Special Forces

Объявление

.


{УНИВЕРСАЛЬНЫЙ ГАЙДБУК ПО ФОРУМУ}



Добро пожаловать на Special Forces!
Городское фэнтези, 18+, эпизоды.



ПАРТНЁРЫ И ТОПЫ


Рейтинг форумов Forum-top.ru Волшебный рейтинг игровых сайтов Black Pegasus Здесь живёт вдохновение...


О ПРОЕКТЕ | НОВОСТИ ПРОЕКТА | ЗАНЯТЫЕ ВНЕШНОСТИ И СПИСОК ПЕРСОНАЖЕЙ | КВЕСТЫ | ЗАДАНИЯ СФ | ШАБЛОНЫ ЭПИЗОДОВ | ПОИСК СОИГРОКА | ИГРОВЫЕ НОВОСТИ |


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Special Forces » 2000-2020... » Feels like the first day of my life


Feels like the first day of my life

Сообщений 1 страница 20 из 20

1

Feels like the first day of my life

They say
That I must learn to kill before I can feel safe

1. Место действия
Англия, Лондон, особняк династии Лайтвуд и окрестности.
2. Время
30 декабря, 2017 г. и далее
21:00
+5, пасмурно, ветрено
3. Действующие лица
Кевин Лайтвуд, Александр Лайтвуд

После выполнения заказа и возвращения из Леса с девушкой, Алека будто подменили. И без того замкнутый, он стал молчаливым и задумчивым, мог часами наблюдать за волчонком, не замечая никого вокруг. Тревога поселилась в его сердце, а воспоминания не давали покоя даже во сне. Несмотря на удачный исход выполнения задания, который был с блеском отыгран перед родителями, все шло по наклонной, теперь с удвоенной скоростью. Дома его ждал Кевин, а волчонок, названный Форестом, понятия не имел, куда вез его двуногий и с кем предстоит ночевать в одной комнате.

0

2

Небо было грязно серым этим вечером. Собирался то ли снег, то ли дождь, деревья за окном шумели и качались от пронизывающих порывов ветра. Все окна светились тусклым желтым светом, где-то прикрытым шторами, а где-то мерцающим от маячащих теней людей.
В их комнате тоже горел свет, но не из-за своей жизненной необходимости, а потому что Кевину было лень встать и выключить его. Поэтому он смотрел на сияющую лампу в плафоне до черных точек перед глазами, заложив руки под голову и лежа на кровати. В комнате было тепло и уютно, думать о промозглой улице не хотелось. Но кого-то в их обители не хватало.
Брат ушел не так давно, да и задание могло затянуться на сутки, но ложиться спать одному было тревожно. Поэтому Кевин четко поставил для себя установку - "еще пять минут и он ляжет спать". В восемнадцатый раз это точно должно было сработать.
Часы тихо тикали, лежа на тумбочке и отсчитывая секунды. Лампа иногда помаргивала, а может это просто глюки уставшего от скуки сознания. Никаких заданий не было, а все сегодняшние дела были сделаны. Уборка комнаты, ленивая и больше напоминающая каторгу. Передвигание шкафа в одиночку, прервавшееся на час разбором вещей брата. Хождение по комнате туда-сюда, телефон в руке, чтобы позвонить брату, отложенный потом на кровать. Без Алека вечер стал на удивление скучным. Обычно они смотрели фильмы, читали.. Просто говорили о чем-нибудь. Конечно, всем этим можно было заняться и в одиночестве, но так становилось намного скучнее. Фильмы - клишированы, книги усыпляли, а говорить с пустотой издревле считалось плохим тоном.
Часы тикнули в трехсотый раз. Пять минут снова прошли, а ничего не изменилось. Кевин вздохнул, повернувшись и бросив взгляд на часы. Почти девять. Время текло так медленно, как это было возможным.
- "Еще пять минуть и я лягу" - в девятнадцатый раз подумал Розери, перевернувшись со спины на бок.
И тут в коридоре раздались шаги. Не то чтобы это было неожиданностью - в доме достаточно людей, которые могут бродить туда-сюда, но в этот раз шаги чем-то отличались.
Они дублировались.
Не только подошвы обуви стучали по полу, но и звук бряцающих коготков. Будто от животного. Но откуда здесь взяться зверю? У них даже кошки не жили.
- "Может опять глюки?.."- резонно задумался над этим Кевин, ибо такое не то чтобы было редкостью, а по ночам ему много что чудилось, но шаги вдруг прекратились. Ручка двери дернулась раз, а потом два. Хорошая попытка, но сама дверь была заперта. По привычке - вечером они всегда запирались, чтобы никто не мешал.
Настойчивые пару ударов.
Оклик по имени.
- "Алек!"- радостно и с узнаванием вспыхнуло в голове, а сам Розери торопливо вставал, запутавшись в одеяле и чуть не упав на пол. Но все обошлось без травм и он подошел к двери, проворачивая торчащий в скважине ключ и открывая дверь.

