Special Forces

Объявление


ПАРТНЁРЫ И ТОПЫ


Уголок crabbing-писателей Рейтинг форумов Forum-top.ru

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Special Forces » 2000-2020... » Это пьяная любовь…


Это пьяная любовь…

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

Это пьяная любовь…
Картинка будет позже.
Мы можем стать с тобой сумасшедшими,
И нас разместят с тобой в разных палатах,
А может мы с тобой как два гения,
Как будто два нобелеуриата,
Мы можем стать с тобой океанами,
И нас разделят с тобой материками,
Мы можем стать с тобой вечно пьяными,
А может мы ангелы над облаками.

1. Место действия
В коридоре у кают на корабле, отплывшего из Италии в Атлантиду.
2. Время и погода
2019, ночь с 14 по 15 апреля, тепло.
3. Действующие лица
Милорада Новак, Коровьев-Фагот

Ночью в клубе на нижней палубе была чумовая вечеринка. Алкоголь и веселье – тусовка просто отпад. Для некоторых даже в прямом смысле. А некоторые заплутали. Возможно, уже давно, просто еще не знают об этом .

+1

2

Вечеринки были, в общем-то, едва ли не каждую ночь. Сегодняшняя исключением не была. Рада и девочки отдыхали в компании других ведьм, демонов и других существ и всё шло, в общем-то, хорошо. Новак умела пить, если уж на то пошло: не понижала градус, на голодный желудок не хлестала ничего, а в закусках всегда держала маслины и оливки... Но тут что-то пошло не так.
Она почувствовала небольшое головокружение ещё с первого глотка последнего коктейля, но списала всё на громкую музыку и в целом количество выпитого.
Но потом становилось хуже. В глазах Милы начало двоиться и ей было как-то уж очень весело. До того весело, что она смеялась уже невпопад, пошатывалась и перешла в разговоре исключительно на чешский. Она заверила подруг, что всё хорошо и что она дойдёт до номера. И когда она это сказала, в целом, она была ещё в норме.
Но каждый шаг начинал даваться с трудом. Осложнялось всё туфлями на каблуках, которые пришлось снять и взять в руку за ремешки, смотревшиеся на лодыжках довольно миленько. Тёмно-бордовое платье казалось тесным и сковывающим движения, хотя было трикотажным и не то чтоб мешало, неплохо растягиваясь. Она чётко помнила, где её каюта, но едва попав в коридор на палубе остановилась и растерялась. Почему-то из того места, где она помнила, каюта пропала.
А ещё стало слышно чьи-то мысли, чьи-то разговоры, ахи, вдохи. Откуда? Не понятно. Она остановилась и нелепо хохотнула. Её не тошнило, нет. Не тянуло в сон. Она просто не чувствовала своих ног. И лица тоже. Даже потрогала его пальцами, чтоб убедиться, что оно на месте. Ноги-то видно, а вот лицо - нет. Девушка пошатнулась и едва не упала, вовремя вытянув руку и уперевшись в стену.
- Мужики - коооозлы, - протянула она, услышав у кого-то эту мысль и надув губы, - но не все же... Чтооо за сте...терео... Стереопит. Стореопит. Стереотип. Какое дурацкое слово, о Лилит, матерь всея демонов, всея матерь ведьминссссской силы.
Девушка посмотрела на ногти. Лак был какой-то странный, розовый и серый. Что за чушь? Кажется, она красила в розовый. Или нет?
- В любом случае безвкукукукусссссица, - она пожевала губы и помычала. - У губ твоих конфетный... Конфетный вкус.
В голове пульсировало тупой болью, а в ушах звенело. Страшно хотелось раздеться и трахнуть кого-нибудь, а потом смеяться и танцевать. Или просто потыкать ножом себе в лицо, потому что оно опять пропало.
Возникло оно только тогда, когда она врезалась в кого-то, кто вышел из каюты.
- Кудааааа прешь, ты, лосяра, - протянула ведьма, поднимая взгляд и присматриваясь к тому, кто вышел из каюты. - Оооо, Фагоооот. Привееееет.
Она хохотнула, запрокинув голову чуть назад и едва не грохнувшись, но сделав вид (весьма посредственно, надо сказать, вышло), что так и было задумано.
- Куда такой красивый и без меня?.. Вот ты - козёл, - она ткнула пальцем ему в грудь. - Ты вообще в курсе, что я замуж выхожу? За такого... За такого ууууууу... На тебя похож, но симпатичнее... Хотя ты тоже ничего.
Она глупо посмеялась и посмотрела по сторонам.
- Ты не знаешь куда делась моя каюта? Я помню, что она была... А теперь её нет. Она... Кажется, у меня украли каюту. Лучше бы украли туфли.
Верховная серьёзно нахмурилась, надув губы и посмотрев на туфли в своих руках.
- Хотя они такие клёвые...смотри, какие блестючие... - она показала ему их, но они не блестели вот совсем, - ...как у Золушки. Или как у Дороти. Из Канзаса. Канзас - это где-то в Америке, чтоб ты знал. Дороти - американка. А ты...а ты козёл. А я ведьма. А Воланд... Старый мудаааак. Вот так вот... Дружба и заканчивается.
Девушка потерла лоб. Она не помнила что сказала только что. Закрыла глаза.
- Ты где? Я тебя не вижу почему-то... И где моё лицо? Ты его видишь?...  У меня крадут лицо уже третий раз за последние... Минут... Уууу, я не люблю считать.

[icon]https://funkyimg.com/i/2VNkr.png[/icon][nick]Milorada Novak[/nick][status]elastic heart[/status]

