Special Forces

Объявление


ПАРТНЁРЫ И ТОПЫ


Уголок crabbing-писателей Рейтинг форумов Forum-top.ru

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Special Forces » 2000-2020... » Я не умею рядом быть (с)


Я не умею рядом быть (с)

Сообщений 31 страница 46 из 46

1

Я не умею рядом быть
Наполовину.
1. Место действия
Часть I - Северная Корея, Пхеньян
Рюген, палата Лили.
Часть II - Канада, Альберта, где-то на северо-западной границе парка Вуд-Баффало,
Дом Сильвана.
Часть III - Канада, Альберта, где-то на северо-западной границе парка Вуд-Баффало,
Дом Сильвана.
Часть IV - Канада, Альберта, где-то на северо-западной границе парка Вуд-Баффало,
Дом Сильвана.
2. Время и погода
Часть I - 15.04.2020, 12:30 и далее,
На улице очень темно, пасмурно, льет дождь. В клинике тихо.
Часть II - 20. 04. 2020, 23:30 и далее. На улице пасмурно, идет дождь.
Часть III - 22. 04. 2020, 05:24 и далее. На улице гроза.
Часть IV - 25.04. 2020, 09:45 и далее. Ясно, холодный ветер, время перед грозой.
3. Действующие лица
Джалиндри (Лили), Сильван Тускул

Барабанит дождь за окном
И до дрожи замёрзла душа,
Пожалей меня просто и тихо,
Я устала храбриться в любви.
Ты же знаешь я вечно с улыбкой,
Даже если болит всё внутри.

+3

31

Кэйли устала. Пожалуй, последние дни были одни из самых насыщенных в ее жизни, которые только возможно. Прежде чем отправляться в Канаду, нужно было собрать информацию, переговорить с Отцом Солсберри – Эмма правильно сказала, а Кэйли как-никак оповестила того о своем прибытии в Париж. Слишком много дел, и так мало времени. А сердце колотится, и не понятно – то ли от осознания, что скоро она сможет оказаться рядом, сможет уже на самом деле помогать, то ли от того, что ей пришлось примерно пять километров идти от деревни. Дорога выматывает – перелет, потом найм машины, которая доставила Кэйли до нужного населенного пункта. И только потом уже пришлось идти по самой глуши к дому. Бог природы знал, где обосноваться, укрыться ото всех.
Пока Уорд шла, все больше думала о том, что скажет. Как представится, как объяснит свое появление. Она понимала, что ей могут сразу не поверить, понимала и то, что ее не ждут. И все равно, что бы она не передумала, девушка осознавала – придется действовать по ситуации. Ведь все заученные речи просто вылетят из головы. Дыхание сбилось уже давно, ноги периодически спотыкались о ветки, камни, земляные комья. Она сама порядочно устала – тело просило хоть капельку отдыха, передышки, но фэйри не могла себе такого позволить. Не могла – ее гнал вперед, подталкивал страх за Всадника. Осознание того, что где-то в Астрале его истязают, коверкают, доламывают было для Уорд той путеводной звездой, которая не позволяла отступить и расслабиться. 
Кэйли куталась в свой пуховик, а тучи только сильнее наплывали, обещая скорую грозу. Сразу вспомнился тот день, когда девушка отправилась во Францию с ведьмой. Дурные воспоминания. Кихирет мотнула головой, прогоняя их от себя. Нет, нельзя об этом думать – надо идти дальше. Ей дали координаты, и дитя ши постоянно сверялась с ними. Они показывали, что осталось совсем чуть-чуть. Повсюду лес и горы – природа была прекрасной, и можно залюбоваться ею, остановиться, перевести дыхание, впитывая ароматы леса. Можно, если бы не мысли и то положение, в котором весь мир грозил оказаться. Поэтому не сейчас, не тогда, когда на душе больно и тревожно. Не сейчас, когда все твое нутро снедает печаль и страх за любимого.
Кихирет, казалось, не видела местных красот, упорно поправляя дорожный рюкзак за спиной, переставляя ноги в теплых штанах и ботинках. Она очень устала, почти на автомате уже шла, понимая, что ее спасало только то, что она существо. Хотя, может, не только это.
Вскоре среди деревьев показались окна, крыша, стена. «Неужели? – мелькнула мысль в голове у девушки, - дошла…»
Уорд начала ускоряться, почти не удивляясь тому, откуда взялись новые силы, скорее стараясь не сорваться на бег. Шарф, в который была укутана Кэйли, облепил фигуру, а концы оставляли в воздухе след – словно такая вот комета. Правда, потомок Туата-де-Дананн резко остановилась, увидев двоих в окне кухни – мужчину и женщину. Сильван и его эльфийка. Надо же, Кэйли не знала как ее зовут, хотя слышала в общих чертах, что с ней было.
Девушка стушевалась, опустив глаза, постояла так мгновение. Потом все-таки неуверенно подняла взгляд, не спеша приближаться к входной двери, руками держась за лямки рюкзака. Волосы снова были довольно растрепаны – некоторые пряди выбились из косы. Уорд спохватилась, поправила шапку, прикрывающую уши, попыталась как-то пригладить локоны. Получалось плохо, а дышать стало почти невозможно – сердцебиение участилось, и казалось, голова готова вот-вот начать кружиться.
- Спокойнее, - сказала себе довольно тихо, не разжимая губ, - надо успокоиться.
Затем все-таки сделала шаг, робкий такой. Другой… она подошла к входу, медленно прикрыла глаза, и все-таки постучала. Глупый жест, учитывая, что ее уже увидели, но по-другому Кэйли не могла. В ней был страх, что ее не будут даже слушать – просто выставят. Не поверят, посчитают угрозой. Да кем угодно! Она, конечно, могла позвонить сестре, связаться опять через Парижских ведьм… вообще какие-то глупые, абсолютно абсурдные мысли роились в голове девушки, переплетались с той информацией, которую она смогла собрать, вспомнить, записать. Такое всегда бывает, когда ты близок к чему-то важному для тебя. Начинаешь паниковать, бояться и вести себя точно не как взрослая разумная женщина. Вдох-выдох. Кэйли осталось только ждать, пока откроют дверь. Такая малость, право слово.
[icon]https://i.postimg.cc/MG6Kk6Xz/37522987008-o.jpg[/icon][nick]Кэйли Уорд[/nick] [status] Вплети меня в свое кружево незаметно и легко, может, только это нужно мне, да и больше ничего[/status]

+2

32

Он знал, что жрица ведала о том, что случилось: без всяких сил, просто располагая внутренней интуицией и прислушиваясь к ней. Хотя у бога и были некоторые вопросы к такого рода шестому чувству - не стала ли она следствием связи, что возникла между ними после сплетения сил, ответ, пожалуй, найдется только под натиском опыта и времени, иного выхода здесь не имелось. Да и у Тускула было достаточно других забот, начиная от собственной работы и подступающей проверкой заповедника, заканчивая предчувствием наступления грозы. Человек осознает спокойствие, только его потеряв. Сильван же такого счастья безведенья был лишен. 
Он обхватил ладонями чашку из прочного стекла, замечая краем глаза, что Джалиндри подходит к нему ближе. Прикрыв веки, он принял ее поцелуй без нареканий, опять чувствуя внутри какой-то ответный всплеск и тягу, точно янтарная смола потянулась за дотронувшимися до нее пальцами. Бог внутренне наблюдал за происходящим, не делая пока никаких выводов. Он взглянул за окно, смотря через небольшую поляну, на высокие елки, что пушистыми лапами скрывали часть серебристых гор. Здесь, в этом забытом людьми крае, которых мало уже осталось на поделенной народами земле, что любую зону своего обитания расчерчивали порою даже невидимыми границами, было спокойно. Действительно безмятежно. Настолько, что чарующая мирность, как бы предлагала остаться здесь на всегда, забыв о заботах и собственном долге. Пожалуй, еще лет сто сюда никто не доберется. Ни человек, ни социум, ни власть. А теперь… В особенности сейчас, такому предложению хотелось отдаться еще больше, буквально его принимая. Как бы не гнал от себя это марево бог, оно возвращалось к нему шепотом ветра, сухим треском трав, обещаниями деревьев. Им было хорошо, когда он жил тут. А ему было хорошо сейчас.
Сильван слушал рассуждения об Отце спокойно, как казалось, но сам за собой подмечал внутреннее напряжение. Слышать о нем было необходимостью и поднимать подобные разговоры тоже. Все сказанное было правдой и ничем, кроме нее, а потому обрывать монолог, только из-за того, что тема  Отца была Сильвану не приятна, являлось бы огромной глупостью, лишь проходом на поводу у собственного раздражения. Поэтому он воспринимал, не перебивая, четко зная, что Джалиндри почувствует его отношение к сложившейся ситуации. Одно он знал наверняка – одна она ни с чем бороться больше не будет. Он ставил здесь точку, оставляя в остальном ей полную свободу.
Бог, точно бы не обращая внимание на слова эльфийки о гостье, отпил чая и остался сидеть на месте ровно до того момента, пока она не постучала в двери. Он даже не попытался выглянуть из окна, чтобы посмотреть знает ли он путницу. Медленно поднявшись, мужчина вышел в коридор и отрыв дверь, взглянул на незнакомку. Проверять ничего самостоятельно он не стал, просто доверившись вердикту Джалиндри, как своему собственному, пусть он и мог узнать нечто большее сказанного. Но если жрица сказала столько, значит будет столько и так. Ни единого слова он не произнес, даже казалось бы приличествующих приветствий. Девушка перед ним знала, к кому идет. И кажется, приехала сюда намеренно. Адрес без веской причины никто из знающих давать бы не стал. А посему, он просто желал выслушать ее. Да, прямо здесь, на пороге. Чтобы знать, кого впускает в свой дом.
[icon]http://sh.uploads.ru/408a9.jpg[/icon][nick]Silvan Tuskul[/nick][status]Бог. Власть. Вечность.[/status]

+2

33

Женщина ощущала его уверенное "ты не будешь одна с этим", идущее откуда-то из того самого храма. Она и не сомневалась, что он не оставил бы её в борьбе с этим монстром, да и та энергетика, полнившая бога, была красноречивее слов. Ему можно было во многом молчать. Разговоры она как-то брала на себя, невольно.Однажды, может быть, и бог научится говорить больше, чем размышлять внутри себя, раз уж своими мыслями и ощущениями он делиться-таки научился.

Они оба прогрессировали. Каждый в своём направлении.