[NIC]Kevin Lightwood[/NIC][AVA]http://s8.uploads.ru/Uu2vL.jpg[/AVA][STA]Are you sure?..[/STA]

0

3

Александр до сих пор не знал, как себя вести после Прогулки. Пока он находился в чужом доме, рядом хохотала Шервуд, идеально играя роль спасенной девушки с горящими глазами, волчонок скакал в комнате для гостей, Лайтвуд держался. Но стоило хранительнице их маленькой, но значимой тайны посадить его на самолет, как уверенность в завтрашнем дне, как и в себе самом, улетучилась. Маленький пушистый комок шерсти оставался в отделе для животных на протяжении всего полета. Ложь слишком легко вошла в его жизнь, и начинала приобретать ощутимые размеры. Если раньше Алек держал свои мысли при себе и возможности ослушаться приказа не представлялось, то теперь рубеж нарушения инструкций был преодолен. Радоваться этому или нет? Что он скажет Кевину? Что ответит Изабель? Следовать версии Шервуд означало врать всю жизнь, и судя по словам Хозяина Леса, это только начало. Страх перед будущим креп не по дням, а по часам. Лайтвуд все чаще стал задаваться вопросом смысла всех их заданий, ведь многие из них могли быть жестоким истреблением, кровавой бойней. Бессмысленно пролитая кровь и отнятые жизни. Те, кто заслуживал жить, теперь гнили или превратились в пепел. Сколько же ненависти было направлено на дом Лайтвудов? Существа, даже бессмертные, помнили многое, копили силы, ненавидели, презирали. Иногда ему казалось, что он чувствует кожей чей-то взгляд, прожигающий и отдающий легким покалыванием в затылок. Но вокруг лишь стены или салон самолета. Аэропорт. Обычные люди. Он не запоминал их лиц, выхватывая только родных. Его встречала мать. Гордая, счастливая за сына. От нее пахло…не домом. А кровью. Впервые Лайтвуд почувствовал это настолько отчетливо. Может быть, это лишь игра воображения и самовнушение?
Мариз не удивилась подскуливающему щенку в переноске — ей уже обо всем доложили. Наверняка, и сумму уже кинули на счет. Всю дорогу до дома Александр либо молчал, либо коротко отвечал на вопросы с отсутствующим выражением лица. Пришлось все списать на усталость, несмотря на пару дней отдыха в особняке их заказчика, которые пошли ему в какой-то мере на пользу. Там не выясняли и не уточняли подробности. Отец так быстро не отделается.
Алек смотрел на свой дом и не узнавал его. Все изменилось. Будто кто-то сдернул занавес, обнажая правду. Сможет ли привыкнуть к самому себе? Молчать и делать все по-своему? Форест, как ни в чем не бывало, радовался теплу, завозившись в переноске и намереваясь вылезти наружу. Он не знал, куда его привезли, но готов уже обследовать каждую щель и угол. Охотник приветственно кивал всем, кто попадался на пути к их с Кевином комнате. Свет местами уже погас, скоро отбой. Прислушавшись к звукам и не услышав ничего, Лайтвуд взялся за ручку и потянул на себя. Дверь не поддалась. Легкая улыбка — Розери не нарушал их соглашение никого не впускать во избежание пакостей и недоразумений. Тихий стук. Тишина показала ему кукиш, намереваясь отправить ночевать в другое место.
— Кевин? — позвал негромко, услышав стук, будто что-то или кто-то упал, в замочной скважине повернулся ключ, и дверь распахнулась, встречая темнотой их взъерошенным братом, — Привет, — Алек улыбнулся, делая шаг во мрак и приобнимая его порывисто, хлопнул по плечу, — Как дела? Не скуч… — договорить он не успел, потому что увидел, что скудная мебель та же, но не на тех местах, — К нам заходила Изи или она просто тебя заразила делать перестановку? — Форест тявкнул из переноски, и Алек открыл металлическую решетчатую дверцу, выпуская их нового соседа обследовать территорию. Алек растерянно посмотрел сначала на волчонка, потом на Кевина, не зная, что сказать.
— Это…Форест. В лесу нашел. Потерялся, наверное, голодный был и дрожал. Думаю, если бы мать его там крутилась, то вряд ли бы я доехал целый и невредимый, — четвероногий деть скрылся под кроватью Кевину, нашаривавший там что-то и зашуршавший полиэтиленом, — Кажется, твои запасы мармелада были обнаружены, — констатировал Лайтвуд, подходя к своей кровати и скидывая сумку с плеча, полез в кармашек и достал оттуда пакетик, — Но я привез тебе новый, — Алек подкинул его в воздухе и направил в руки Кевина, — Придется прятать его повыше, но если тебе нравится есть… — из-под кровати показалась мордашка любопытного Фора, который с деловитым видом тащил разорванный пакетик с выпадающими мармеладками. Потому что расследование нового места прерывать нельзя, даже на несъедобных человеческих сладостях, которые подлежали немедленному уничтожению, потому что не девались как следует!
Алек тихо засмеялся при виде виляющего хвостика, скрывшегося теперь уже под его кроватью. Послышалось фырчание и металлический звон — кто-то полез в колчан наводить свой волчий порядок. Он перевел взгляд на Розери.
— Он тебе понравится. Если приучим его ходить на улицу, — поджал губы и округлил глаза, вскинув брови. Никогда Алек еще не возился с собаками, а с волками тем более. Картинка бегущего Кевина с привязанным куском мяса к ноге не выходила у него из головы, на что только не пойдешь, хоть к себе привязывай.
— А если не приучим, буду жить на улице, — Алек рассмеялся, но как-то невесело. Гнетущее чувство возвращалось, давя своим весом, — Все прошло хорошо, — на всякий случай сказал, смотря куда-то в пол, под ноги Розери.
[NIC]Alec Lightwood[/NIC]
[AVA]http://s2.uploads.ru/QMhv9.png[/AVA]