+1

3

- Пам, пам, парам! – Коровьев валялся на кровати в своей каюте, в обнимку с бутылкой вискаря, абсолютно расслабленный и наслаждающийся такой незатейливой жизнью. Вокруг него летали иллюзорные феечки. Надо бы сказать, зеленые, голые и абсолютно развратные. Одна села на шкаф, имитируя довольно прямые и простые движения, свойственные еще с начала времен всем живущим и не только. Правда, при чем тут шкаф, было не очень понятно. Запросы у дамочки, явно были несоизмеримые. Другая все пыталась отобрать бутылку и приложиться сама, но куда там, - слушай, ну заткнись уже!
Коровьев разговаривал непонятно с кем, в пустоту бросая фразы. Надо бы сказать, что каюта у него была довольно удобная, правда, переменчивая.
- Ля ля, тополя, - выдал Фагот, - сбежим с корабля на бал в санитарной карете.
Приподнялся, сделав очередной глоток, чтобы потом подняться, продолжив:
- Ля-ля, тополя! Всем доброго дня, - раскинул руки в стороны, из-за этого пролив часть алкоголя на пол, - упс, - рассмеялся шут, и закончил, поднимаясь, - и пусть не кончается лето.
Резко встал, слегка покачнувшись, разгоняя руками феечек, словно ветряная мельница. Виски разбрызгалось во все стороны.
- Пшли прочь, чудища зеленые, - они, правда, показали ему языки, прежде чем раствориться, - да не пойду я туда, придумал тут! Нееее хооооочуууу, - протянул издевательски регент, - чтоб ты мне опять ныл и ломал кайф?
А потом опять приложился к бутылке, допивая. Затем хватился за голову, сгибаясь пополам, морщась так, будто совершил гадость, а признаваться не захотел.
- Да ты заткнешься уже или нет?! – Фагот явно был чем-то недоволен, - нашел блять на свою голову, ну бляяять, ну бляяять, ну заткнись, мамой прошу, папой прошу, не знаю уж чьими! На бааал с корабляяя!
Он постучал себя по голове, словно пытаясь что-то прогнать.
- А ты танцууууй, дууурочка танцуууй, - резко выпрямился Коровьев, чтобы провертеться вокруг себя, прошел до шкафа, вытаскивая темное пальто, да накидывая на себя. И было б оно нормальным, очень даже крутым оверсайзом, если бы не вытканный алыми нитками фак на правой половине, который выделялся на общем фоне. Потом стащил со стола широкополую шляпу, цепляя себе на голову, на самую макушку, - и улыбайся! НЕ СПЕШИТЕ ВЫ НАС ХОРОНИТЬ!
Все-таки рявкнул он, выходя из каюты, да сталкиваясь в коридоре прямо с Милорадой Новак.
Застыл, только договорить успел:
- Тебе ведь все это действительно идет, не сомневайся… блять, вот попадос!
«Мила, - могло раздаться в голове девушки, - Мила, я пытался его убедить, я…»
- Да она в хлам, - хохотнул Фагот, услышав то, о чем лепетала девушка.
«Мила... что? – Вильям ошарашенно смотрел на ведьму, отмечая, что она действительно не в самом приглядном состоянии, - что происходит?»
- Бухааая, - рассмеялся Фагот, театрально пританцовывая, огибая ведьму, придерживая шляпу, собирался двинуться дальше, - адьос, крошка!
«А ну стоять! – рявкнул вдруг Вильям, и в мысленном посыле было столько властности, что тело действительно затормозилось, а Фагот удивленно таращился перед собой, словно в стоп-кадре, - развернись и осмотри ее».
- Ему не нужна американская жена, ему не нужна… - начал шут петь, но вот Вильям снова начал рваться, и даже больше того, в голове у Коровьева раздалось:
«Мой народ, что был мне верен, вышел срок исполнять клятвы! Сознаю слов своих тщетность, призывая под стяг ратный! Мой народ, ты не знал горя, пировал под стеной горной. Я судьбы не желал черной, но за лесом трубят горны! Пробил час над моей страной! Тот, кто верен мне, тот кто верен мне – пусть идет за мной!»
- Нееееееет, - взвыл Фагот, - какого хера ты начал! Это блядский триста пятьдесят первый раз за вечер!!! Ненавииижуууу. Уговорил, уговорил скотина, только замолчи!
Развернулся и уставился на девушку, слушая ее лепет.
- Доволен?!
«Осмотри ее, - тут же снова как ни в чем не бывало продолжил мужчина, - ближе. Полностью».
И регент действительно начал осматривать, правда, совсем близко, чуть ли не носом задевая пьяную девушку, дошел даже до ног, пощупал.
- Говоришь, симпатичнее? – съязвил Фагот, принявшись еще и обнюхивать, - нам двоим достался один парашют, значит – прыгнем вместе и будем лететь.
«Лак… - ошарашено проговорил Вильям, - Мила, что у тебя с лаком? Ты красила в какой цвет? – мысленный голос был взволнованным и… сердитым. Вот только нельзя было определить, на кого конкретно направлен был гнев, - Мила…»
- Ох, счас начнееется… - снова протянул Коровьев, - все, я пошел есть, чтоб по правилам – глух и нем!
И снова попытался смыться, вот только в голове завертелся уже знакомый и надоевший полный драмы мотив. Шут тряхнул головой:
- Ты меня сломала, - обиженно выдал он девушке, - хорошо, что украли, - состроил рожу, - так тебе и надо! Каждый комментарий, что я уж не тот, не меняет факта, что ты ещё та.
Шут трагично вздохнул, выпрямляясь, а ведьма могла увидеть, что на нем, помимо пальто, надеты черные ботинки, такого же цвета широкие бриджи, к которым цеплялись цепи, белая майка и распахнутый черный пиджак. В руке так и осталась пустая бутылка виски.
- Знаешь, если выбирать между неблагодарной Верховной и Финрод-Зонга на повторе, я выберу Финрод-Зонг, а ты уйдешь, даже не узнав, что это не мой выбор! – он расхохотался, потом заглянул в бутылку, покрутил ее, в надежде найти еще хоть каплю.
- Мать, ты где так накидалась? – продолжая подхихикивать спросил Фагот, - или я настолько ослепительный?
Потом выдал, щелкая девушку по носу, выдавая величественно:
- Я его у тебя украл, я тебе его и верну! – а затем деланно задумался, - хотя в оригинале что-то про породил было… хммм, не напомнишь?
«Рада, - говорил меж тем Вильям, - Рада, ты как себя чувствуешь? Ох, Рада…»
Он очень волновался, ну и безумно соскучился, просто вот прижать, обнять… после того, как любимая вручила ему чары, после того, как Фагот ушел, тот ни разу не появлялся на пороге дома Милы. Вообще проклятие делало вид, что ее не существует. Будто… Вильям злился, Вильям бесился, а потом начал говорить. Общаться с Коровьевым, надоедать, не кричать, но отвечать своему исковерканному сознанию той же монетой. Это почти не работало, но в тоже время, кажется, Вильям начал понимать, что имела ввиду его Рада… вспоминались слова о том, что она сказала когда-то, мол, Коровьев хочет что-то донести до него, показать. Верно, это было, или нет, но проклятие оказалось, не прочь было поговорить. Сначала это было странно, очень странно. А потом становилось все более естественным и даже привычным.