Женщина, глянув ему вслед, задумалась. Стоит ли идти следом или нет? Прислушиваясь к своим чувствам и мыслям, она решила в итоге, что лучше проследовать за ним. В конце концов, дитя, что пришло к ним в дом, может оказаться не то чтоб в немилости Сильвана, конечно, но неправильно воспринять его поведение. Особенно после столь долгой дороги. Лили вышла в коридор медленно, чуть опасливо: в конце концов, с тех пор, что она здесь, она никого чужого-то и не видела и ни с кем кроме Сильвана не разговаривала, ей было немного диковинно видеть гостью в столь уединённом месте. В такие земли не ходят те, кто просто жаждет поглазеть на бога забавы ради, а коль учесть её настойчивость, усталость и печаль, то здесь и вовсе спорить не о чем.

Её бог вновь вёл себя как бог. Это заставило её даже закатить глаза, тяжко вздохнув. За его спиной тонкий силуэт девушки на пороге лишь подтверждал то, что она - дитя. И внешне, и веком, прожитым средь людей. Ну неужто он не мог проявить хоть маленькую долю снисхождения? Впрочем, прямого укора эльфийка не транслировала, скорее сетовала внутри, де, что же он так строг к маленькой девочке. Быть может, знай она о том, как опасны нынче дети и чем именно они опасны, она бы была более подозрительной, но по её разумению Уорд была совсем ребёнком. Опять же, Джалиндри понимала, что Кэйли пришла без зла, без рокового умысла и в ней не было никаких сущей, что могли бы быть опасны. Мысли её, которые тоненькой паутинкой улавливались жрицей в воздухе, были чисты. Она не смела вчитываться дальше, проникая в их хитросплетения, лишь бы слова выведать.

Она подошла к нему ближе и коснулась спины, кончиками пальцев, не надавливая, совсем легко, затем чуть выглянула из-за него, оглядев гостью, а потом снова посмотрев на бога. Именно на выражение его лица. Как всегда, скала. Джалиндри вернула взгляд Кэйли и чуть кивнула той в приветствии, свободную руку положив на сердце. Это было приветствие уважительное, но подчёркивающее благородное происхождение жрицы: пусть она не выглядела сейчас, как эльфийка, а скорее походила на обычную людскую женщину, что просто живёт здесь со своим супругом или хозяином (тут у кого в какую сторону фантазия повернёт), сам кивок-поклон выдал в ней благородство с потрохами. Знаете, это мимолётное чувство, что "люди так не двигаются"? Оно посещает редко, но бывает.

Сама же жрица внимательнее рассмотрела незнакомку, та могла почувствовать, как тонкие, едва ощутимые, похожие на уколы магические импульсы касаются её кожи. Во время того поклона можно было бы разглядеть, что эльфийская жрица, чуть приоткрыв губы, беззвучно прошелестела короткое заклинание, но, пожалуй, не Сильвану. Возможно, Кэйли бы увидела. Быстро и незаметно, чётко, по делу и вот, пожалуйста, она после вежливого жеста снова обычная женщина, стоит рядом с супругом.

- Доброго утра, - в отличие от Сильвана, она заговорила с Кэйли, - расскажи, с какой же бедой ты пришла, волшебное дитя? Ты из Неблагого Двора, вестимо?
Если бы у неё были возможности, быть может, она бы просканировала более подробно. Так чувствовала, что это фэйри из Неблагих. Быть может, банши или что-то около: магическая энергетика у Кэйли весьма походила на их энергетику.

[icon]http://funkyimg.com/i/2PwBj.png[/icon][nick]Jahlindhri[/nick][status]insatiable[/status]

+2

34

Дверь открылась через какое-то время, несколько ударов сердца, показавшиеся вечностью. На пороге стоял мужчина - Сильван. Кэйли узнала его – он оказался довольно популярной личностью, да и не скрывал себя. Девушка стояла, немного нервно переминаясь, но бог молчал. И от этого молчания веяло какой-то холодностью, отчужденностью, что ли. Надо же… а ведь Смерть считал его единственным другом, если верить словам Чарли. Да даже если и не верить, Уорд помнила ту сказку, рассказанную много лет назад. Помнила и то, что Всадник до конца пытался помочь Сильвану в поисках его любимой. Почему-то глаза защипало, и фэйри осознала, что еще чуть-чуть и расплачется. Вообще последнее время она стала только эмоциональнее, хотя казалось, дальше некуда. Но нет, вот она стоит перед богом природы и почти что плачет от того, что сказка для них действительно закончилась относительно хорошо. Для них. Во всяком случае, Кэйли действительно в это очень хотела верить. Было страшно подумать, через что пришлось обоим пройти.
Она моргнула, собираясь уже говорить, но из-за плеча выглянула женщина. Та самая эльфийка. Кихирет прижала ладонь к губам, ощущая магию на коже, видя насколько женщина отличалась от людей. Это не проявлялось ярко, но что-то такое было. Волшебная. Глаза Уорд начали болеть, а она пыталась сохранить хотя бы толику спокойствия, только, пожалуй, задышала чаще и мельче. Кивнула в ответ, уважительно, скромно. И женщина заговорила – казалось, она читала Кэйли как открытую книгу. А может и не казалось – представительница Неблагого двора видела как шевельнулись губы, ощутила воздействие.
- Здравствуйте, - тихо поздоровалась она, не смея отвести глаз от этой пары, - меня зовут Кэйли Уорд. Да, я кихирет.
Она не собиралась скрывать что-то от этих существ. Да и зачем? Нет, они были надеждой, были теми, кто мог помочь, поэтому Кэйли говорила открыто и довольно душевно. Вообще было видно, что в ее глазах стояла такая вот некая надежда, вперемешку с другими, более тяжелыми эмоциями.
- Я… - она запнулась, подбирая слова, а затем перевела взгляд на Сильвана, - я здесь из-за Смерти. Всадника Апокалипсиса. Он...
Замолчала, сглотнула ком, вставший поперек горла. Слишком больно и горько находиться здесь, подбирать слова среди бескрайнего покоя. Так тихо вокруг, природа живет, природа пышет энергией.
- Понимаете, вы его друг, - голос потихоньку становился тверже, просто увереннее, без какого-либо требования. Просто стало понятно, что Кэйли начала находить уверенность в себе прежде всего, - и я не знаю, кто еще может помочь Всаднику. Его… свели с ума. Скелет в Астрале.
Потом Уорд обвела взглядом и эльфийку, и божество. Как они отреагируют? Знают ли то, что происходит? Чарли говорила, что Смерть не признался Сильвану, как впрочем, и самой Кэйли. Но ведь все равно было видно, что с ним что-то не то.
- Его сейчас усыпили, иначе он бы окончательно сошел с ума, - она не торопилась, просто объясняла все, пока кратко. Только для того, чтобы показать. Ее снова назвали дитя, снова она кажется им маленькой. Но, ведь, это не удивительно, учитывая то, насколько древние перед ней существа, - примерно в начале апреля я последний раз видела его. В Астрале. И мне удалось выяснить, как исправить то, что с ним сделали. Но… я сама не справлюсь. К тому же, не знаю даже где сейчас Всадник.
Вот последнее она сказала на выдохе, не сводя глаз с тех, кто стоял в проходе. Грудь снова начал давить неподъемный валун из боли. Она нашла Сильвана, вышла на них, но где сейчас Смерть, знает ли вообще об этом божество? Захочет ли помочь? Она понимала, что ее скорее всего спросят, а откуда она вообще знает Смерть, но пока не находила тех слов, чтобы объяснить все кратко. И так много чего уже наговорила – все остальное можно выяснить в разговоре, если он вообще состоится. Она точно не хотела даже задумываться о том, что двоим древним существам может быть все равно. Но они вправе наслаждаться своей жизнью. Кэйли подобную ужасную мысль гнала прочь – ведь Смерть не мог называть другом каждого встречного. Нет. Это было невозможно, просто совсем-совсем нереально.
[icon]https://i.postimg.cc/MG6Kk6Xz/37522987008-o.jpg[/icon][nick]Кэйли Уорд[/nick] [status] Вплети меня в свое кружево незаметно и легко, может, только это нужно мне, да и больше ничего[/status]

+2

35

Бог внимательно следил за Кэйли, одной рукой придерживая дверь и не открывая ее шире, точно бы в любой момент мог шагнуть обратно в дом и захлопнуть ее прямо перед носом той, что пришла просить его помощи, несмотря на все километры, что ей пришлось пройти и путь, что пришлось проделать. Его лицо, как и поза, ничем  точно бы не выражали интереса в словах незнакомки. Он ее не ждал, однако услышав цель визита, моментально понял, что о ней в каком-то роде был предупрежден. Но кем бы она не приходилась Смерти и кем бы не являлась сама, для бога это не было основным пунктом его раздумий. Сейчас и здесь, он должен был решить, как именно действовать с этой девушкой в дальнейшем: выведать у нее информацию и отпустить или же оставить и взяться за дело, которое по всей видимости намечается, вместе. Не будет ли она обузой, достаточно ли у нее сил для того, чтобы, поняв, что все, что ей пришлось проделать до настоящего момента – лишь начало всех стараний, поднять голову, сжать кулаки и идти дальше. Сильван не учитель, но хороший напарник, который поддержит и отразит удар противника, если ему не придется думать за двоих. К сожалению, только ближе к четвертому веку нашей эры люди поняли, что количество зачастую не умаливает качество людей с которыми идешь отдавать все силы, а возможно и жизнь, за правое дело. Исход многих войн изменился бы, уступи места малодушных аристократов, зарабатывающих на победах деньги, для действительно бравых сынов собственной земли. История тогда строилась бы в ином ключе.
Именно поэтому, Сильван ничего не сказал, продолжая хранить молчание. С некоторым недовольством бог отметил присутствие Джалиндри. Он считал, что она не должна была подходить самостоятельно, без разрешения, ведь пришли явно не к ней. Да еще и вставлять свое слово без разрешения на то Сильвана. Тускул конечно же не стал акционировать на этом внимание вслух, понимая, что делать замечания в присутствии третьего лица, не равного им по рангу, было бы крайне не верно, поэтому дал почувствовать это на уровне их связи. Однако в каком-то роде он отметил подобное действо положительно. Ведь именно за такой независимый характер он когда-то и обратил на нее внимание. Именно за ее силу и … Конечно все это не мешало ему ожидать исполнения всех традиций. Пожалуй, это было его проблемой. Но ему нравилось, когда она разбивала их, хотя пока что и не признавал в себе подобного удовольствия.
Кэйли вела себя эмоционально, явно ели сдерживаясь от слез, но в какой-то момент ее голос окреп и она все же довела фразу до конца, пусть и на выдохе. Сильван опять же молчал, не сводя взора с ее взгляда, точно стараясь познать ее через него, не используя каких-либо сил. Ведь именно глаза лгут меньше, чем слова, чем мимика, чем жесты. Тот, чьи глаза научились лгать, скорее умирает, нежели живет. Что-то было в этой душе, бьющейся в маленьком тельце напротив, интересное. Она была преданной, это точно. Умеющая привязываться цепкой хваткой, почти вращиваться корнями внутрь людей. Сама ли по себе или это сила кихирет возымела такой эффект, но было ясно, что она не отступится просто так, если отступится когда-либо. Слишком много пропускает через себя, что тоже сроднимо с ее возможностями. Все банши плачут. Кричат, воют. Не смеются и не звонят в колокола. Сильван встречал тех, кто идет за войнами, за любимым, кто погибает с ними, потому что нет жизни без них. Это покрывало любые слабости, позволенные себе усталостью.
Бог на миг прикрыл глаза, а открыв веки, уже смотрел в сторону, отступая назад.
- Проходи в наш дом, Кэйли Уорд. Наш дом – твой дом. – он развернулся и стоя уже чуть дальше, придержал дверь для кихирет, чтобы та могла пройти. – Одежду можешь оставить справа, сменную обувь взять тут же. И проходи на кухню слева. Думаю, нам есть о чем поговорить, и разговор сей не короткий.
Сильван не спеша пошел на кухню.
- Я знаю, о чем ты говоришь. И был с ним в самый последний момент. – он развернулся, положив руку на спинку одного из стульев. – Джалиндри? – мужчина указал ладонью на него, как бы спрашивая, не откажется ли она быть с ними.
[icon]http://sh.uploads.ru/408a9.jpg[/icon][nick]Silvan Tuskul[/nick][status]Бог. Власть. Вечность.[/status]