0

4

Алек зашел, принеся с собой запах улицы: снега, деревьев, чего-то чужого. Так всегда пахнет от тех, кто приезжает из другой страны или города. Непонятно, что это за запах. Просто так пахнет чужая земля.
Короткие объятия, западающие в душу словно забитые в сердце раскаленный гвоздь, привычный бравурный тон, за которым может таиться что угодно, и... Переноска для животных. Тявкающая переноска для животных.
Брат откинул металлическую дверку и на пол активно плюхнулось... Нечто серое. Благо, он быстро трансформировалось в пушистого, но худого щенка странного для собаки вида. Вопросов в воздухе стало очень много.
Пояснил Алек немного. Разве что только то, что это не собака. А, скорее всего, волк. И что-то Кевин не был уверен в безопасности содержания дома волков. Как и в их нужности, но это потом.
- Эй!- щенок ловко залез под кровать, благо что размера он маленького. Под кроватью были две дорогие вещи - чехол с винтовкой, которую упаси бога сломать, и запасы еды на случай крайней депрессии. наполовину опустошенные в связи с отсутствием брата.
- Собакам такое нельзя,- пробурчал Розери, поймав подаренный пакетик и отнимая у внезапного питомца свои разорванные хранилища вкусных сладостей. Еда была не повреждена, поэтому можно было реанимировать все. К тому же, Алек привез целый пакетик. Настало время объединить еду.
Кевин сел на собственную кровать, вздыхая и слушая звон стрел, которые обнюхивало это пушистое недоразумение из леса. Животные ему нравились, но он как-то не думал о том, чтобы завести свое. То времени нет, то желания, то лень одолевает. И ведь это ответственность. А если такое запрыгнет на грудь посреди сна? Больших моральных сил будет стоить не всадить ему нож в бок, повинуясь рефлексам Охотника.
А он еще и не дрессированный. Просто прекрасно.
- Тебя не было долго... Ты привез с собой волка. Все точно прошло хорошо?- Кевин достал из пакета мармеладку, отправляя в рот нечто розово-желтое, похожее на зайца. - Ты выглядишь грустным, братик...
Он помнил такую грусть у брата только в двух случаях - когда на заданиях умирали те, кто не должен был, и Алек пускался в прострации на тему, какие они плохие, и когда они убивали тех, кто выглядел слишком... Невинно в понятии традиционных ценностей человека. И тогда тоже была укоризна насчет того, что, наверное, это было плохо. Кевин обычно не вмешивался, потому что получал тумаков за разговоры вроде "а что такого в том, чтобы попарно расчленять семью ведьмы, пока она не сознается, где ее сестры?". Но сейчас очевидных причин он не знал, а поэтому беспокоился.
- Все прошло хорошо, но кто-то умер?- попробовал он угадать, понимая, что если Алек не скажет сам, то гадания могут затянутся на долго.
Форест, похозяйничав со стрелами и, видимо, причислив их к игрушками, с которыми можно поиграть потом, снова выбрался на белый свет. И, покрутив задом, запрыгнул на кровать к Алеку, тычась носом в ногу хозяина.