0

4

Мила открыла глаза и уставилась на Коровьева, чуть сощурившись и явно ничего не понимая. Она помотала головой и часто поморгала, потрогала своё лицо кончиками пальцев, а потом закатила глаза и взвыла.
- Да как ты зааааааебааааал своей болтовнеееееей, - протянула девушка, после чего посмотрела ему прямо в глаза, - у меня без тебя башка болит, ещё ты выбываешься двадцать четыре на... Семьдесят восемь. Восемьдесят... Или... Ох, что за пиздец.
Верховная, вообще, редко материлась, но сейчас в её голове был полный хаос. Она слышала Вильяма, да, он мог в этом не сомневаться, но она не отвечала. В её мыслях не было, пожалуй, вообще ничего конкретного. Были только отголоски эмоций, желаний, но и то понять что-то было сложно: она то наполнялась какой-то похотью, то страхом и паникой, то просто испытывала жуткую усталость и желание просто вырубиться. Рада надула губы, выдохнула и осела, даже почти рухнула на пол.
- Не пойду никуда с тобой, мне мой парень не разрешает. Не знаю зачем ты надел его маску, но это очень тупо, - она скрестила руки, - не поможет, неа. Даже не уговаривай меня. Ну или хорошо, уговаривай, но это всё равно тупо... Потому что ты всё равно так как он не сможешь. Ни ког да. А я уже трахалась с тем, с кем мне не хочется. Знаешь, фу, ужасно, ужасно. Я тебе не шалава какая-нибудь... Я вот выйду замуж, нарожаю ему кучу детей и буду его всего ласкать, каааааааааждый день.
Она мечтательно закрыла глаза, посмеиваясь.
- Буду его кудряшки на палец накручивать, пока он будет дремать. Хииии, - она покраснела, - и целовать. Много, часто. Потому чтооооо... Потому что. Наслаждаться его улыбкой и... Тем, как он касается своими пальцами моей талии... О, я очень жду, когда мы поженимся. Я всё придумала, я даже нашла платье. Я не покажу тебе, потому что это плохая примета... Да тебе и ничего не интересно, потому что ты козёл.
Милорада фыркнула, как-то обиженно и раздражённо.
- Ну чё ты вот. Встал здесь. Как дуб. Забери меня уже отсюда! - она заскулила, капризно постучав кулаками по полу. - Хочу к маме! Убей меня и я пойду к маме! Мама меня любит, в отличие от тебя, противный грубиян, злодей, козёл! Козёл самый настоящий! Запутываешь меня постоянно и... И... Не любишь! Не любишь меня! Противный, противный!
Она заплакала. В её разуме окончательно воцарился страх. Она не понимала что делает и что происходит с ней. Закрыв лицо руками, она всхлипнула.
- Меня никто не любит! Все только мною пользуются! Все-все! Все! Кроме него. Но его пока дождешься... А ты меня ненавидишь! Ненавидишь меня! А я тебя нет! Это нечестно!

[icon]https://funkyimg.com/i/2VNkr.png[/icon][nick]Milorada Novak[/nick][status]elastic heart[/status]

+1

5

«Мила! – возмутился Вильям, услышав первую фразу девушки, а потом охнул, ловя ее ощущения, - что, мать твою, происходит?!»
- Я такая пьяная и тупая, - загоготал Фагот, откинувшись чуть назад, - я такая пьяная и тупая! Ла-ла-ла уууу!
Он даже покачиваться начал в такт, ведя головой. А потом, видя, как ведьма сползает, остановился.
- И что же мне с тобой делать, крошка? – усмехнулся Коровьев, - не отделаюсь ведь, правда? Но без виски я отказываюсь что-либо предпринимать! Ну-ка мечи стаканы на стол, ну-ка мечи стаканы на стол и прочую посуду!
Рывком поднял ее, хватая за руку, довольно небрежно, и затащил в каюту, чтобы потом закрыть дверь. Отпустил, направляясь к буфету, открывая его и ища очередную выпивку. Слушал то, о чем лепечет ведьма, хмыкая только и посмеиваясь. А потом не выдержал и заржал в голос.
- Он покраснел, твой парень, - выдавил кое-как из себя Фагот, поворачиваясь к девушке, – отвечаю, красный как рак, ты б его слышала! Аааааа, спасите наши души, мы грезим от удушья, мама - каналья, а я Д`Артаньян!
Он даже за живот схватился одной рукой, а другой оперся о тумбу под буфетом.
- Ой не могу, ой блять насмешиииилаааа, - мужчина веселился, вытирая слезы тыльной стороной ладони, - у меня ж живот счас заболит, ох, уже болит, девка – ты просто космос!
А потом все-таки подошел, склонившись над Милой:
- Конечно, не люблю! Ты веселая только когда бухааая, - он скалился, заглядывая ей в глаза, - но твой придурок меня заебет, если я сейчас уйду. Платье, каблучки, все тип-топ!
Снова хохотнул, будто прислушиваясь к себе.
- Бля, не пори чепуху, - выдал он, - она счас либо кинется ебаться, либо ее вырвет. Хм.. а это вариант. Может влить еще больше? Слышь детка, еще бахнешь?
Потом, не спрашивая, вернулся за бутылкой, пошарил, достал все-таки довольно приличный виски, разворачиваясь и кривя лицо.
- Да узбагойся, твою дивизию, это я себе, - открыл, удовлетворенно кивнув, да откинув пробку подальше, чтобы приложиться к бутылке. Затем снова вернулся к девушке, смотря на нее снисходительно, - дааааа, мать, потрепало тебя, как… ладно-ладно, не шкуру, а то вас баб сейчас хрен поймешь. На каждый эпитет словно собаки бросаетесь.
Рассмеялся, попытавшись поднять девушку, правда так и не сказал, зачем.
- Видели ночь, бухали всю ночь до утра? – с его силищей поднять Милораду было бы довольно просто. если она, конечно, не повисла бы на нем кулем или не принялась отбиваться. И все же, если б хоть что-то она улавливала, то могла ненароком заметить, что Вильяма всего трясло от какой-то неловкости перемешанной со злостью. И объектами сейчас были почти что все, кроме нее самой - корабль, Коровьев, он сам, который не мог нормально попытаться привести девушку в чувство, те, кто подмешал какую-то дрянь в напитки, Воланд, снова корабль, он сам.