+1

36

Женщина слушала девушку с не меньшим вниманием. Да, бесспорно, сама информация была для неё... удивительной. Подобные происшествия - угроза всему миру, ну так, на минутку, это во-первых. Во-вторых же, Джалиндри почувствовала то, что её поразило до глубины души и заставило проникнуться к Уорд очень большой и тёплой симпатией: любовь. Искренняя и нежная. Её привело сюда не только чувство долга, но и желание помочь любимому. До чего смелое дитя. Любить подобное Всаднику создание, вестимо, сложно, а как сложно сознавать, что с ним сотворили то, о чём она говорила и что теперь всё может рухнуть. Вообще всё. Лили положила руку на сердце, сведя брови и качая головой. Ей не пришлось приглашать её - Сильван то сделал сам и даже сказал "наш дом". Такая маленькая, но приятная деталь, заставившая сердце подпрыгнуть. Это вообще-то очень важно.
Когда Уорд прошла внутрь, Лили погладила её предплечье, заглянув в глаза ласково, почти по-матерински. В конце концов, она женщина и, как бы не выглядела, жизнь прожила весьма долгую, повидала многое и имела моральное право относиться к Кэйли как к ребёнку. Не в том смысле, что недооценивать, нет, а именно вот что это ещё совсем юное в её глазах создание, которое нуждается и в помощи в деле, и в поддержке духовной, и в понимании, и в заботе после столь долгой дороги. Дорога же явно сюда была не из простых, как бы технологии не развивались - утомительны пути из одного конца света в другой, с каким бы удобством тебя не доставляли.
- Держись, милое создание, - тихо произнесла жрица, отпуская Уорд вперёд за Сильваном.
Не то чтоб она не собиралась присоединиться к разговору, но Сильван подчеркнул, что её присутствие даже желательно. Он бы не предложил, если бы не хотел, чтобы она имела возможность присутствовать во время беседы. Женщина прошла в кухню и, первым же делом, решила подать чай для Уорд. У них с Сильваном напиток ещё остался, Лили проверила. Она села на предложенное ей место. Получалось, что Кэйли и бог сидели напротив друг друга, а она - по левую руку от девушки, по правую от бога. Эльфийка посмотрела сначала на него, а потом на неё.
- Пока вы...не начали обсуждать подробности, позвольте я поинтересуюсь кое-чем и вообще кое-что скажу, - женщина примирительно вскинула руки вверх. - Я правильно понимаю, речь идёт о том самом Всаднике, который много лет назад помог тебе победить Чуму и запечатал его, который был с тобой в Астрале... которого я чувствовала. И скелет... тот самый. Который тоже тебе помог. Я его тоже чувствовала, весьма смутно, он... подобен хаосу. Персонификации хаоса. Это... дурная весть. Быть может, я смогла бы хоть как-то оценить его состояние при помощи магии? Не факт, но...
Джалиндри покачала головой, опуская ладони на поверхность стола.
- ...но я могла бы попробовать. Осторожно, - она коротко глянула на Сильвана, подчёркивая, что она уверена в том, что это может сработать. - Эта проблема касается и меня лично, ведь, вестимо, Всадник помогал спасти меня, что, бесспорно, великая честь для меня. Поэтому, если он найдётся, то я не могу стоять в стороне. Это всё, что я хотела бы сказать.
Жрица кивнула, взяв после этого свою чашку и пригубив уже прохладный чай.

[icon]http://funkyimg.com/i/2PwBj.png[/icon][nick]Jahlindhri[/nick][status]insatiable[/status]

+1

37

Когда Сильван прикрыл глаза, Кэйли вся замерла, подобралась, ожидая решения. Боялась ли она бога? И да, и нет. Страшилась того, что не получится, что перед носом закроют дверь, что придется как-то искать пути и выходы. Но нет, спустя несколько секунд мужчина отступил, пропуская девушку в дом. Он говорил короткими фразами, но все они несли четкие указания, конкретику, значимость. Мысленно Уорд улыбнулась, вдруг представив рядом Всадника и это божество. Пожалуй, было в этом что-то такое чудесное, что ли.
Кихирет переступила порог, снимая пуховик, да оставаясь в теплом свитере крупной вязки. Переобулась, готовая последовать на кухню, когда на ее плечо легла мягкая теплая рука эльфийки.
- Спасибо, - с благодарностью прошептала Уорд, отвечая на взгляд женщины. От нее веяло таким вот вековым теплом и заботой, состраданием. В этот самый момент фэйри осознала, что ее все-таки пустили, что ее выслушают, что все не напрасно. Главное снова не разреветься – такое внимание эльфийки трогало Кэйли до глубины души, как и слова божества о доме.
Уорд прошла на кухню следом за мужчиной, прежде достав свой блокнот, в котором прибавилось записей. Там было и то, что говорилось в Астрале, плюс какие-то фразы самого Всадника – девушка записывала все, что вспоминала. В помещении она аккуратно села за стол, робко огляделась, а потом вернула взгляд на Сильвана. Его слова заставили сжать пальцы. Вот оно как… в самый последний момент. Получается, она та из немногих, кто столкнулась со Всадником уже после того, как его погрузили в сон.
- Я… - сказала Уорд, - спасибо.
Пока ничего другого не могло вырваться из ее уст, кроме слов истинной благодарности. Он не был один, когда все произошло. Не в одиночестве. А значит, Сильван мог знать, где Всадник. Ведь так, или же Уорд что-то не понимает? Девушка благодарно приняла чашку, ощущая, что у нее начинают дрожать руки – все-таки происходящее сильно било по ее состоянию. Но она не собиралась сдаваться, держалась, отметая то, что с ней происходит. Потом. Она отдохнет потом, после того, как они вытащат Смерть из того ужаса, что с ним творится. Кэйли очень боялась опоздать, до такого вот ужаса боялась, что Смерть доломают, и они просто будут не в состоянии что-либо сделать. Но ее природная упертость, бесконечная вера в лучшее, даже при самом кошмарном прогнозе, не позволяли останавливаться. Именно из-за вот таких качеств она и стала в свое время кихирет, по факту, находя тот инструмент, который может помогать близким. И сейчас она должна помочь тому, кого умудрилась полюбить настолько сильно, что понимала – не сможет простить себя, если у них ничего не получится. Просто не сможет. Девушка тяжело вздохнула, сжимая чашу и силой заставляя сделать глоток. Стоило ей присесть, как усталость начала наваливаться. К тому же здесь было уютно, а чай горячий. Но он все-таки дал силы, как и слова эльфийки. Джалиндри… красивое имя. На слова женщины Кэйли кивнула, горько усмехнулась уголком губ. Скелет тоже мог помогать, ну да. Это было высшее существо, руководствующееся ничем. Прихотью ли своей или просто подбрасыванием кубиков решений в своей голове – не важно. Он был стихийным хаосом, которому стало интересно свести с ума Смерть. Кихирет не спешила отвечать, осознавая, что сейчас женщина обращалась к своему любимому, поэтому сказала только после ответа самого Сильвана.
- В Астрале… Чарли – девушка, назвавшая себя будущей Астральной королевой, говорила про это, - сглотнула, подбирая слова, - так же там, именно она смогла заставить скелет говорить. Я плохо представляю, о чем конкретно речь, но думаю, вы точно можете знать.
Кэйли открыла блокнот, находя свои записи.
- В его нутре сейчас много сущей, я видела их даже, подозреваю, что видела, - она смотрела на текст, сердце билось неровно, - нужно вычистить их из него, чтобы потом закрыть дверь в Астрал, а следом и дверь в его собственное нутро. А дальше работа с последствиями.
Да, она не стала ходить вокруг да около – нужно было передать слова, и она передавала. Потому что для Кэйли все происходящее походило на нить, держащую лезвие. А время – камень, стачивающий ее. И когда та лопнет, оставалось лишь гадать.
[icon]https://i.postimg.cc/MG6Kk6Xz/37522987008-o.jpg[/icon][nick]Кэйли Уорд[/nick] [status]Вплети меня в свое кружево незаметно и легко, может, только это нужно мне, да и больше ничего[/status]