[NIC]Kevin Lightwood[/NIC][AVA]http://s8.uploads.ru/Uu2vL.jpg[/AVA][STA]Are you sure?..[/STA]

0

5

Алек пытался уловить настроение брата после появления пушистого в их комнате. Никакой неприязни или раздражения замечено не было. Либо Кевин еще не знал, как относиться к новому соседу, либо уже выращивали план, как от него избавиться, или же Фор не являлся безрассудством. Хотя, привести домой волка уже смахивает на отклонения. Это же не пушистый пекинес, пусть он сейчас и размером с него.
Розери, надо отдать ему должное, внешне и ухом не повел. Не вервольфа же Алек припер. А было бы весело, живая мишень, да еще с быстрой регенерацией. Мечта, а не тренировки! Лайтвуд запихнул сарказм подальше и пожал плечами слишком вяло. Кевин никогда не разделял его взглядов, слишком прагматичен и убийственно логичен. Алек же больше доверял интуиции и поддавался эмоциям. В какой-то мере, они друг друга уравновешивали.
- Слишком многие умерли, Кевин, но им уже не помочь, как и нельзя было спасти, - двусмысленно, но если кто и спросит, то можно списать на существ. Из-под кровати показался волчонок, резво запрыгнув на кровать, поближе к человеку, потому что тот, другой, забрал у него смешную шуршащую штуку, пахнувшую несъедобно, но по-новому. Алек посмотрел на щенка и погладил. Форест знал правду со своей, четвероногой детской стороны.
- Всех его братьев и сестер убили. У него никого не осталось, - он помолчал, подумав, что они похожи с Кевином. Но второй приобрел новую семью, а первый только входил в неё, вынюхивая и обследуя. Они похожи больше, чем могло показаться со стороны, только у Фореста семью растерзади на его глазах.
- А теперь у него целый ты и целый я, - Алек потрепал его за холку и принялся чесать за ухом, пока малыш пытался дотянуться до него и кусануть за проявленную дерзость, - Завтра поедем и купим ему ошейник, чтобы сразу привыкал, - волчонок никак не мог ухватиться за пальцы Лайтвуда, зарычав смешно и фыркнув, звонко тявкнул и спрыгнул с кровати искать справедливости у Кевина. Сначала он обнюхал человека, просматривая на реакцию. Алек тихо наблюдал за знакомством. Форест смотрел с любопытством на брата, будто мог увидеть там что-то вроде негласного соглашения. Не почувствовав угрозы, щенок запрыгнул на его кровать и сунул нос под подушку. Показалась черная кожа. Волчонок увлеченно тащил кобуру с пистолетом, намереваясь стыбрить второй трофей, раз уж первый пожевать не дали.
- А ты как здесь? Что нового? Всего четыре дня прошло, а будто меня тут месяц не было, все смотрят, словно я с курорта приехал. А все из-за чего? Из-за того, что Шервуд – девчонка. У них весна и март круглый год, что ли? – и так всегда. Слухи и перешептывания за спиной. Завтра наследника женят на ней, послезавтра напророчат десять детей, недолгую и несчастливую жизнь, и все пока Алек будет спать или бегать по дому за волком на пару с Кевином.
Лайтвуд принялся разбирать сумку с вещами. Стоило отвернуться, как пара носков ускакала под тумбочку. Нож Кевина валялся на полу рядом с кроватью. В общем, пушистый вор наводил свои порядки в интерьере. До тапочек пока не добрался, но что-то подсказывало, что за ними дело не станет. Алек вытащил коробочку внушительных размеров и тихо свистнул Фору, который стал отзываться на этот звук. В зубы волчонка попал подарок Кевину, слишком тяжелый для малыша, но тот упорно тащил по полу коробок, только в другую сторону.
- Эй! Мы так не договаривались! Кевину неси. Кевину, я сказал, - для убедительности Алек показал пальцем на брата, но его успешно проигнорировали. Вот как к такому чуду относиться серьёзно? Пришлось потянуть за другой конец короба и привести Фореста к кровати Розери.
- Открой, - внутри лежал охотничий нож с прорезным рисунком оленя  из серебра и рукоятью из дерева*, - Это тебе. Кобуру сам купишь. Или сделаешь.