+1

6

На самом деле, на какое-то, буквально, мгновение, ее просто отрубило от реальности. Разум отказался работать напрочь, а тело стало не в меру послушным. Только и делала, что следовала за рукой Коровьева: от того он смог не только поднять ее, но она еще и подалась к нему, обнимая и просто устало уткнувшись в его грудь. Помолчала, потом отодвинулась и непонимающе поглядела на него с полминуты. Отодвинулась и, пошатнувшись, села на кровать, схватившись за голову.
- Ууу, - взвыла Верховная, а ее пальцы побелели. - Какой же ты козел.
Она шмыгнула носом и подняла на него взгляд. Оказалось, плакала. Да вон как еще, что тушь местами даже потекла. Она покачала головой, поджав губы и посмотрела уже в потолок.
- Хватит уже... издеваться надо мной, - еле-еле пробормотала она, прикрыв глаза, - я не так много выпила... я не знаю что такое. Сошла с ума, может быть... а может быть нет. Но знаю, что ты - козел.
Милорада открыла глаза, глядя на него и показывая пальцем.
- Обиженный и противный козлина, - фыркнула девушка, опуская руку. - Почему ты такой противный? Обижать меня начал. Тебе что, обижать некого? Да ну тебя. Я к тебе со всей душой, а ты козлить начинаешь. Ну повздорили, с кем не бывает? Вон,
мой парень вообще считал меня шлюхой, знаешь ли... и знаешь ли это было так обидно.
Рада шмыгнула носом опять и всхлипнула.
- Я не шлюха. Я не очень хорошая, может быть, но я не злая. Я никогда не была злой. Я просто ведьма, у всех свои недостатки! - она склонила голову чуть набок, сведя брови. - Я просто, может быть, хочу быть счастливой, а ты делаешь все, чтобы я была несчастной. И он...а ты сам, вот ты, ты разве счастлив? Мы все несчастные. И ты, и я, и котик, и Воланд, и Гонец, и все, вообще все. Счастье нынче вообще дефицитное...а мы все... и вот ты... вот ты. Ты что, не хочешь быть счастливым? Ты несчастен, как все эти... все эти авторы книг о том, как мы должны жить свои жизни, как все эти комики. В итоге они убивают себя, потому что они смеются, но это неправда. А как несчастна я... Ох, как же я несчастна.
Мила легла на кровати, поджав колени к груди и натягивая одеяло, чтоб не обнажить тело. Что-то разумное в ней все еще оставалось, пусть и несла она полный бред...но бред ли?
- Ты даже не хочешь ко мне прикасаться. А с тобой не может прикоснуться и он. И это так ужасно... ты ведь его часть, а я ведь тоже. Мы все втроем как одно, как... нет, не как мушкетеры, это всрато. Как одно, просто как одно, - она поморщилась, - и мы все не можем... войти в резонанс. Диссонанс постоянно. Ты, я, он. Это неправильно, так не должно быть, мы так далеко не уедем... и не уплывем. Я хочу умереть, я хочу к маме. Мама...наверняка бы меня поняла. Она вышла замуж за того, кто ее убил. Бам, бам, бам, он бил ее, бил ее. А потом чуть не убил меня. Если бы я могла дотянуться до нее из кроватки, я бы ее воскресила... но я смотрела как черви жрут ее и эта вонь, ох, эта ужасная, ужасная вонь. В моих кошмарах я задыхаюсь от нее. Мама бы поняла меня. А я совсем одна и меня никто не понимает и не любит. Я хочу, чтобы черви жрали меня так же, как жрали ее. Никакой кремации. Нет, нет. Это дань уважения... дань традиции. Всех жрут черви. Но, может быть, меня сожгут раньше. Кто-то следил за мной...Я видела его.
Она посмотрела на Коровьева.
- Он следил за мной и он был полон ненависти. Он хочет меня убить. Я знаю точно. Если я умру, тебе будет грустно или весело? - она опять заплакала. - Ты будешь смеяться, когда я умру, ведь так? Я ведь точно умру. А ты останешься. Опять. Снова. Я бы не хотела, чтобы ты остался опять один. Ты всегда один. Вы оба. Каждый один... весьма неосторожно надевать чужой шлем, да еще и вместе с хозяином.
Мила спряталась под одеялом и ее голос дальше звучал уже приглушенно.
- Они говорят, что одеяло защищает от всего зла, но это неправда, одеяло оставляет тебя с самим собой. А все зло от самого себя и своих мыслей. Мне так страшно, я пряталась, а он все равно знал где я. Он ненавидит меня, но я ничего ему не сделала. Я не плохая. Я редко поступаю плохо. Я поступаю так, как требуют обстоятельства. Иногда это просто выглядит плохо... но это не так. Мне так плохо...
Ведьма помолчала.
- Не хочу пить. Хочу чтоб ты перестал.


[icon]https://funkyimg.com/i/2VNkr.png[/icon][nick]Milorada Novak[/nick][status]elastic heart[/status]