+1

38

Сильван сел за стол самым последним и к своей чашке не притронулся. Вероятно, он решил, что необходимо отдаться разговору полностью и был не из тех, кому непременно нужно чем-то занять свои руки. Ведь пока рот говорит, глаза должны внимательно смотреть, уши слышать, а голова размышлять. Да и не слишком-то обсуждаемая тема предрасполагала к чаевничеству – она волновала Сильвана, пусть он и оставался таким же собранным и внешне недоступным, как и всегда. Выслушав Джалиндри, он обратился к ней.
-  Твое предложение весьма уместно, однако предвосхищая возможные размышления – в Астрал ты не попадешь. – в разрез со своими довольно четко обрубленными словами, ей в глаза он заглянул довольно вкрадчиво, точно бы говоря «Мы оба знаем, что это опасно, а потому обсуждение закрыто, надеюсь, ты меня поймешь». Затем он внимательно повернулся к Кэйли, складывая руки на отполированной столешнице из грубо обработанного дуба,(а то, что это был именно он, становилось ясно, стоило только прислушаться к аромату и присмотреться к узорам колец) и выслушал все, что она зачитала.
- Он называет себя «Оно Охраняет» и с той, что именует себя Чарли, находится в конфронтации. Среди слепых кривой – царь. Их строящиеся плацдармы – не моя забота, однако, я предполагаю, что  необдуманные действия и последствия подобной войны могут ею стать. А посему, легче решить вопрос, нежели пожинать гнилые плоды в будущем. – Сильван прервался, заглянув Кэйли в глаза. – Как я понимаю, он и посодействовал в том, что мы имеем и что обсуждаем, однако был ли основополагающей причиной – утверждать не могу. Истина боится сокрытия, а Смерть ее скрывал. Надо сказать, довольно умело, ясность видения пришла ко мне слишком поздно, пусть я какое-то время и подозревал, что что-то неладно. Видимо «Оно Охраняет» знал в какой момент и как именно надавить на него. Возможно из-за страха перед Всадником, возможно от понимания, что Смерть имеет большую власть, а может для того, чтобы тот безумным вышел в мир. Его оружие – слово, и я бы хотел акцентировать на этом твой ум. – мужчина говорил не спешно, однако не делал никаких пауз. – С изобретением новых видов оружия, слово стало тем самым, что ушло в прошлое. Тот, кто в наше время не обесценивает его, прорывается к верхушкам, занимая главенствующие позиции. Словом можно убить, можно воскресить к жизни, порой они пусты, но иногда настолько явно несут в себе суть вещей, что остаются в разуме навсегда. Много раз истории, которые я переживал, в пересказах менялись, будто бы я обладаю такой силой, которая была способна разрушить легионы тремя сотнями солдат. Но разве один бог в обличие человека, пусть даже с мечом в руке, мог ли что-либо сделать. И Геркулес бессилен перед множеством. Все делали сами люди, услышавшие слово. Оно делало их сильнее, храбрее, внушая уверенность в собственных силах или скорее поднимая ее из закромов души. Никакой «силы», что дарована природой, лишь слова. Если мы вступим в Астрал вместе, ты должна ясно осознавать, что власть над собой – наивысшая власть. Не поддавайся на провокации, не слушай ложных истин. Ты знаешь, зачем туда идешь и именно цель должна быть перед твоим взглядом. Зная силу слов, умей от нее защититься. Чутко чувствуй, чтобы ступить на нужную дорогу, а не иллюзорную. Не знаю, насколько разумны те сущи, что находятся в нем, но лучше готовится к худшему, нежели недооценить. Неожиданное случается чаще ожидаемого.
Бог замолчал и взял в руки чашку с остывшим напитком. Пара глотков помогли промочить горло и сделали необходимую паузу, во время которой Уорд могла бы уложить все вышесказанное в голове.
- Возможно, мои предупреждения излишни, но день всякий днем вчерашним наставляется. Кихирет напоминают мне давно умерших лаз.* Заботливых, верных, не отступающих перед трудностями на пути к тому, кому они завещали душу во имя служения. Вероятно, это необходимо Смерти. Другой голос, который поможет осознать, что он такая же индивидуальность, как и другие создания, сотворенные из пустоты. Со своими желаниями, стремлениями и мнением. И голос этот твой.
Бог слегка приподнял руку.
- Как видишь, я в твоем расположении. Мне не безразличен этот до одури самостоятельный глупец. И не бросаю я тех, кто не бросил меня. Однако у меня к тебе есть вопрос, на который ты должна ответить честно. Сама перед собой. – мужчина вновь ненадолго прервался, прежде чем продолжить. – Готова ли ты согласиться с тем, что если излечение его окажется невозможным, то Смерть следует запечатать? – он сделал паузу и опустил руку. – Ты его любишь, иначе бы не сидела здесь. Однако подобного хотел бы и сам Смерть. Не думаю, что он бы смог допустить и безразлично отнестись к такому количеству невинных жертв, чья кровь будет на его руках. Надумав женский нрав смирить – простись с покоем. Именно посему важно, чтобы ты понимала это сама.

*Эдакие домашние духи/боги, служащие одной семье/дому. Выглядят, как крылатые девушки.
[icon]http://sh.uploads.ru/408a9.jpg[/icon][nick]Silvan Tuskul[/nick][status]Бог. Власть. Вечность.[/status]

+2

39

Возражать смысла не было, хоть она и внутренне запротестовала, не без этого. Понимала умом, что, да, опасно, её ищут, что в Астрале ей угрожает опасность примерно того же толка, что нависла сейчас над Смертью, но сердце требовало от неё участия, героизма какого-то...вестимо, тот же героизм сгубил её сына. Лили опустила голову, глядя в содержимое чашки и просто слушая, не перебивая.
Занятно, как Сильван рассуждал о слове, будучи столь немногословным в целом. Джалиндри задумчиво нахмурилась, большими пальцами потирая идеально белую керамическую поверхность. Можно ли считать сказанное, по сути, эдаким признанием, что он словом просто не владеет? Быть может потому предпочитал он молчать. Ведь даже когда она говорила ему жестокие слова, тогда, почти три сотни лет назад, он молчал. Не зная, как ответить ей. Не знал он и сейчас, порой, как отвечать, каким словом. Она училась понимать его без них, а он учился понимать слова. Не просто так он говорил всё это, отнюдь не просто так... это был урок для Уорд, который, с течением времени, усвоил он сам достаточно сильно и глубоко, чтоб мог он теперь донести понятое и принятое до чужого ума. Однако, что-то ей подсказывало, что Уорд в том уроке не нуждалась. Девочка смотрела на мир глазами широко открытыми. Лили подняла взгляд на Сильвана, когда тот задал вопрос девушке и продолжил говорить дальше. Женщина изумлённо вскинула брови. Ничего себе, он понял чувства Кэйли по отношению к Всаднику! Это её поразило и сжало сердце. Иным покажется мелочью такая проницательность, в особенности учитывая количество лет за плечами Сильвана, но жрица точно знала: раньше Сильван не позволил бы себе ни вслух о таком сказать, столь открыто и легко, ни про себя даже задуматься.
Ей хотелось это отметить каким-то образом.
-  Le amar prestar aen han mathon, emma lath,* - произнесла женщина, обратившись к нему, а потом повернулась к Кэйли, положив одну руку себе на сердце и склонив голову чуть набок. - Особой силой наделены слова любимых и любящих. Притом силой и разрушающей, и созидающей. Сущности, которые населяют его разум могут иметь твоё лицо и твой голос. Коль верно моё понимание сути вещей, искажение его восприятия может быть чрезвычайно глубоким... но есть вещи, которые сложно подделать.
Женщина поднялась с места и прошла к окну, встав, по факту, за спиной Сильвана. Уж она знала о сущностях внутри хорошо. Может даже слишком хорошо. За окном опять начинался дождь. Пейзаж был красив и печален, отдавая какой-то гармоничной для нынешнего разговора печалью.
- Коль тебе придётся встретиться с ним, знай - пучина безумия затягивает, но даже на самой её глубине лежит разум. И он помнит эти мелкие детали... - она не хотела, чтоб собеседники видели выражение её лица в этот момент - уж больно болезненно она сощурилась, - ...оттенки в глазах. Морщинки в уголках глаз и губ. Переливы голоса. Маленькие жесты, на которые способен только тот, что наделён живой душой. Сущности из Астрала копируют то, что проще всего скопировать. Они не углубляются... но есть одна самая большая опасность.
Тут Лили повернулась, сложив руки под грудью. Её губы тронула грустная улыбка.
- Чем большей силой сознания наделён тот или иной живущий, тем более он способен влиять на пространство вокруг себя. Воображение безумного и сильного ума может быть устрашающим. Твой должен стать в разы сильней, чтобы суметь удержать твою картинку. Быть может нам повезёт и он ослаб, тогда его иллюзии в Астрале можно было бы легко перекрыть, но я бы на это не рассчитывала. Он носит в своём кармане души не живущих физически. Многочисленный поток душ припрятанный в его сути. Они могут оказаться заражены его безумием. Тогда его сила в Астрале возрастёт в разы. Это будет не просто лечение, не просто поиск его разума среди общего потока. Это будет настоящее сражение, в котором нам понадобится много сил. Потому я и говорила о том, что... могла бы посмотреть. Не входя в Астрал в том числе.
Джалиндри опустила взгляд, помолчав. То, что она собиралась говорить, звучало в её голове даже скверно.
- Физическая близость, жертвоприношения и вера - это самые мощные источники энергии. Кровь - это самое близкое живущему вещество, наделённое энергией. Через кровь я могла бы провести ритуал. Достаточно древний... мне кажется, что могло бы получиться, - она подняла глаза на собеседников. - Верховная Жрица, что правила в нашем поселении Рощи, использовала его. По правде сказать, она изобрела его. Эльфийский народ не владеет магией, что способна проклинать, потому что природа не проклинает, а мстит... Она же изобрела то, что способно не называться проклятием, но быть им на самом деле. Но в нём есть польза. Первое, что он даёт - заглянуть в сознание, находясь вне Астрала. Нужна будет кровь. Моя и Всадника. Вода служит проводником...ммм...как экран телевизора, вот, очень похоже. Дальше - дело техники.
Лили посмотрела на Сильвана.
- Во второй части она подмешивала то, что привлекает астральных созданий больше всего. Крупный всплеск эмоциональной силы остро негативного характера. Думаю, именно так она пришла к тому, что создала Отца и Мать в какой-то момент. Она хотела создать питомцев, которых можно будет натравить на врагов, но сама стала их жертвой, не сумев совладать с эмоциями после потери сына. А потом ею стала я. По той же причине, - она горько усмехнулась, качнув головой. - Впрочем, если местонахождение Всадника неизвестно, то кровь его никак не получить. Так что... это просто теория. Разведать обстановку можно было бы так. Но секрет ритуала я никому не раскрою. Это то Знание, что я поклялась хранить, как её преемница.

*

Ты изменился и я чувствую это, любовь моя. 

