Фагот на мгновение удивленно приподнял брови, но это длилось и вправду всего ничего – мужчина слушал, казалось бы беззаботно, словно интересную историю. Пока Чарли размышляла о чем-то своем, Фагот и сам стоял неподвижно, пожалуй, слишком расслабленно только. Улыбался, весь загадочный такой. В какой-то момент можно было заметить, что шут покачивается в такт речи девушки, и вот, легкий шаг, разворот – экраны появились вокруг по всему шатру. Экраны, дублировавшие все то, что происходило на первом.
Остановился мужчина лишь тогда, когда и сама Чарли запнулась. Явно слушал, хоть и казалось, слушал Чарли кое-как, но взгляд то и дело перемещался на экраны и обратно к девушке.
И после ее слов, он вдруг прищурился, растягивая губы в какой-то даже злой ухмылке.
Его тело снова начало меняться – он начал превращаться в огромного змея, оплетая сначала ноги, а потом ее саму – не сдавливая, словно создавая кокон. Казалось, змей улыбался, возвышаясь над малышкой, проводил языком, словно пытался почувствовать что-то. Тело змея скользило по Чарли, и в какой-то момент существо положило голову девушке на плечо. Расцветка у рептилии была яркой, сочной, и походила на один из костюмов Фагота. Картинки на экране сменились. Теперь на всех полотнах мелькали части тел. Нет, не отрезанных, просто словно камеру навели на определенный участок. Сменялись быстро, калейдоскопом.
- У меня есть один знакомый кибиточник, - раздался голос Фагота из экранов, - бард, артист и вор.
Его голос был насмешливым.
- Всю жизнь положил на алтарь своей родни, ничего для себя не оставил. До сих пор страдает по своим котяткам, да не суть. Что скучного в приличиях? Они, по мне, так ярче всяких искусственных мизансцен!
Вдруг на середину арены выбежала девушка, вся растрепанная, в слезах, хотя было видно, что она истинная леди. За ней спешил молодой человек, стараясь успокоить, поймал, прижал к себе, гладя по голове.
- Малышка отравила мужа, - смех Фагота разносился по всему шатру, пока змеей терся о шею Чарли, - ты посмотри, какой пассаж! А юноша еще не знает, что станет следующей жертвой. Все в рамках этикета, но за ним такие сочные картины! Это самый прекрасный фарс, который я видел – порядочное общество. Один из старых моих приятелей так любил входить в них, что не пропускал почти ни одного. Увы, но джентльменам, хотя, скорее, больше дамам, не понравилось, что он оказался мужеложцем. Бедняга пожил в новом веке всего какой-то неполный год.
На экранах сменился фон, теперь там были карикатурные решетки и небо сквозь них. А потом снова Париж, только совсем не выглядел романтично, скорее, с налетом желтизны, словно пленка была очень старой и заплесневелой. Забытой кем-то в коробке.
- Ведь каждый, кто на свете жил, любимых убивал. Один - жестокостью, другой - отравою похвал… - снова раздался смех, и вот, пара рассеялась, и вместо змея девушку обнимал уже сам Фагот. Он подхватил ее, прокрутив вальсируя и поставив на барьер манежа, сам оказался ниже, держа за руку Чарли, ведя ее, словно принцессу цирка, - города заглушают шум, Чарли. Вой в твоей голове. О, как они замечательно, искусно глушат каждый вопль мыслей! Они, паразиты, еще те противные уроды! Когда в мир пришел прогресс, когда по улицам разъезжать стали механические экипажи, жизнь города и шум стали музыкальным сопровождением любого шоу! О лицемерные суфлеры, коварные гримеры… мы сами. Мы с вами. И только вы, красавицы, столь прелестны, столь уместны в роли милых дам. Как вам это нравится? Как это нравится вам?
Они шли все дальше, пока центр шатра расчищался – цирковые атрибуты отъезжали в стороны, а экраны погасли снова став черными.
- Мне вот совершенно не нравится, - пожаловался Фагот, - что проку с бездушной куклы? Она будет тебе верна, дерни за ниточки, все исполнит. Ну так я таких создам тебе сотни, малышка.
Он махнул свободной рукой к центру, и там снова появилась девушка. Она сидела за столом, теребя платок. Овечьи глаза, дрожащие руки. Позади нее стоит колыбелька, но она к ней не подходит. Рампы освещают только эти небольшие фигурки. И вдруг, где-то сзади раздались сладкие стоны. Мужской и женский, вскрик, полный облегчения, частое дыхание и полувздохи, они учащаются, и если прислушаться, можно услышать ритмичный скрип. Фагот остановился, вынуждая и Чарли прекратить идти. Стягивает ее вниз, сам усаживается на парапет, притягивая девушку к себе на колени, обнимает, поворачивая ее лицо к женщине, которая прикрыла глаза. По ее щеками текли слезы, плечи дрожат, но она сдерживается, изо всех сил пытается не реветь в голос, только руки все крепче сжимают платок с инициалами.
- Она не может иметь детей, - шепнул в самое ухо Фагот, - а он так хочет! О, Чарли, он так мечтает о наследнике, - его шепот был даже искушающим, - и она решила закрыть свои глазки. Посмотри, она так счастлива, что в их доме будут бегать маленькие ножки! Она так счастлива, что увидит, как маленький мальчик или девочка, так похожая на мужа, назовет его папой! О, ты видишь это счастье?!
Женщина не выдержала и зажала рот рукой, съежилась, а вздохи на фоне продолжались, крики стали более страстными, а скрипучий звук все убыстрялся, становился громче, казалось, проникал в самый мозг всем наблюдателям. Женщина за столом начала мотать головой, не в силах отогнать то, что слышит не только она.
- Все знают, что она бесплодна, - рассмеялся тихо Фагот, - и все будут в курсе того, чей ребенок. Это представление полно счастья, правда? Ведь она так рада сделать все, чтобы увидеть улыбку своего ненаглядного.
С последним словом Чарли могла услышать в голосе мужчины яд. А потом резкий вскрик, и грянули аплодисменты со всех сторон. С потолка резко упал занавес, но словно сорвался, накрывая и женщину, и колыбельку со столом, заставляя их исчезнуть под красной бархатной тканью.
Фагот развернул к себе Чарли, смотря той в глаза.
- Эта пуговка – ключик, моя милая, - его лицо казалось злобной усмешкой, - я – не он, доррррогая.
Он сжал рукой спину девушки, притягивая к себе теснее.
- Тот джентльмен ведь так любит свою женушку, представь себе. Но это больше похоже на улицу Красных фонарей, хотя неееет, не похоже. Там чище, чем в подобных помоях. Пусть в них вымажутся другие, я не люблю купаться в дерьме, я скорее постою и понаблюдаю со стороны, подливая новых, раз так охота. Тебе и вправду хочется нечто такого? Вот, правда, ведь я могу и устроить. Для меня твое желание – закон. Все для вас, все для вас, - Фагот наклонил голову, выжидательно смотря на девушку, - так что бы ты хотела, Чарли?
[icon]https://i.postimg.cc/mkVr8nn7/image.png[/icon][nick]Фагот[/nick][status]Smile, what's the use of cryin[/status]