+1

7

Когда Мила почти повисла на нем, Фагот закатил глаза, хотя признаться, упругость девичьего тела его завлекала. Посмотрел на нее выжидающе в ответ, снова расхохотавшись, когда девчонка упала пятой точкой на кровать.
Иронично продолжал наблюдать, как ведьмочка ревет, сделал пару глотков из бутылки, чтобы потом плюхнуться на кровать рядом, подтягивая ноги и устраиваясь по-турецки. На ее заявление снова расхохотался, отрицательно помотав головой:
- Нет, он считал тебя леди, - даже не надеясь, что Верховная вкурит шутку, - и вообще, не обижай прекрасную половину человечества! Они, между прочим, стараются, работают. Милые барышни бывают. Или каждая шмара само воплощение зла? Наоборот, дарят любовь. Одна благотворительность и великодушие!
А потом откинулся на подушки, с интересом изучая как девчонка, мелкая и дурная, принялась зарываться в одеялки, неся что-то про страдания. Потом еще что-то, и еще… Фагот даже не перебивал. Только делал периодически глотки и усмехался под нос, словно Милорада говорила чертовски забавные вещи:
- Ты хороша лишь под вино, - заключил Фагот, зачесывая широким жестом волосы назад, - а еще ты меня убила, между прочим. Показательное действие, отметь. А сейчас заявляешь, что мы просто повздорили, о Творец, ты просто конфетка. И почему с тобой весело только когда ты пьяная, под наркотой или злая?
А потом приблизился, отставляя бутылку на тумбу, да поднимая одеяло высоко, залезая туда головой, почти сталкиваясь лбом с ведьмочкой.
- А еще мы трахаемся втроем. Хочешь, устрою как-нить двойное? – в его улыбке было столько пошлости, будто он уже все это проделал с Милорадой и не раз, - ты просто помешанная на сексе стервозная сука, которая не нашла способ сказать тем, кто тебе не нравится – нет. Но я таких люблю, да. Всегда любил темненьких. Ну, или рыжих. У них, говорят, души нет. А мне она на хер не нужна. И без нее заебатая тема. И вот че с тобой потрындеть нормально можно только когда ты в неадеквате?
Он почти что надулся, хотя видно, насколько сильна была показуха.
- Рассуждаешь о счастье или не счастье. Что это слово значит? Счастье, счастье… а мне нужна удача, - расхохотался, - а ты знала, что последней песнью Горшка была «На краю»? – ни с того ни с сего спросил он, - ироничненько, не находишь? Подвинься, конфетка.
Фагот и сам залез под одеяло, и со стороны казалось, что на кровати сидит огромное привидение, пропеллера не хватало. Положил руку на талию ведьмы, проводя пальцами, спускаясь к бедру.
- Ну вот че, че с тобой прикольно, когда ты такая, а в остальных случаях скуучная зарвавшаяся сука, - казалось он даже искренне расстроился, если вообще кривляния его можно было назвать искренними, - хотя, снова в голове стерео и какие-то типы. Страдаю, не страдаю, хомяк в бульбуляторе, вот и все.
А потом он рывком поднял девушку на кровати так, чтобы она оказалась прям перед его носом. Взгляд злой, а улыбка широкая.
- Обещаю, - он приподнял ее подбородок, заглядывая в глаза, - если ты помрешь, я буду петь. Хотя бы потому, что когда-то увидел сильную ведьму, готовую наступить каблуком вселенной на яйца. Печально, конечно, что эти туфли оказались фальшивкой, и даже эти дешевые шпильки в итоге превращаются в домашние тапочки.
Он держал ведьму крепко, снова проводя пальцами по ключице, казалось, что-то ждал. Или не ждал. Кто его разберет.
А вот Вильям насторожился, словно опять что-то шло совершенно не так, плюс… он снова почувствовал яростную, ничем не прикрытую ревность, прекрасно ощущая, как реагирует тело на короткое платье и девичий взгляд. Одно не одно, но проклятие, казалось, решило сыграть в очередную игру. И Вильяму это совсем не нравилось.

+1

8

Мила прикрыла глаза, потому что... Она испугалась. Когда он подхватил её, она по-настоящему испугалась. Ведьма чувствовала себя очень беззащитно и всё, на что её хватило - вцепиться в его плечи пальцами и так и не открыть глаза, слушая его, тем не менее, даже внимательно.
- Я бегу по аллее... Слышу вдалеке голос, - прошептала она, морщась и вскидывая руку вверх, - некоторые шепчут за моей спиной... Но это не то, чего мне хочется... Я пытаюсь добежать до тебя, я смотрю в твои глаза, я пытаюсь найти тебя и боюсь... Так боюсь, что кто-то умрёт.
Мыслеобраз. Чертовски реалистичный. Да, вот она, действительно, идёт по аллее, недалеко от своего дома, свет фонарей прохладного вечера не выделяет никаких фигур, кроме её собственной, но она почти бежит, не оглядываясь. Это было совсем недавно, судя по всему. Всё, что ощущается - её страх и ненависть, направленная в её сторону. Она достаёт мобильный телефон и видно, что набирает она ему, но он сбрасывает. Девушка останавливается, чертыхаясь и оглядываясь по сторонам. Она что-то говорит в пустоту и надрезает пальцы ножом из сумочки. Подле неё появляются несколько призраков и она отправляет их жестом в разные стороны.
- Я так и не поняла... Кто это и почему я не могу его увидеть и достать... И никто его не видел. Но он был. Я клянусь тебе, он был.
Мила открыла глаза и встретилась с ним взглядами. По её коже пробежала волна мурашек и она вздрогнула, выдыхая как-то рвано и медленно.
- Неправда. Я тебе нравилась всегда, - девушка поморщилась, - ты просто злишься до сих пор. И говоришь ты вечно всякую чушь. А он... Он думает всякую чушь. Что у трезвого на уме, то у пьяного на языке, а? Так это работает или как? Да плевать как это работает.
Она отвернулась и опять захныкала, прикрывая ладонью лицо.
- Не смотри так на меня, мне так стыдно... Мне так стыдно... Почему ты такой ужасный. Почему ты так говоришь обо мне, будто знаешь меня... Ты ведь не знаешь. Говорить "нет" бывает слишком поздно. И я не сплю с кем попало, - Рада резко оттолкнула его от себя, своими силами, конечно же, и обхватила себя руками, метнувшись в угол кровати и будто бы приготовившись обороняться телекинезом, который, к слову, работал намного грубее и болезненней, чем обычно: даже по такому короткому толчку Коровьев мог это понять. - Не смей. Делать это со мной. Убью ещё раз. Я бы убрала и его тоже, если бы была уверена, что все его проклятия закончатся. Боюсь, что недостаточно убить его... Не смей меня трогать. Без моего разрешения.
Она опять натянула на себя одеяло.
- Деловой. Ты. Болтать горазд. Его ты выпустить из себя не можешь.