*

Нож Вапити, с внесенными изменениями в использованные для изготовления материалы. Рисунок и гарда выполнены из освященного серебра. Рукоять из ореха и рябины со вставками из серебра. http://s9.uploads.ru/t3nFD.jpg

[NIC]Alec Lightwood[/NIC]
[AVA]http://s2.uploads.ru/QMhv9.png[/AVA]

0

6

Узнавая Алека все больше и становясь ближе, Кевин часто не понимал его. Эмоции, желания, жалость, сострадание, какие-то внутренние переживания и выводы брата часто возводились против идеологии Охотников и семьи Лайтвудов в частности. Он видел, как брат иногда плакал над убитыми существами, как плакала сестра, видел протест в глазах Алека, когда речь шла о пытках и допросах. И это было странно.
В детстве Алек казался ему чем-то вроде идеала, чуть хуже, чем приемный отец, но все же идеалом. Он выглядел таким со стороны - сильный, могучий, высокий, знающий многое из книг и умеющий приложить это на практике. Но в жизни все оказалось немного иначе. Иногда это сбивало с толку - Кевин так и не смог выработать то же сострадание, какое было у него. на смотрел на горящие, расстрелянные, искромсанные трупы детей, женщин и мужчин, часть из которых были убиты им же, и... Ничего не чувствовал. Глухая пустота в душе, просто трупы, просто мясо, кишки, кровь. Бутафория.
Даже убитые волки трогали его немного больше. Волков не убивают ради еды - никому не нужна волчатина, тем более таких щенков - а значит это было либо убийство ради веселья и показания удали, либо просто какое-то нападение более крупного хищника. И единственного выжившего волчонка было капельку жаль. Он бы умер, замерзнув и сожрав трупы своей семьи от дичайшего голода. Поэтому он не осуждал брата за такой поступок.
- А почему ты назвал его Форест? Потому что нашел в лесу?- кличка была немного странная, обычно собак называли какими-нибудь Джонами, Стафами или прочими человеческими именами.
Забавный зверек прыгнул на пол, а затем подошел. Черный нос жадно стал принюхиваться, карие глазки, скрывающие белок своей чернотой, уставились на Кевина. Парень тоже уставился на зверя. Он выглядел как обычный щенок, но было в нем что-то... Не такое.
- Какие-то собаки могут видеть духов. Интересно, он может?- вслух подумал Розери, глядя на то, как забавный зверек запрыгнул на кровать рядом, подгребая лапками, чтобы не соскользнуть вниз. Кровать чуть продавилась от дополнительного веса, а Форест пошел исследовать подушку. Естественно, от него не скрылось то, что там хранилось и не предназначалось для общего пользования. Тем более пользования волками.
- Нельзя!- он тихо приказал, хлопнув нового жителя подушечкой пальца по носу. Воспользовавшись офигеванием волка, он переложил кобуру с пистолетом на другую сторону кровати, для общего спокойствия накрыв одеялом. Не хватало ему еще погрызанных кожаных вещей. А ведь у волков режутся зубы, как и у собак.
- Ну... Скучно,- Кевин пожал плечами. - Поймали ведьму... Два дня назад. Пытали, было неплохо, потом поймали у нее дочь. Они вчера умерли. Ходили на Охоту за остальными, но меня не взяли,- он немного обиженно поджал губы, глядя на то, как брат разбирает сумку и выпуская из поля зрения Фореста. Сидеть дома, когда кто-то не Охоте, особенно скучно. И если обычно был Алек, который тащил в библиотеку и заставляя учить что-то про тех, на кого ушли охотиться, то без него посиделки в царстве книг и знаний кончились тем, что половину дня Кевин там проспал. Но был в этом плюс - полдня скуки исчезли.
Раздался звук падения. Нож, тоже хранившийся под подушкой, упал на пол из-за вертевшегося Фореста, который убежал инспектировать чужие носки. Цапнув свою собственность, Розери засунул ее обратно на полагающееся место. Волка надо было скорее воспитывать.
Коробка заинтересовала. И не только Кевина. Форесту она понравилась и он, видимо, захотел утащить ее к себе в схрон где-то под кроватью Алека. А может руководствовался тем, что пахнущая хозяином вещь должна быть у хозяина. И команду он проигнорировал. Розери тоже не стал бы отдавать интересную штуку какому-то там неизвестному кому-то.
Но все же коробку с буксиром из щенка притащили по месту требования. Снова стукнув волчонка по носику, чтобы он выпустил край коробки, стрелок поднял ее к себе на колени. На вес она казалась солидной.
Нож внутри казался как минимум произведением искусства. С глазами, выражавшими все эмоции, начиная от недоверия и кончая абсолютно детской радостью от приобретения новой игрушки, он достал оружие из короба, держа за рукоятку.
- Вау...- вырвалось из груди. Нож был тяжелым, свет лампы переливался в лезвии, рукоятка была приятно прохладной. Он приложил лезвие к коже на тыльной стороне ладони и нажал, чуть поворачивая лезвие. Кожа рассеклась, являя красное нутро, выступили крошечные капельки. Кевин слизал кровь с кожи, вытирая нож о ткань футболки. Железо отдавало серебром.
- Спасибо,- скованно пробормотал он, складывая подарок обратно в коробку. Пока нет ножен, пусть лежит там.- Куда бы спрятать, чтобы не украли...
В итоге, пришлось встать с кровати, чтобы поставить коробку на верх шкафа. Туда и волк не допрыгнет, и люди не полезут.
- Я скучал по тебе, братик,- как бы между делом, вставая на цыпочки и заталкивая коробку дальше, сказал Розери.- Одному спать было страшновато. Но ты же будешь предупреждать, если уедешь так надолго?