[icon]http://funkyimg.com/i/2PwBj.png[/icon][nick]Jahlindhri[/nick][status]insatiable[/status]

+2

40

Кэйли слушала, не перебивая, слушала и думала. Сначала божество ей показалось немногословным, и именно с его речей о силе фраз, она убедилась в своих предположениях. Да, он говорил при встрече размеренно и только нужное, поэтому девушка почувствовала, что все то, что сейчас произносит мужчина, имеет особый вес. Она понимала все. Да, так среди людей сильные мира сего манипулируют, перетягивают на себя, отвлекают. Так сказка, услышанная лишь однажды, дала представление о том, кто перед нею. Забавно, что довольно точное представление. Всадник умел владеть словом.
И снова ее уверяют, чтобы она шла вперед. И если бы раньше Кэйли возмутилась внутри, мол да знает она это все, знает, то сейчас лишь благодарно кивнула. Эти слова о том, что нельзя отступать, что нужно двигаться вперед… это все является некой поддержкой, надеждой на саму Уорд. И она начала подобное ценить. Так Кэйли ощутила то, что сестра ее пыталась наделить внутренней силой, так сейчас ощущала, что бог на самом деле хочет ей довериться, не желает, чтобы кихирет подвела все дело. Он ее не знает, но через фразы о твердости духа, пытается обрести союзника. Это было важно и для самой фэйри, которая поняла – бог действительно Смерти друг, который не предаст.
Характеристика Всадника заставила опустить голову, потому что в противном случае все смогли бы увидеть безумно нежную улыбку, направленную куда-то дальше этих существ, вглубь себя и для него одного, того самого «глупца». Но столько раз он доказывал Уорд, что таковым не являлся. Нет, Смерть обладал уникальной способностью быть легким и мудрым. Подбирать нужные слова, чтобы можно было двигаться дальше. И уроки усвоены. Да, парень сам сказал ей о такой возможности запечатывания, сам признался, что очень крупно оступился, а Кэйли в итоге застала последствия подобного. Но было одно, что не давало покоя кихирет, что-то, что никак не укладывалось в голове, поэтому…
- Я думаю, - начала она медленно после речи Сильвана и эльфийки, - нет… даже не так. Вы спрашиваете, соглашусь ли я с тем, чтобы запечатать Смерть, в случае провала.
Девушка поставила локоть на стол, поднимая кисть и задумчиво смотря на свои пальцы.
- Принять такое решение кажется довольно сложно. Здесь задействованы чувства, женские слабости, так сказать. Но нет. Это одно из самых простых, - вздохнула она, - по факту, решений. Это всего-лишь одно слово, как… как щелчок пальцев.
Уорд прикоснулась большим пальцем к среднему, замерла. Какое-то время смотрела на свою руку, серьезная, нахмуренная. Казалось, что она на самом деле пытается сделать выбор, сложный для нее, такой вот, требующий мужества. Она глубоко вздохнула и… щелкнула. Потом перевела взгляд на Сильвана.
- Сделать такой выбор действительно просто, - просто принять тот факт, что жизни без любимого нет. Просто решить для себя свою же судьбу, - руководствуясь благами для мира, для этой реальности. Запечатать Смерть, чтобы он не разнес здесь все. Но. Если во мне появится хоть толика подобной мысли, хоть самая ее кроха, отломанный кусочек моей уверенности, то мы уже проиграли. Такая мелкая трещинка действительно в Астрале превратится в пропасть. И, подозреваю, сущи уцепятся за подобную слабость. А это именно слабость, а не сила. Сейчас попробую объяснить.
Кэйли потерла лоб, сосредотачиваясь на словах и мыслях.
- На данный момент у нас предположительно три варианта тех событий, которые могут происходить, - Кэйли пальцами начертила развилку на столешнице, - один – мы возвращаем Всаднику разум, проделываем всю ту схему, о которой сказал Оно Охраняет. Второй – начинается Апокалипсис. Третий, кажущийся наиболее верным и сложным, является запечатывание. Так вот, если мы выберем последний, то, скорее всего, будет следующее.
Кэйли замолчала, еще больше нахмурившись. Покачала головой, оформляя мысли в слова.
- Мы лишь отсрочим Конец Света, по факту. Ведь Папа Римский смертен. На его место придет другой, третий, и так далее. Может смениться не одно поколение, пока кто-то не решит, что пора. Но кто? На чьи плечи мы добровольно возложим ответственность за то, чтобы выпустить сумасшедшего Всадника? Нас самих может уже не быть, а может, нам придется наблюдать, как в мир выходит совершенно изломанное, извращенное существо. Я даже представить боюсь, каким станет Смерть после того, что с ним провернут сущности внутри. А ведь, по факту, запечатывая, мы обрекаем его разум на вечные муки. Если понадобилось всего десять лет, чтобы свести его с ума, то что станет с ним после векового заточения? А если пройдут тысячелетия? А может он вырвется на следующий год.
Кэйли не хотела играть на чувствах, но краем сознания понимала, что отсылается к тому, как держали эльфийку. И обречь на такое еще и Всадника, девушка точно не смогла бы.
- Запечатывая, мы лишь сбежим, переложив ответственность на других. После нас хоть потоп. Но ирония в том, что мы существа, вы вообще бог  - практически бессмертны. И может случиться, что нам предстоит через много лет наблюдать то, к чему приведет такое, казалось бы, логичное решение. Чума обмолвился, мол, мне будет все равно, вырвется Смерть по итогу схлопнуть мир или нет. Ведь, меня может и не быть к тому времени. Так вот, ключевое в этом как раз таки то, что разум его будет таким же нестабильным, если не хуже. К тому же, мне не дает покоя еще один факт - отец Солсберри даже после ста тридцати восьми жертв за два дня не стал принимать таких радикальных мер, а мог бы. Это определенно не просто так. Подозреваю, человек прекрасно понимает, что не вечен, и что подобное решение – всего-лишь пластырь, налепленный на зараженную рану. Не исправляет ситуацию. Мы просто создадим бомбу замедленного действия. Поэтому нет. Запечатывание – не выход. И я не имею права проиграть, потому что помимо моих чувств, есть и этот мир, которому мы сами отрежем возможность уйти безболезненно. Мы своими руками уничтожим шанс на милосердный конец. Запечатывание, по сути, этот тот же самый проигрыш, - девушка, начертив третью линию, вывела ее в сторону второй, конечно, представляя все в голове, но сами движения рук были очень показательны, - только с самообманом.
Кэйли помимо того, что любила Смерть, очень сильно была привязана к этому миру. Да, если Всадника запечатать, она не сможет существовать, но это мелочи. Мелочи, потому что после ее ухода из реальности, проблема решена не будет. Она давно уже в мыслях перебирала все то, о чем сейчас сказала, анализировала слова других, свои собственные выводы. Все они выполняли волю Творца, и не было правильных решений, но будут последствия. И Кэйли не могла поступать как тот скелет, который не собирался за них отвечать.
Слова эльфийки лишь подтверждали то, о чем уже передумала Кэйли, хотя речи о том, что сущи копируют кого-то заставили мозг работать еще сильнее.
- Астрал… иллюзии, магистрали, двери. Нельзя отступать, и нельзя даже думать о том, что все напрасно. Если вы можете заглянуть в Астрал и узнать, в каком сейчас состоянии Всадник, сделайте это, - она посмотрела твердо в глаза женщины, - прошу вас.
Потом повернулась к Сильвану, заглядывая в глаза мужчине.
- Скажите, вы знаете, где сейчас Смерть? – она спросила это, потому что сам бог был слишком спокоен, что ли. Не в жестах, а словах. Он даже не упомянул того, что юношу надо искать, не делал предположений, где тот мог находиться. К тому же сам сказал, что был с ним в последний момент. И, вероятно, знал местонахождение Всадника.
[icon]https://i.postimg.cc/MG6Kk6Xz/37522987008-o.jpg[/icon][nick]Кэйли Уорд[/nick] [status]Вплети меня в свое кружево незаметно и легко, может, только это нужно мне, да и больше ничего[/status]

+1

41

Сильван промолчал, не сказав ничего обеим женщинам.
Он внимательно выслушал Джалиндри и именно оттого, что ведал, о чем она говорит, не лучше нее самой, но лучше прочих, возжелал запретить ей все.  Резко, да так, чтобы его власть здесь считалась единственно верной и неоспоримой. Но как нет ничего, что не смог бы извратить плохой пересказ, так и не существует ничего, что просыпается в нас без семени, обоснования. И заглянув в себя честно и без прикрас, он понял не только то, что власти над жрицей никакой не имеет, но и что боится за нее. Боится вновь испытать те чувства, которые гложили его, как червь точит корень, боится страданий, которые могут взвалиться на неокрепшие тонкие плечи эльфийки. И как дополнение этого безумия, точно мало было того, что он увидел, он боялся еще, что очередная неожиданность разделит их. Вестимо тому легко терять, кто ничего не имел, а обретши, просыпается страх, который доселе был неведом. Однако бог уже давно перестал недооценивать Джалиндри и понимал сколь важно для нее участие в их деле. И насколько было необходимо подобное участие. Без перьев тяжело научится летать и он не смел отнимать их у нее. Потому что уважал, потому что был половиной ее души, а посему и останавливать, губить, ограничивать ее морально и физически никак не мог, да и не хотел.
Он выслушал и Кэйли. Так же внимательно, смотря ей в глаза и видя в них пламя, которое уже доводилось ему видеть в глазах одного человека, с которым Сильван был знаком очень давно. Ему не очень повезло в жизни. Умея поднять в битву, умея сражаться сам, он исчерпал себя однажды, узнав, что не трудно быть добродеятельным там, где ничего этому не препятствует, но сложно, когда сама добродетель становится тебе врагом. Природу покоряют, повинуясь ей, сливаясь и произрастая чрез нее, а потому приходилось принимать, что порою битва до конца не возможна. Этого человека звали Сильван. Кэйли была не одинока в своем понимании и многие умерли с подобной правдой на устах. Огонь, горящий не долго, но передающийся в нужные руки из века в век, из тысячелетия в тысячилетие, от сердца и ясного ума к таким же. Пожалуй, усугублялось все и тем, что она была женщиной. Чего только не могли сделать женщины, защищая свое дитя или возлюбленного, начиная от вступления в ряды войнов, заканчивая наивысшей жертвой – собственной жизнью. А есть вещи и похуже нее. Бог не стал ничего говорить Уорд. Большое дело строится из маленьких мелочей, в том она была права и губить этого он не стал. Единственное, что ему оставалось, искренне надеяться, что все, в чем он сомневался, он же окажется и не прав. Ведь он  любил Смерть и будь моложе, вероятно бы так же не стерпел от себя поражения.
Сильван поднялся, не смотря уже на своих собеседниц.
- В дальней комнате. – ответил бог и ничего боле не сказав туда и направился.  Все это время он следил за телом Смерти, медленно излечивая все последствия от десяти лет воздействий наркотических средств, а так же других веществ, следя за его чистотой. Теперь оно было полностью здорово и можно сказать готово к возвращению своего хозяина. Он знал о нем гораздо больше, чем о собственном человеческом теле, изучив все переплетения вен и артерий, расположение внутренних органов, особенности костей и головного мозга. Оно было прекрасно, как произведение искусства знающего мастера. Все работает слаженно, четко, точно лучший в мире оркестр. Более всего богу нравилось никогда не прекращающее свою работу сердце. Все бились по-разному, и иначе билось оно, пусть ему и пришлось изменить его ритм.
Мужчина подошел к двери и отворил ее, решив не заходить внутрь первым, а позволив это сделать Кэйли. Смерть лежал возле окна на небольшой одноместной кровати, и создавалось ощущение, что он просто спал.
[icon]http://sh.uploads.ru/408a9.jpg[/icon][nick]Silvan Tuskul[/nick][status]Бог. Власть. Вечность.[/status]