[icon]https://funkyimg.com/i/2VNkr.png[/icon][nick]Milorada Novak[/nick][status]elastic heart[/status]

+1

9

«Я тебя прикончу, - с еле сдерживаемой яростью раздалось в голове Вильяма, и направлена она была далеко не на Милу, - подонок, я тебя прикончу…»
- Увы, снять тоже придется только вместе с хозяином, - усмехнулся Коровьев. Было видно, что он не испытывает к девушке никакой жалости. И даже реалистичные картинки его не шибко затронули, в отличие от того, что ощутил Вильям. Ужас, безумный страх за любимую и неисчерпаемую злость на свое проклятие. Он все-таки бессилен, черт, черт, дьявол!
«Я верю тебе, родная, верю, - раздались мысли довольно громко, четко, а потом снова начала накатывать злость. – клянусь, я  превращу твою жизнь в ад, в самый настоящий гребанный ад, если ты еще хоть раз не откликнешься на ее вызов. Понял, тварь?!»
Фагот начал аж пофыркивать, только сильнее растягивая улыбку.
- Этот гондольер, между прочим, мучает меня фолк-роком! Это худшая пытка, скажу я тебе. Даже я не такой извращенец!
А потом Милорада оттолкнула Фагота, хоть держал он ее крепко, оттолкнула, что на плече скорее всего мог появиться синяк. Тот комично поморщился, хохотнув:
- Я не конь, чтоб на скаку, - а затем откинулся назад, опираясь на локти, - «я не такаая, я жду трамвааая», - передразнил он девчонку, - а какая, крошка? Что в тебе такого необычно очешуительного, кроме того, что ты залезла в голову и один раз свернула мне шею? – усмехнулся, - каждая, просто каждая «нетакаякакфсе», когда ткнешь их мордой в собственное же дерьмо, начинает эту пластинку: Я другая, я не как они, ты меня не знаешь… - он очень противно спародировал женский обиженный голос, - да я вообще ничего не знаю, кроме этого факта. Я ебанный Сократ! Или Демокрит, бля, историки до сих пор определиться не могут, а ты мне тут о женской натуре. Хуй вас разберешь, это да. Но я себя спецом и не мну… мню… мна… тьфу, курва! – он вытянул руку, хватая бутылку и делая смачный глоток. На Верховную смотрел с какой-то ленцой, будто и не было ничего, будто ей все пригрезилось. А потом, словно змеюка, выдал, растягивая гласные:
- А сейчас таки сказала, - глаза прищуренные, явно чем-то довольные, - значит, можешь, когда действительно хочешь, - а потом припечатал, - так убей. Убей меня и его, крошка, убей и живи дальше, а он будет счастлив. Там, наверху, очень круто, и я бы посмотрел, что там дальше… - он словно науськивал, и улыбка только делала все мрачнее, - убей, не спрашивая его мнения, реши все за него и страдай, носи траур. Мертвых любить легко и просто. Потому что они мертвы. И в твоих мыслях они всегда поступили бы так, как хотелось бы тебе. И кукла будет тебе верна… - в его руке выткалась огромная черная роза, которая спустя мгновение начала гнить, источая при этом отвратительный сладковатый запах человеческого трупа, - убей. Потому что залезь глубже нам в голову, залезь в самое нутро и посмотри, что он думает о том разе. И поймешь его тайные мрачные желания, которые я так любовно взращивал на протяжении многих веков. Он жаждет смерти, в тайне, ненавидя себя, он мечтает сдохнуть. И ты почти подарила эту мечту. Мертвых любить так легко – они преданы, они молчат. они не говорят то, что тебе не нравится. Они послушны и… мертвы.
Фагот, пока говорил, смотрел на девушку не мигая, а Вильям, что до этого источал такие яркие эмоции сейчас замер, мысли его словно заледенели, поросли корочкой, казалось, он вообще боялся что-либо подумать. Ждал.

+1

10

Мила сначала слушала и даже пыталась понять что он говорит, хотела что-то ответить, пару раз забыв что именно... Но потом...

Запах.

Всё, что стало существовать для неё - запах. Она тяжело задышала, чувствуя и приступ тошноты, и панического ужаса. Этот ужас пульсировал в висках и совершенно не давал думать. Она хотела бы не дышать вовсе, но точно рыба хватала ртом воздух. Её никак не могло стошнить, хотя рвотный позыв возник сразу же. Мила тихо пропищала: "Перестань."

Но поняла, что она так и не сказала это вслух. Это было где-то внутри, а его слова казались растянутыми во времени, слишком долго, слишком много слов. Девушка вцепилась ногтями в собственное лицо, будто бы желая содрать с него кожу, опуская голову. Телекинезом стали подниматься предметы вокруг в воздух. Бутылка виски пролетела над головой Фагота и ударилась в стену. Зеркало в туалете лопнуло. Грозилось лопнуть и стекло, но оно выдержало: видимо, было защищено магией. Всё падало, гудело, трещало, разорвалась подушка, а Мила не издавала ни звука...а потом резко вскочила с места и метнулась к осколкам (если бы Фагот попытался её остановить - его бы точно отбросило в сторону). Она взяла один из них в руки, разрезая пальцы, но, казалось, не обращая на это внимание, и ловким движением рук вскрыла свои вены, продольно, глубоко. Совсем не медленно, как это обычно делают ради красивого жеста. Она мгновенно побледнела ещё пуще, но с облегчением выдохнула и легко рассмеялась, стоя на пороге ванной, спиной к мужчине.

Осколок выпал из её ослабевших рук, но она тут же подняла его вверх телекинезом. Страх отступал, сменяясь спокойствием и почти наркоманским кайфом. В осколках зеркала появился женский силуэт, постепенно обретающий очертания красивой молодой женщины. Верховная качнулась в сторону и небрежно махнула рукой в воздухе. Осколки стали втыкаться в её тело там и тут, неглубоко, но постепенно прокручиваясь, будто ввинчиваясь внутрь, а она расслабленно выдохнула, не ощущая никакой боли, только облегчение, чёртово облегчение, запаха больше нет. Женщина в отражениях была в ужасе: она билась изнутри и кричала, будто бы взывая к Раде и остаткам её изъеденного наркотиком и страхом разума.

- Мамочка, - пролепетала Мила, улыбаясь и разворачиваясь к Фаготу, - мамочка любит меня. Мамочка будет рада, когда мы встретимся.
Один из осколков воткнулся ей в шею. Пока неглубоко.
- Мамочка ждёт меня там уже очень давно и ты напомнил мне об этом! - она безумно заулыбалась и хлопнула в ладоши, сквозь которые прошёл очередной осколок, так и скрепив их между собой. - Это так мило с твоей стороны. Не хочешь поцеловать меня на прощание? Конечно не хочешь.
Она хохотнула и пошатнулась уже от кровопотери. Но, чёрт возьми, как же ей было хорошо! Как было легко! Всё тело будто бы мгновенно стало совершенно невесомым! А эти кровавые цветы, распустившиеся на платье? Потрясающе! Она действительно испытывала сейчас безумную радость!
- А мама меня поцелует. Мама будет рада, что мы вместе.