[NIC]Kevin Lightwood[/NIC][AVA]http://s8.uploads.ru/Uu2vL.jpg[/AVA][STA]Are you sure?..[/STA]

0

7

— Ни хрена не оригинально, но нашел ведь в лесу, так справедливо. Вряд ли он видит что-то такое…но животные чувствуют присутствие существ, а он еще и поднатаскается со временем, — Алек заметно напрягся, услышав про ведьму. Без него жизнь в доме не останавливалась. Кевин говорил об этом обыденно и со скучающим видом. Для него это в порядке вещей, как и для остальных здесь. Изабель, наверняка, не присутствовала. Сестра не посещала пытки, как бы Роберт ни хотел. Задавать вопрос «а причем тут дочь?» поздно и глупо, да и что он мог сделать? Розери явно был расстроен, что не увидел продолжение охоты. А ведь мог бы и перещеголять некоторых увальней в меткости и скорости.
Алек, ковырявшийся до этого в вещах, отложил в сторону свитер и уселся на кровати. Он видел в обычно в отсутствующем взгляде Кевина радость. Она сверкала и выдавала себя особенно ярко, потому что брат редко когда проявлял эмоции. Вряд ли он их подавлял, просто был таким с детства, а Лайтвуд никак не мог привыкнуть. Мало, что могло привлечь внимание Кевина, помимо движущейся потенциальной мишени, а тут вещь. Точнее, оружие. Идеально сбалансированный.
— Ну зачем на себе-то? — он досадно цокнул языком, — Это не призыв пробовать на Форе! А вдруг завтра на охоту, а ты винтовку еле держишь? Тебя ж любой кровосос почует за километр, что за беспечность? — но пришлось посторониться от шкафа, чтобы Розери смог спрятать на время нож. Воровать у них никто не воровал, а вот подшутить могли запросто и не очень к месту. Но стоило услышать про скучал, как Алек смягчил тон, помня, как брат не любит оставаться один, особенно, когда делать нечего.
— Я тоже скучал, — скорее, тосковал и изводил себя сам, пока никто не видел или не мог понять, что происходит с юным охотником, — Конечно, Кевин, если буду знать, что рейс задержат. В Финляндии снега по колено, там отличное Рождество, — Рождество, которое они никогда не отмечали. Только Изабель, вопреки запретам, украшала и носилась по дому. Скудные фонарики выглядели жалкими островками радуги, но настроение все равно поднимали. А еще в воздухе появлялось что-то неуловимо волшебное и совсем не враждебное. Магия ожидания чуда и перемен, в которые очень хотелось верить, несмотря на хмурые и мрачные лица.
— Кевин, если бы ты знал, что ведьма никому не причинила вреда, ты бы убил ее? – насколько часто он задумывался об этом раньше, и насколько будет теперь? Алек закрыл шкаф и посмотрел на брата. Ждал чего-то. Его ответа. Хоть понимал, что Кевин никогда не разделял его взглядов, но и не трепался на каждом углу. Между ними давно установились дружеские отношения, близкие, но Лайтвуд опасался пока рассказывать ему некоторые моменты. Потому что боялся увидеть непонимание и разочарование. После Прогулки чувство вины и несправедливости давило на него сильнее. Неподъемный груз ответственности за отнятые жизни, прерванные и вырванные с корнем из общества, как вредоносный сорняк, конкретно так пошатнул уверенность в завтрашнем дне и собственной семье. Авторитет отца и матери рушился, каждым осколком причины практически физическую боль. Александру казалось, что вся жизнь была обманом, но хуже всего, что теперь она превратилась в клетку.
Форест ворчал где-то под тумбочкой. Он, конечно, не вспомнит, что это его отец убил всю его семью. А Алек убил его.
- Фор, - малыш еще не отзывался на имя, торчат только хвостик бубликом, то и дело вилявшего из стороны в сторону на звук их голосов. Пришлось доставать этого пушистого хищника самому. Волчонок так и норовил дотянуться до лица и лизнуть то ли в нос, то ли в щеку, - Тебя надо покормить перед сном, да? Чтобы ты не кусал Кевина за пятки.
*  *  *
Поспать им все равно не дали. Наеденный, неугомонный щенок отрубился только на пару часов. Алек подскочил посреди ночи от звука рычания. Виновник торжества висел, вцепившись в подушку Кевина зубами, и намеревался ее отобрать. То ли спать спать ему твердо, то ли приглянулась.
- Форест, фу! – ноль реакции, Розери заворочался, вес переместился на другую сторону, и волчонок с победным тихим рыком потащил трофей к тумбочке, род которую она пролезть не смогла. Алек наблюдал в темноте за этим действом с интересом, когда встретился с сонным Кевином глазами.
- Это не я, - заявил лучник и спрятался под одеяло, не желая вылезать в холод и тихо смеясь.
[NIC]Alec Lightwood[/NIC]
[AVA]http://s2.uploads.ru/QMhv9.png[/AVA]