+2

42

Слова Уорд очень понравились Джалиндри: девушка рассуждала очень зрело и мудро, не так, как склонно большинство. Да, толика наивности, что непременно следует за любым любящим сердцем, у неё была, но Кэйли будто бы научилась каким-то образом думать глобальнее, смотреть куда дальше, чем обычный человек или какое-то существо, что ещё мало зим прожило. Это очень ценное и редкое умение, всегда было, всегда будет. Всаднику повезло, что рядом с ним есть кто-то, кто рассуждает именно так.
Сильван хранил молчание и покой, но женщина чувствовала, что слова девушки находят отклик в нём. Быть может, не такой, как в ней, но находят. И да, её слова он тоже воспринял, правильно воспринял. Средь понимания в нём мелькнул перелив страха, лёгкий совсем. Это был тот самый мужской страх потери женщины, которая дорога его сердцу не только как любовница, но как подруга, опора, поддерживающий элемент...как... часть души? Быть может. Коротко глянув на него, она точно заверила, что никуда не исчезнет и всё будет хорошо.
Дальше события повернули в интригующее русло. Сильван признался, что находится в той самой комнате, куда он просил её носа не совать. Она ни разу не ослушалась наказа. В ней было любопытство, не подумайте, но сохранение доверия и уважения Сильвана было для неё важнее, да и не ощущала она от той комнаты опасности или мрачности какой-нибудь. Джалиндри с места сдвинулась медленно, про себя прокручивая слова ритуала и действия, что от неё требовались. Она взяла из шкафчика небольшую стеклянную миску, взяла полотенце, небрежно закинув его себе на плечо, и вынула нож из подставки для ножей. Конечно, это не ритуальный кинжал, но сойдёт: в данном случае это было не главным пунктом. Набрав в миску воды, где-то с два пальца, она пошла следом за Кэйли и Сильваном.

В комнату первой бог запустил Уорд и это было весьма доброжелательно с его стороны: позволить ей увидеть его. Юноша и правда казался спящим, но... в этом сне отсутствовал покой или безмятежность. В нём отсутствовало всё. Лили поняла, как выглядела она сама со стороны, покуда спала в Рюгене, а от того, ступив за порог и вперившись взглядом в лежащее юное тело, она замерла ненадолго. Это тело не откликалось. В нём никого не было. Оно было здорово, оно было прекрасно, но оно было настолько пустым, что ей казалось даже, что если заглянуть в него, то можно было бы столкнуться просто с бесконечной чернотой бездны, где совершенно точно нет ни дна, ни воздуха... ничего живого. Чернота. Лили качнула головой и приблизилась к постели, встав по другую сторону кровати, решив дать Уорд пространства. Эльфийка снова поглядела на лик Всадника. Точно кукла. Вообще ничего. Даже не "фонит" какой-либо энергетикой, просто шкатулка, в которую можно положить буквально что угодно. Джалиндри повернула голову к Сильвану.
- Ты мог и рассказать, кого мы здесь ещё охраняем, - в её тоне укора не было, но она явно продемонстрировала, что считает это недоверием. - Я была в похожем состоянии. Если я правильно понимаю принцип, то у меня должно получиться с ритуалом.
Женщина села на край кровати и поставила чашу себе на колени, но начинать не спешила. Первым делом она склонилась чуть к юноше и раскрыла его глаза, по очереди, поразившись тому, насколько холодно его тело. Они оба сейчас были фиолетово-чёрными и знак то был недобрый: это было прямое указание на то, что он сейчас полностью во власти Астрала. Такое она уже видела, но очень, очень давно. Неудивительно, совсем неудивительно, что она не почувствовала за всё это время его присутствия здесь. Женщина отодвинулась.
- Очень плохо, - тихо заключила она, понимая, что нет смысла тут пытаться что-то скрыть: скорее всего, и Кэйли, и Сильван и без её короткого резюмирования понимали это.
Сначала жрица разрезала свою ладонь и кровь полилась прямо в воду. Она, поморщившись, сжала руку в кулак. Звук капающей в воду крови казался очень громким в общей тишине. Что-то прошипев по-эльфийски неразборчиво и как-то по-змеиному грозно, она раскрыла ладонь. Лили завернула руку полотенцем, опять поморщившись. Всё-таки резать себя она не привыкла, да и не делала ничего такого раньше никогда. Магия крови казалась ей вообще довольно сомнительной штукой, но сейчас это было просто необходимо.
- Кэйли, - обратилась эльфийка к кихирет, подняв взгляд на неё, - подержи, пожалуйста, его руку над чашей. Боюсь, что его раны очень быстро затягиваются, а мне нужна его кровь.
Женщина ласково и ободрительно ей улыбнулась. Ей было жаль, что девочке приходится через всё это проходить. Ей бы сейчас песенки петь да танцевать где-нибудь с другими фейри, при дворе красавицы Маб, а не со Всадником мучиться! Молоденькая такая, а уже повязала свою судьбу с такими сложными её хитросплетениями, ведущими к защите мира от конца света. Жрица не глядела на Сильвана, но какая-то её фантомная часть сейчас обратилась к нему. Ей нужна была его поддержка и его сила, что напитала бы её, да, но помимо этого она совершенно чётко дала ему понять, что она вне опасности и всё будет в порядке.
"Будь рядом," - шепнул её внутренний голос. "И не переживай. Мне не больно. Я знаю, что я делаю."
На самом деле, ей казалось, что этого заверения не достаточно. Быть может, ей бы стоило для большей убедительности держать его за руку, говоря это, или смотреть в его глаза, чтобы он понимал, что это правда, но ещё больше она понимала, что сейчас ей нужно больше обращаться к Кэйли и выглядеть подобающе своему статусу. По-хорошему, им обоим лучше выглядеть сейчас так, словно они полнятся силой и уверенностью, без каких-либо сомнений. Так будет лучше для них всех, со многих точек зрения.

[icon]http://funkyimg.com/i/2PwBj.png[/icon][nick]Jahlindhri[/nick][status]insatiable[/status]

+2

43

Девушка надеялась, что ее поняли правильно, она смотрела прямо, твердо, полностью осознавая то, что ее ждет впереди, и зная - не будет все легко и просто. Возможно, станет невыносимо, болезненно, ужасающе. Возможно, ее будут ломать, прогибать, пытаться исковеркать в Астрале. Но кихирет так же полностью осознавала, что сейчас на нее, и на тех, кто будет вытаскивать Смерть из безумия, ложится ответственность, по факту, за весь мир, который она любила. Так же как и Всадник когда-то в тех воспоминаниях.
А потом ее словно обухом по голове ударили. Кэйли ощутила всю силу слов Сильвана, просто услышав одну фразу. Словосочетание, заставившее сердце екнуть, а тело подскочить, чуть не опрокинув чашку. Только удачей удалось вовремя подхватить, чтобы по столешнице не полился остывающий чай. В душе фэйри все смешалось – любовь, боль, нежность, страх. Дыхание участилось. Она почему-то испугалась идти вслед за богом, испугалась видеть Всадника настолько беззащитным. Она не знала, что предстанет перед ее взором, а от того страшилась еще сильнее. Сглотнула, на абсолютно ватных ногах отправившись все-таки следом. Голова начала немного кружиться, появилось ощущение, словно она находится на корабле, когда есть такая легкая качка, пока ты стоишь на палубе.
Ее пропустили первой, но кихирет на мгновение замерла в проеме. Глаза расширились, а руки прикрыли рот, впиваясь в лицо. По всему телу прошла ужасающая дрожь просто от того, что она увидела перед собой. Юноша лежал на кровати совсем недвижимый, можно было даже сказать, что он спит. Можно… но нет. Всадник выглядел мертвым. Такая вот абсолютно пустая оболочка, лишенная наполнения, лишенная его самого. Марионетка, труп, да как угодно назовите!
Девушка на негнущихся ногах приблизилась к тому, кто смог стать для нее дороже всех на свете. Каждая черточка такая родная и такая недвижимая. Пальцами, совершенно машинально, потянулась вперед, не осознавая, что если бы не божество с эльфийкой, то скорее всего она упала, не смогла бы идти. Родной, любимый, единственный, что же делают там с тобой… Уорд снова не заметила, как из глаз начали идти слезы, а подбородок задрожал. Она ощущала насколько все плохо, понимала, что его суть далеко, потому что то, что лежало на постели – было сейчас всего лишь оболочкой. Грудь не вздымалась, когда Кэйли опустилась к нему на кровать. Когда склонилась, прикасаясь к лицу, ощущая могильный холод, когда поправила прядь его волос, ласково так, слишком нежно, аккуратно. Так близко и так далеко. Где держат тебя, сердце мое? Что делают с тобой, душа моя? Очертила пальцами скулы.
- Я вытащу тебя, родной, - прошептала одними губами Кэйли, понимая, что эти слова брошены в пустоту, - где бы тебя не держали. Мы все исправим.
Холодный, холодный, какой же он холодный! Рядом опустилась и эльфийка, проверяя зрачки, полностью затуманенные проклятым фиолетово-черным маревом. Кэйли была вся напряжена, не убирая рук от Смерти, положив ладонь ему на грудь, не обращая внимания на холод. Довольно бесполезный по сути жест, но быть ближе, ближе, ближе… У самой же внутри все рвалось и металось от какого-то бессилия, той нестерпимой боли, когда понимаешь, насколько сейчас плохо дорогому существу. В ушах снова зазвучали его слова, когда тот шагнул к сущам вместо нее. И звуки фортепиано. Но Кэйли кое-как все-таки держала лицо перед Сильваном и Джалиндри, не смотря на дорожки слез. Правда, выглядело оно скорее как маска полная боли. Той внутренней, которая была гораздо сильнее, чем показываи эмоции. Слова жрицы лишь подтвердили понимание кихирет, что ничего хорошего в его состоянии нет.
Кэйли молча наблюдала за женщиной, когда та резала свою руку, когда подставляла чашу. Слабо кивнула на просьбу, поднимая кисть Всадника так, чтобы было удобно эльфийке. Все ее движения по отношению к телу Смерти были очень аккуратными, слишком нежными, хоть в голове она осознавала, что это всего-лишь сейчас пустая оболочка. Но не могла по-другому. При этом Уорд была готова смотреть, не смогла бы отвернуться, как зачарованная наблюдала за действиями Джалиндри.
-  Давайте, - шепнула она на выдохе, резко собираясь и отгоняя мысли о тупой ноющей боли в области груди. Сведения важны и могут помочь им. Поэтому никаких сомнений, только уверенность, только непробиваемая уверенность, что у них все получится. По-другому просто нельзя.
[icon]https://i.postimg.cc/MG6Kk6Xz/37522987008-o.jpg[/icon][nick]Кэйли Уорд[/nick] [status]Вплети меня в свое кружево незаметно и легко, может, только это нужно мне, да и больше ничего[/status]