[icon]https://funkyimg.com/i/2VNkr.png[/icon][nick]Milorada Novak[/nick][status]elastic heart[/status]

+1

11

Коровьев с любопытством смотрел, как меняются эмоции девушки, как преображается каждая черточка лица, обнажая настоящее. Вот он, животный страх любого существа и человека, вот, истинная суть!
«Мила… - ошарашено проговорил Вильям, еще не понимая, что его ждет, - Мила… родная, что с тобой, Мила… Фагот, прекрати, хватит, сейчас же
Но Коровьев ничего не делал, наблюдая за тем, как вокруг все превращается в хаос, как взлетают предметы, как девушка вцепилась себе в лицо. Он наблюдал с холодным удовольствием, молчал, улыбаясь своей издевательской дьявольской усмешкой, пока паника Вильяма достигала своего пика.
«Мила, пожалуйста, Мила! – он почти выл, начал биться, сильнее, сильнее, сильнее! Тело даже дернулось, будто стремясь к юной девушке, да только и всего, - прекрати, родная, прошу
Вильям уже кричал, в его голосе было неверие, паника, настоящая и ничем не прикрытая.
Начинал твориться ад, самый настоящий, когда стекла летели, разбивались, лопались на тысячу осколков. И среди этой стихийной жути Коровьев сидел изваянием, памятником самому себе, довольным и наслаждающимся представлением. Он раскинул в стороны руки, выпрямил спину, но смотрел только на девушку, чтобы запечатлеть каждый момент.
«Тварь, - рычал внутри Вильям, вторя разрухе, - сделай что-нибудь, тварь! Пожалуйста, сделай, умоляю тебя!»
И тут все произошло. Оборвалась нить, а Вильям орал так громко в голове, что казалось, перекрикивал все: «Нет, Мила, прошу, не надо! Умоляю тебя, родная, хватит! – в его эмоциях был ужас, боль и слезы, даже на глазах Фагота они выступили, хотя тот и не прекращал наблюдать. Вжух! И стекло распороло руки. Вжух, и начались врезаться осколки в тело. Запах давно пропал, как и роза, Фагот смотрел с любопытством исследователя.
«Не стой на месте! Спаси ее, прошу, - выл, меж тем, раненым зверем рыцарь, - я все сделаю, я сдамся. Я полностью подчинюсь воле, не стану мешать, я… замолчу! Я буду молчать, только спаси ее, прошу тебя, прошу… Воланд, Волнад не простит тебя за ее смерть. Пожалуйста, пожалуйста, - в голове все рвалось, ревело и лопалось. Этого не может быть, Мила… его любимая, такая родная и близкая, она его свет и так… кровь, сколько крови сейчас будет, - я клянусь тебе, я сдамся. Окончательно сдамся, только спаси… если сделаешь это – ты хозяин тела навечно, я полностью буду в твоей власти, кроме одной ночи. Я… издевайся надо мной как хочешь, уничтожь, унизь, но спаси».
Шут молчал, ухмыляясь чему-то, будто задумался, но вот, ничего не сказав, стоило стеклу войти неглубоко в шею, он ринулся к девушке, поднимая ее на руки, прежде щелкнув пальцами. На месте разрыва запястий тут же возникли повязки, залепляющие раны, а чуть выше тугие жгуты перекрыли приток крови.
Регент довольно крепко взял девушку, стараясь сделать так, чтобы осколки не воткнулись глубже. Осел в лужу крови, гладя ведьму по голове, проводя пальцами по прядям:
- Тише, крошка, тише, - почти убаюкивал он, - твоя мамочка обидится, если ты к ней попадешь раньше срока. Она очень обидится, и не навестит тебя здесь.
«Мила, - голос в голове шута был почти мертвым, - Мила, я не могу, прошу тебя, родная, не надо! Я не смогу без тебя, я гребанный эгоист, который не сможет жить, если ты умрешь. Любимая, такая нежная, маленькая моя, прошу тебя Рада, тебе так идет это имя! Ты моя радость, мое спасение, лучик мой, прошу…» - ему было больно и трудно говорить, трудно, потому что казалось, сердце не выдержит, остановится, руки бы и тряслись, но руки не ему принадлежали. И сейчас это было хорошо, очень хорошо.
- Давай крошка, давай, очнись, - надо же, регент бывает нежен, когда ему выгодно, - не стоит умирать из-за одного козла козленка, - он усмехнулся, продолжая гладить девушку. Его иллюзии хватит на час, так что сейчас не порезы вен важны. Осколок в горле, да, это вызывало некоторые проблемы, - ты же сильная ведьма, крошка, космос! А я раб системы, сама сказала, так что давай, давай, малышка, не стоит. Выкинь бяку, пойдем танцевать, мама твоя хочет этого, честно-честно, я у нее спрашивал! – мужчина бросил мимолетно взгляд на отражение, где недавно билась в ярости женщина.
Вильям не верил ничему уже, его обуял страх, самый настоящий, он вообще не представлял, как спасти, но если нет… в душе все кричало от бессилия и неимоверного страха: «Пожалуйста, родная, пожалуйста, не надо. Не оставляй меня, я не смогу, я так тебя люблю, Рада, Рада… такая сильная, такая стойкая. Мы со всем справимся, клянусь тебе, пожалуйста, только не умирай!».