0

8

Брат все еще казался отстраненным, он стал чуть более живым. Или стал получше притворятся, но Кевину хотелось верить, что в кругу семьи Алеку станет лучше. Там ведь он был один, где-то в лесах и снегах. А здесь свои, здесь тепло. Впрочем, может для кого-то семья не является панацее от всего? Тем более для брата, который все принимал близко к своему сердцу. Даже простую царапину.
- Заживет,- отмахнулся Розери, который привык к пустяковым ранениям. Да и не пустяковым тоже. В конце концов, всем же умирать, разве нет? Ничего страшного, если немного поболит.
Вопрос о ведьме заставил задуматься, но все же не надолго. Кевин умудрялся как-то балансировать на той тонкой грани, когда убийства заставляют повеселиться, но специально убивать ради этого всех подряд не хочется. Он спускал курок, когда прикажут, и не спрашивал, кто его жертва и в чем на провинилась. Не считая личной самообороны, конечно.
- Нет,- пожал плечами парень, глядя на брата, абсолютно непохожего, полярно другого, но все равно родного. Мировоззрение их разделялось так, будто они жили в разных мирах, но это не значило, что они не могли быть вместе.
Под кроватью у тумбочки завозился волчонок, заставив вздрогнуть. Придется привыкать к тому же, что в комнате стало на один источник звука больше, чтобы как-нибудь не испугаться и не кинуть что-то в малыша.
- Он милый,- хмыкнул Розери. Да уж, вот только укусов за пятки не хватало. Ибо такая радикальная щекотка понравится только мазохисту.
После еды инстинкт с темнотой ложится спать, наконец-то, проснулся. Форест свил себе гнездо где-то под кроватями, найдя для этого самые мягкие тапочки и пару носков, а также потерянные навсегда в подкроватье футболки. Свет погас и комната погрузилась в зимнюю темноту, чуть разрушаемую с улицы светом фонарей. Тихо пожелав брату спокойной ночи, Кевин закутался в одеяло, глядя на валообразную темноту на соседней кровати. На душе было уютно и тепло, поэтому не мудрено, что он быстро заснул.
Проснулся он от удара головой об кобуру пистолета. В планы это не входило, поэтому парень проснулся. И понял, что голова находится намного ниже, чем ей полагалось, да и к тому же на жестком. Победное рычание добавило в картину ясности.
Повернувшись лицом к темной комнате и щурясь спросонья, Кевин зевнул. Неужели животное не хочет спать? Впрочем... Волк ведь бегают по ночам. Этот, видимо, тоже хочет.
Откинув тепленькое одеяло и найдя в себе титанические силы, чтобы встать босиком на холодный пол, Розери подошел к вору подушек. Подцепить Фора за шкирку и отобрать у него подушку оказалось легче легкого. Последняя полетела обратно на кровать, а вот с первым надо было что-то делать.
Карие невинные глаза смотрели, будто он - ангел, а язык, очутившись достаточно близко, попытался лизнуть в нос. Хвостик вилял из стороны в сторону, видимо, ожидая игры.
- Ночью надо спать,- строго наказал Кевин волку, осторожно ударяя пальцем по носу.- Это твоя первая ночь в доме. И ты можешь провести ее в постели братика Алека, как я когда-то. Но потом мы будем тебя воспитывать.
Откинув одеяло брата и вручив ему теплый комок шерсти, дабы тот сам нашел, чем с ним заняться, Кевин ушел обратно к себе на кровать, ныряя обратно в тепло и укладывая голову на подушку, для большей верности обнимая ее. Видимо, им правда предстоит завтра тяжелая работа.