+2

44

Сильван вошел в помещение последним, и это было отнюдь не в дань уважения к женщинам. Ему одному не из-за чего было останавливаться на пороге, он один чувствовал себя лишь наблюдателем, отрешающимся от всех эмоций, что видел. Внимающий, но не сопереживающий. Таким он ступил в новый век. Не торопясь проходя к дальней стене, к еще одному окну, он заметил и слезы кихирет, и серьезную сдержанность Джалиндри, которая несмотря на ритуал пыталась успокоить и возлюбленную Смерти, и самого Сильвана. Тот только отмахнулся от ее внутреннего обращения, замыкаясь в себе и переводя взгляд за окно. Он и так пустил ее, к чему теперь – это не снизит возможную опасность подобного предприятия. Его строгий прямой силуэт на фоне окна только добавлял богу какой-то отчужденности.
А за стеклом росли зеленые пушистые ели. Стоило бы только приоткрыть форточку, как свободный аромат смолы наполнил бы комнату. Из-за этого же в помещении всегда царила полутень. Однако, как подметил Сильван, в данный момент это объяснялось не только растениями, но и тем, что за какие-то считанные пятнадцать-двадцать минут их совместного разговора, небо уже затянуло низкими кучевыми облаками, а чуть поодаль, где небосвод поджимал свое худое брюхо, разверзлась гнетущая чернь будущей грозы. Но еще слишком далеко, чтобы услышать раскаты грома. Сезон дождей уже длился какое-то время в этих краях, но мужчина не собирался с этим затягивать. В конце концов, естественных источников в этом бассейне хватало, а перенасыщенные лиственницы быстро бы потеряли свое одеяние. Поднялся ветер, из-за чего особо длинные еловые лапы тихим шорохом проходились по стеклу с той стороны. Бог сцепил руки за спиной и, не отрывая взгляда, обратился силой к Джалиндри. Это не составило никакого труда, если вообще считалось за действие: даже на расстоянии, стоя спиной к женщине, он все еще чувствовал их связь, и ему не требовалось вновь вступать с ней в какой-либо контакт, достаточно было переместить доминанту внимания со зрения, на внутреннюю суть. Создавалось ощущение, что Джалиндри поселилась где-то внутри, а он, в свою очередь, где-то внутри нее. Природа подобного явления интересовала Сильвана, но не настолько, чтобы поднять этот вопрос вслух, даже без наличия свидетелей. Он знал одно – дело не только в том, что между ними, а в том, кто они такие.
Он питал жрицу и через ее руки наблюдал за процессом, пока не обернулся, опаляя ее профиль взглядом. По окну коротко ударили первые капли дождя. В комнате запахло елью. Создавалось впечатление, что Сильван окутывает не только женщину, не только комнату, но и все здание целиком, укрывая его непогодой. Правда причина подобных действий скорее оставалась загадкой. Он многое понимал, а оттого о многом не разглагольствовал, предоставляя время и место.
[icon]http://sh.uploads.ru/408a9.jpg[/icon][nick]Silvan Tuskul[/nick][status]Бог. Власть. Вечность.[/status]

+2

45

Рука Лили дрогнула: не каждый день приходится кому-то причинять боль, будучи в уме здравом, своём собственном, пусть даже она незначительна и совершается, вроде как, во благо, да ещё и тому, кто ничего не почувствует. Как она и предполагала, идеально скроенное магическое тело начинало противиться внешним повреждениям, поэтому ей пришлось надавливать ножом на кожу его ладони. Капли крови падали в чашу и эльфийка напряжённо хмурилась. Её собственные глаза засветились привычным голубоватым свечением, скрывая её радужную оболочку и зрачок, точно склеральная линза. Её губы шевелились, но ни одного звука она не произнесла вслух. Мысли очистились от сомнений и жалости. Силы Сильвана были велики и она поняла, вдруг, что, вероятно, у него есть много последователей. Это порадовало её, пусть и не к месту.
Когда крови было достаточно, она убрала нож и взяла чашу в обе руки. Заприметила, что рана на ладони перестала пульсировать: судя по всему, либо затянулась окончательно, либо имел место обезболивающий эффект. Она взглядом вперилась в поверхность воды и та начала покрываться рябью, бурлить и пениться. Пар поднимался к её лицу и только в этот момент она перестала бормотать беззвучные заклятия. Она ненадолго прикрыла глаза, а когда открыла, то фиолетово-чёрное марево появилось и на них. Разница была в том, что оно было совсем не густым, точно бы лёгкий слой сверху, а не что-то вязкое и плотное.
- Я вижу, - прошептала эльфийка, - вижу...
Она была напугана зрелищем. Её тело покрылось мурашками, губы дрожали, а пальцы, сжимавшие чашу, побелели. Содержимое чаши увеличивалось в объёме: бурлящая и пузырящаяся кровь стала выливаться наружу и Джалиндри встала, точно в трансе, пятясь назад. Кровь лилась на пол, а она смотрела, не моргая, туда, внутрь, за пределы реальности и не могла от того зрелища оторваться и выпустить чашу была не в силах. Её дыхание участилось, сердце забилось быстрее. Из её носа потекла струйка крови.
- Что же ты наделал? - спросила она. - Ты изуродовал их... ты же изуродовал их всех... Так вот оно. Вот оно... безумие.
Крови становилось всё больше, но было не трудно осознать, что это - иллюзия. Морок. Астрал выплескивал свою энергию доступным ему способом, но сюда, внутрь, не проникал. Ощущение сходное с тем, когда касаешься стекла и чувствуешь за ним вибрации. Смотришь туда, за него, понимаешь, что там что-то происходит и ощущаешь, но оно не может тебя коснуться. В случае Сильвана и Кэйли, стекло это было плотно выкрашено одним тоном, а вот для неё оно было прозрачным. Казалось, что крови в помещении уже точно было по самые щиколотки и она продолжала бурлить. Жрица смолкла, но её глаза бегали так, словно она смотрела из угла в угол, перепуганная. Она громко произнесла лишь одно слово "хватит", на эльфийском, и тут же вся иллюзия исчезла. Жидкость в чаше исчезла. Эльфийка пошатнулась и выронила её: та упала, но не разбилась. Джалиндри рукой опёрлась о стену, положа другую руку на сердце и прикрыв глаза, выравнивая дыхание и унимая дрожь в теле. Молча тяжело дышала какое-то время, не особенно его чувствуя: к сожалению, ей нужно было время. Кажется, всё вместе заняло не более минут десяти, но по ощущениям её собственным - куда больше.
Лили открыла глаза и сделала глубокий вдох, медленно выдохнула и окинула взглядом присутствующих. Они ждали ответов и их следовало дать, как бы ни было неприятно думать о том, что она видела.
- Всё гораздо хуже, чем вы думаете, - тихо проговорила она, - это не только он заражён. Все души, все. Они все заражены. Он позволил этому проникнуть к каждому. Сильван, они заразили даже... даже его. Они деформированы, они...
Она отлипла от стены и дрожащими руками как-то неопределённо обвела себя, обрисовывая будто увеличенную голову и тело как таковое, не в силах как-то поточнее показать.
- ...это чудовища, души, они стали чудовищами, это просто невообразимо, я никогда не видела ничего подобного, такое просто не вообразить, даже в самом страшном кошмаре! - последнее она воскликнула с особенным отчаянием и всплеснула руками, приложив их после к лицу и помолчав с мгновение, успокаиваясь. - Какой кошмар.
Убрав руки от лица, она тряхнула головой и подошла к Всаднику ближе, положив руку ему на лоб.
- Он не просто поверил в то, что ему сказали, нет, дело совсем не в этом, - женщина ласково огладила лицо юноши, покачав головой. - Это магия. Его заколдовали. У каждого есть слабые места в сознании, через которые можно проникнуть кому угодно и чему угодно. Это был паразит... один маленький паразит, который стал выедать его разум, спутывая его память и восприятие. И он сдался потом. Он сам открыл двери, как ты говоришь. Внутрь себя. Ведь... эти твари дали ему то, чего он так хотел. Он хотел быть... наполненным. И они наполнили его. Недаром ведь говорится: бойтесь желаний своих... В нём не просто много сущностей, в нём... это целое измерение, понимаете? Это как часть Астрала. Чарли, та девушка, она закрыла туда ход, но они пытаются пробиться наружу и если это случится... он сначала уничтожит Астрал, а потом он перейдёт к нам. Очнётся и всему конец.
Её голос к концу стал совсем тихим. Женщина покачала головой.
- Адам бы понял что с этим делать, - пробормотала Джалиндри скорбно, после подняв взгляд на Кэйли. - Но он всё ещё там и он может остановиться. Есть шанс, пусть и очень маленький, всё, что я видела - будет в стазисе, покуда Чарли это сдерживает. Нам нужны... специалисты, я не знаю, как иначе? Те, кто понимает что делать со всем этим. Я могу только предполагать.
Эльфийка убрала руку от его лица и обхватила себя руками. Ей было холодно и в целом она побледнела.
- Нам нужно узнать что с этим делать. И те, кто знают его лучше прочих, - она посмотрела на Сильвана. - Его братья. Нам придётся их выпустить. Никто не может в открытую сражаться со Смертью, кроме них. И уж кто, как не они, будет заинтересован в поисках нужных людей, да?.. Надеюсь.