0

12

Мила слышала голос Вильяма и удивлялась тому, что слышит его так отчетливо и громко, будто бы он был прямо у нее над ухом. Она слышала все, но ответить не могла, как ни старалась... ее разум будто бы был в большом, огромном пузыре. Тело свое она совсем не контролировала. Она, в общем-то, даже не видела, что происходит с ее телом. Девушка понимала, что что-то не так, но что именно? Почему он так взволнован? Что он вообще...несет, черт побери?!
Новак обмякла и потяжелела в руках Фагота, пустым взглядом глядя куда-то сквозь него, не фокусируясь от слова совсем. Вот его она слышала как будто через плотное стекло. Она поморгала и, наконец, столкнулась с ним взглядами. Ведьма рассмеялась и провела рукой по его щеке, обмазывая его своей кровью и рассматривая любовно так, ласково.
- А я же знаю... я знааааю... - она заулыбалась, - ...ты просто рос. Оооочень долго рос...и чем больше он себя делит, тем больше тебя, из приииинципа. Ты говоришь...а понимать вольны все как хотят...так разве ты шут? Шуты говорят только правду, но говорят так смешно...правда всегда смешная. Шуты уродливы, чтоб насмешки были ярче... А ты красивый. Потому что у тебя чужое тело. Если бы Вильям не отрицал, что иногда ему хочется быть хлестким, жестким... он был бы не таким зловредным, как ты, но и не таким занудным святошей... ох, я тебя умоляю.
Она положила руку ему на затылок, заставляя соприкоснуться с собой лбами. Телекинез ослаб и осколки перестали врезаться в ее плоть. Просто замерли, где были. Она смотрела ему четко в глаза. Ее зрачки были очень расширены, от чего глаза Милы казались почти черными.
- Ты же сам предвкушаешь то, что будет той ночью, когда я проведу ритуал. Ты предвкушаешь это даже больше, потому что ты как множитель, - она заговорила шепотом, - ты даже не представляешь насколько это будет охуенно...
Мат из ее уст звучал необычно, учитывая, что она старательно избегала его в речи. Вкупе с тем, как девушка ощерилась, вся окровавленная, выглядело это и страшно, и по-мрачному сексуально. Ведьма не чувствовала боли, которую сама себе устроила. Ей было и правда хорошо, даже слишком.
- Дело не в сексе, Фагот, дело в той тьме, которую я запущу внутрь вас. Него. О, давай не будем усложнять, ты все понимаешь... Если Вильям только тяготеет к ней, то ты состоишь из нее. Из небрежно сказанной пошлятины... из попыток сплести паутинку, в которой погрязнет любое другое насекомое.
Осколок в шее зловеще дернулся от того, что она напряглась, касаясь губами его губ.
- Ты почувствуешь. Не сомневайся. Это проникнет в каждую каплю крови. В каждую клетку тела. Сила, о которой твой ебучий хозяин может только мечтать. Золотые Чары и Перламутр - детский лепет, по сравнению с этим, - она все еще говорила тихо, уже будто бы теряя жизненные силы, - неужели тебе не хочется попробовать хотя бы отголосок? Неужели ты хочешь, чтобы я жила, просто для того, чтоб выслужиться перед хозяином? Это так скучно.
Сказав это, она опять обмякла, прикрывая глаза.
- Маме бы вы оба не понравились... мама была... мама... очень красивая... вот же она, посмотри... - она потеряла сознание.
Женщина в зеркальных осколках снова появилась. Она упиралась ладонями в стекло с другой стороны и смотрела на Милу с тоской, очень переживая. Затем она перевела взгляд на Коровьева. Женщина зло сощурилась и указала на него пальцем, потом на ведьму и уперла руки в бока, точно бы требуя, чтобы он довел дело до конца и помог ей. Учитывая, что она множилась во всех осколках сразу, она выглядела более чем убедительно и смотрела на мужчину поджав губы, ожидая действий с его стороны или желая услышать, может, обещание, что он сделает что-то со сложившейся ситуацией.

[icon]https://funkyimg.com/i/2VNkr.png[/icon][nick]Milorada Novak[/nick][status]elastic heart[/status]

+1

13

Девушка прекратила ввинчивать в себя осколки, уже плюс:
- Тихо, тихо, малышка, - мурлыкал Коровьев, стараясь не сильно шевелиться, чтобы не потревожить раны. Осколки не выдергивал, чтобы не было большей потери крови, чем уже есть, - потом наругаешь, потом расскажешь, конфетка. Не сейчас.
Когда она прижалась лбом, регент довольно бережно поправил, чтобы раны не открылись, на губах играла ироничная улыбка, но злобы в ней не было. Просто придурок, который лыбится и сияет оптимизмом. И когда поцеловала, аккуратно убрал пряди, но увидев, как дернулся осколок, удержал девушку:
- Так, не шевелись, обнимашки потом, - сурово сдвинул брови шут, - понравится, понравится. Верю, детка. Так, держись давай, не теряй сознания, мелкая. Без тебя скучно.
Но тело ведьмочки уже потяжелело, и сама она прикрыла глаза.
- Бляяять, - задумчиво протянул Фагот, увидев женский силуэт в отражении стекол. Приподнял бровь.
«Мила… зараза, только посмей ей дать умереть, только попробуй…» - голос Вильяма снова набирал силу, но видя состояние девушки, рыцарь замолк, ошарашенно смотря на бледное тело, из которого торчали осколки.
- Гражданочка, - возмутился Коровьев, наблюдая манипуляции с того света, - либо помогайте, либо не мешайте. Я не врач! Я…
Остановился, чтобы в следующую секунду запустить свободную руку в карман, выуживая телефон и набирая один конкретный номер.
- Давай же, красавчик, давааай, - протянул Фагот, - мамочка соскучилась, папочка страдает, нам так не хватает твоих теплых рууук…
Он говорил это пока Виктор Франкенштейн, врач, штопающий их всех порой по пять раз на дню, не взял чертову ебучую трубку:
- Витенька, солнышко, - протянул маслено Коровьев, - а у нас тут совершенно секретная туса у меня в каюте, да да, не ослышался - мессир повелел. Затевается смеррртельно веселая карусель. Срочно, просто срочно ждем, надеемся и верим, - последнее уже звучало даже угрожающе, таким голосом только кишки вспарывать, - буду ждать, чмоки-чмоки.
И бросил. Телефон выскользнул из руки, а мужчина больше не шевелился, только проводя ладонью по лицу девушки. Теперь изучал скорее с интересом, таким вот праздным любопытством, а потом принялся напевать тихо:
- Новый день нарезан, как праздничный торт. Жаль, кусок все время идет мимо рта, - он сидел в ее крови, а на коленях лежала бесчувственная Милорада. Фагот лишь проверил пульс, чтобы убедиться, что еще жива, - свежий комментарий, что я уж не тот, не меняет факта, что ты еще та…
И ведь улыбался, поганец, давил лыбу, правда она не казалась сейчас какой-то зловещей, даже расслабленной. Такое вот – делаю, все что могу, так не кипишуйте. Раны не трогал, потому что если выдернуть осколки, то кровь хлынула бы с новой силой. А так, сейчас эти стеклышки, в которых отражалась, похоже, что мамка ведьмочки, заменяли те же самые зажимы.
Вильям молчал, стояла какая-то звенящая тишина в его мыслях, давящая и жуткая, но он молчал. Потому что слова кончились, остался страх, слабая надежда, но ужас перекрывал. Коровьев действительно спасал сейчас Раду, но это значит… больно. Как же больно…

0


Вы здесь » Special Forces » 2000-2020... » Это пьяная любовь…