кладя его в полупустую папку.
- Девчонка тогда подпишет уже у нас, сейчас ее все равно из лап не вытащишь. Что ж, всем спасибо за участие в дел, мсье Блан, прошу прощения за ложные обвинения, все свободны,- явно с давней, уже практически забытой военной выдержкой попрощался офицер и кинул взгляд на Бернар.
- Ты со мной? Или по своим делам пойдешь?- вопросительно приподнял он бровь, явно желающий поскорее сбежать из этого места, чтобы их не настиг гнев ругающихся между собой ведьм. И, видимо, помощь Женевьевой ему уже была не нужна.

[icon]http://forumfiles.ru/uploads/000b/3d/29/117/97845.png[/icon][nick]Ivon Blanc[/nick][status]Silver boy[/status]

+1


Вы здесь » Special Forces » 1900-2000 » C’est la vie