[icon]http://funkyimg.com/i/2PwBj.png[/icon][nick]Jahlindhri[/nick][status]insatiable[/status]

+2

46

Казалось, что погода начала портиться. Было ли это отражение настроения божества, или обычное явление в этих местах, Кэйли не знала, но не дрогнула, ощутив запах хвои. Не дрогнула она и тогда, когда нож полоснул по руке Всадника, когда кровь его побежала в чашу. Девушка не отпустила холодной руки, когда жидкости стало достаточно, прижала к себе его ладонь, наблюдая за тем, как жрица беззвучно бормотала заклинание, как бурлила кровь в посудине, как все двигалось в темно-алом ритуале.
Кэйли видела и то, как испугалась женщина, разглядев что-то там, в Астрале. Сама кихирет замерла, затаила дыхание, смотря широко распахнутыми глазами. А потом из чаши полилась кровь, а сама Джалиндри отошла, не отпуская рук, смотря куда-то далеко, вглубь. Девушка же продолжала и сама находиться в подобие транса, видя, как алая жидкость заполняет комнату, почти так же, как и тогда, только ощущение нереальности все же было настоящим, в отличие от прошлого раза. Пожалуй, если бы она не застала ту ужасающую картину, испугалась бы. А сейчас… все-таки не реально - не было того запаха железа и разорванного мяса. Но вот осознание, что  в Астрале происходит, выбивали воздух из легких, ударяли сильно, шокировали. Уорд лишь крепче сжала мужскую ладонь, рана на которой уже затянулась, не прекращая смотреть за эльфийкой.
Вскоре все прекратилось, исчезло после того как женщина оборвала ритуал одним только словом. Чаша упала со стуком на пол, а иллюзия развеялась. Кэйли вздрогнула, с беспокойством смотря на жрицу, готовая броситься ей на помощь. Та оперлась о стену, выглядела напуганной, даже слабой что ли. Сама Уорд молчала, не зная, что говорить, ужасаясь тому, что могла увидеть по ту сторону Джалиндри. Время тянулось в молчании эльфийки, пока та приходила в себя, а беспокойство в глазах кихирет только росло. Она прекратила плакать еще во время ритуала, и сейчас жидкость застыла на щеках, испарялась, стягивая кожу.
Тяжелый вздох все-таки вырвался из уст Кэйли, когда женщина начала говорить. И Кэйли вспомнила. Вспомнила, сколько душ было у Смерти там, когда она видела его гигантской птицей, сколько светилось в его нутре, скольких он хранил. И если все это подвергается тому же...
- Ох, - она снова приложила одну ладонь ко рту, ощутив, что и ее рука успела стать прохладной. Последствия, вот что бывает, когда никто не думает о последствиях! Когда по прихоти, мимолетному желанию все катится в пропасть. Кэйли ошарашенно смотрела на эльфийку, перевела полный боли взгляд снова на юношу, чтобы потом опустить голову. А вот следующие слова о магическом вмешательстве заставили резко так вскинуть лицо – все подтверждалось, все то, о чем сказала Чарли подтверждалось.
- Чарли говорила, что подкрепив магией такое провернуть проще… тогда, - Кэйли закусила губу, говоря почти шепотом, - это не похоже на простую прихоть. Хотя не важно. Уже не важно.
Мотнула головой, переводя дух. Все подтверждалось. И ее мысли об Апокалипсисе, и о том, что запечатывать Всадника бесполезно. Вырвется – он сильный. Кихирет не поняла, кто такой Адам, но осознала, что это кто-то знакомый Сильвану и его возлюбленной. И он мертв, раз душа находится у Смерти.
- Кто может максимально разбираться в устройстве Астрала? – проговорила задумчиво Кэйли, прокручивая в голове все то, что она уже знала. Ох, какая же она дурочка! Воспоминания накрыли Уорд с головой.
Ее комната, она сидит как на иголках, сжимая мобильный в руке. Ждет…

Кэйли дернулась, услышав мелодию сотового. На часах было то самое время, о котором ее проинформировали. Девушка провела пальцем по экрану, принимая входящий вызов, да поднося телефон к уху:
- Здравствуйте, - голос чуть дрогнул. Почему-то говорить по телефону было странно. Такое обычно принято сообщать с глазу на глаз, но Кэйли была благодарна, что хотя бы так, - отец Солсберри?
- С утра точно был, - мужчина невесело хохотнул, было слышно, что он курит. - Простите, мисс Кэйли. Понимаю, насколько серьёзные разговор и дело в целом, но у меня есть обязательства и я сейчас очень далеко. Что вам удалось узнать и чем я могу помочь?
Девушка сглотнула, слегка расслабившись.
- Всадника сводили с ума на протяжении десяти лет в Астрале. Сейчас его физическое тело усыпили, но сам он во власти астральных сущностей. Его разум открыт. Мне удалось узнать, как исправить это – вычистить нутро, закрыть Астральную дверь, а затем и у самого Смерти. Пожалуй, я плохо понимаю, о чем именно речь. Но посчитала необходимым сказать вам. Меня предупредили, что  его безумие может только возрасти, если все не исправить, - девушка говорила быстро, но четко, понимала, что отнимает время.
Мужчина помолчал, затем тяжело вздохнул и грузно выдохнул.
- Я предполагал нечто подобное... Почему он не сказал, что кто-то ковырялся у него в мозгах? И откуда вы об этом узнали?
- Мне каким-то образом удалось попасть в Астрал, - ответила кихирет, - не так давно. Там встретилась с девушкой, называющей себя будущей Астральной королевой – Чарли. Так же говорила и с огромным скелетом, который и свел Всадника с ума. Сказал ему, что Творец никогда не говорил с ним, что тот не умеет хотеть. Чарли и выяснила у скелета информацию.
- Если бы он просто сказал, то вряд-ли был бы такой эффект. Скорее всего, всё гораздо сложнее... Про скелет я уже где-то точно слышал, а про неё - нет... Хорошо, ладно. Главное, что вы дали мне хоть что-то, с чем я могу прийти к своим друзьям, - последнее слово он особенно выделил, - где он сейчас?
- Я не знаю, - ответила девушка, - но предполагаю. Его защищают ото всех с помощью природной магии, - Кэйли колебалась. Она понимала, что Папа Римский – уникальный человек, который должен знать правду, - подозреваю, его скрывает от всего мира его друг. Сильван, - все-таки проговорила. Проклятый Чума, он действительно умел заразить мысли. Посеять то самое зернышко сомнения, которое точит изнутри, не позволяет мыслить рационально и хладнокровно. Это в конце-концов Папа Римский! Да, не существо, не божество, человек – но человек, по своему статусу находящийся действительно высоко. И он уже показал тогда Кэйли, что не собирался даже вредить. Ну не выгодно ему подобное! Не нужно! – я разыщу Сильвана, он все-таки божество. И возможно, сможет помочь. Но…  - Кэйли запнулась, - я пока действительно плохо представляю, что делать.
В конце она стушевалась, потому что, не смотря на свою природу, она не могла по своему опыту ведения переговоров, решения глобальных проблем, сравниться с тем, кто на это был направлен.
- Тогда давайте поступим так. Я пообщаюсь со знающими людьми, вы займётесь связью с богом. После - свяжетесь со мной. Лучше так же, через СМС. Этот номер не отслеживается и не прослушивается. Я свяжусь с вами, и мы договоримся о встрече и обо всём остальном, - он говорил с девушкой ласково, по-доброму, будто успокаивая и давая понять, что она может не переживать за то, что и как говорит, - главное не затягивайте, мисс Кэйли, и веруйте, что всё будет хорошо, не плачьте понапрасну и не расстраивайтесь. Он бы почувствовал себя очень виновато, увидев вас такой, правда же? Вместе мы всё сделаем. Обещаю.
Кэйли почувствовала, как внутри все теплеет, как на глазах проступают капельки влаги – вот он, тот вектор, который ей нужен. И вот она прямая, не дающая свернуть и заблудиться на тропинках жизни.
- Спасибо, - ответила девушка, и в голосе ее была искренняя благодарность, - спасибо вам. Я свяжусь с вами. Просто спасибо.
Кажется, она готова была повторять это снова и снова – ей давали надежду и опору, показывали, что она не одна. Вот такими простыми словами. Но пора было заканчивать – отнимать время у самого Папы Римского очень нехороший поступок.
- До свидания, - Кэйли, пожалуй, впервые улыбалась искренне, без натяжки, - я вам напишу, как встречусь с Сильваном, и станет все более-менее понятно.
После этого их разговор завершился.

Кэйли стукнула себя по лбу, приходя в себя снова в комнате, а не том самом дне. Вот так, совершенно ошарашенно и никак не подходяще атмосфере в которой была на данный момент. Все так просто!
- Кажется, - начала она с легким придыханием, - у отца Солсберри есть связи по Астралу… как он сказал, знающие люди. Я обещала написать ему, как найду вас. Вы же понимаете, что это необходимо, да?
Она посмотрела сначала на Сильвана, потом на Джалиндри ожидая их реакции, посмотрела вопросительно и немного неуверенно, словно боялась, что те не захотят афишировать. Ну не умела Кэйли быть посредником между высшими, не умела. При этом она прекрасно понимала, что ну вот уже все - уже скоро будет всем ой как плохо. И времени на сомнения нет. Поэтому она, чуть отстранившись, достала телефон, готовая писать.
Тем не менее слова об остальных Всадниках заставили девушку обернуться к самому Смерти, изучая ту самую руку, на которой он носил кольца. Их не было. Но  что произошло? Пожалуй, кихирет надеялась, что юноша либо спрятал их, либо передал тому же Сильвану. Остальное было бы катастрофой.
- Кольца… - прошептала Кэйли, снова обращая свой взор на бога, - у него были кольца…
[icon]https://i.postimg.cc/MG6Kk6Xz/37522987008-o.jpg[/icon][nick]Кэйли Уорд[/nick] [status]Вплети меня в свое кружево незаметно и легко, может, только это нужно мне, да и больше ничего[/status]

+1


Вы здесь » Special Forces » 2000-2020... » Я не умею рядом быть (с)