[NIC]Kevin Lightwood[/NIC][AVA]http://s8.uploads.ru/Uu2vL.jpg[/AVA][STA]Are you sure?..[/STA]

0

9

— Почему ты учишь Фора плохому? — заворчал под одеялом лучник, сгребая в охапку щенка и укладывая рядом с собой. Волчонок все воспринимал, как игру, тут же тяпнув за палец и потянув куда-то вглубь одеяла. Пришлось взять его за холку и посадить ближе к подушке, смотря в поблескивающие в темноте глаза.
— Не слушай Розери, он слишком любит спать не один в кровати, так что у него появилась отличная альтернатива, вы будете счастливы вместе, — Форест, конечно же, ничего не понял и шутку не оценил, но смиренно свернулся клубком после того, как понял, что играть с ним сейчас не будут. И вообще, скучные какие-то люди.

*   *   *
Братская любовь кончается там, где начинается волчье воспитание…

Уже полчаса, как в комнате и коридоре царила полная тишина. Никто не сюсюкал по углам и не топал под трясущиеся стены табуном вслед за новым любимцем. Кевин не вопил «Отдай, это не игрушка!». Отсутствие катаклизмов наводило на некоторые подозрения. После того, как удалось отбить щенка от девчонок, намеревавшихся накормить сию пушистость до размеров шарика, Форест успел стащить у кого-то ножны, повалить горшок с цветами в погоне за ним же, подставить подножку одному из парней и выпросить кусок мяса в столовой. А теперь пропал. Лайтвуд направился в их комнату, в которой теперь лежал пушистый коврик, кажется, душевой, пожертвованный Изабель для мохнатой попки.
«Первой, появившейся в жизни моего любимого братца» За убийство родственников сильно срок накидывают?
Алек присел возле желтой лужи, растекающейся по паркету, как причина возникшего спокойствия, и поднял свой ботинок, тут же скривившись. Капли с подошвы падали на пол. Запах, еще не такой резкий, потому что это всего лишь малыш, чувствовался отчетливо. Охотник вздохнул, понимая, что веселая жизнь только начинается. Повернулся к проему, заметив напарника, и не смог промолчать:
— Кевин! Насколько сильно ты любишь своего брата?
То есть, меня.
Лужа от слов никуда уходить не собиралась. Девчонки волшебным образом испарились с горизонта, возложив уборку на мужественные плечи отпрыска Лайтвудов. Алек снова вздохнул, и во вздохе этом отражалась вселенская печаль с нерешаемыми проблемами мира. Кто-то ему говорил или он где-то видел, что пока щенков приучают к выгулу, то стелят пеленки. Только как уследить за этим исчадием ада на лапах?
— Ну хоть тряпку принеси, а…. — из-под кровати послышалось игривое рычание, — Ты! Пушистый террорист! — Форест усердно тащил за шнурок ботинок Кевина.
[NIC]Alec Lightwood[/NIC]
[AVA]http://s2.uploads.ru/QMhv9.png[/AVA]

0

10

Отныне и навсегда, тишина - плохой знак...

Волк в доме, конечно, символ радости и прочих хороших вещей, но угнетало то, что его нельзя было оставить одного. Он пробовал на зуб все, что видел или чуял, начиная от дверей и кончая людьми. И если последнее исправлялось толчком от живых Лайтвудов, то неодушевленные предметы так не могли.
А еще он был очень быстрым. Пока Кевин получал словесные угрозы, а иногда и тумаки от тех, в чьей комнате похозяйничал Фор, он успевал обследовать еще две. В итоге, ничего удивительного, что волчонок временно затерялся. И не то чтобы Розери, которому только что чуть не прилетело кулаком по лицу, в итоге только задев скулу, был слишком огорчен этим фактом. Но брат будет печалиться. Поэтому надо было найти пушистого засранца. И начинать, конечно, с комнаты.
Алек уже был там.
И Форест был. Оставив впечатляющий след, утопивших ботинок своего хозяина. Кажется, они как-то забыли о том, что животные тоже ходят в туалет.
Брат обернулся и их взгляды встретились. Глаза Кевина могли многое сообщить. Там была и укоризна, и что-то в стиле "сам виноват", и даже "я тебе говорил". И намеки на то, что убирает тот, чей любимец, и отрицание принадлежности к семье Лайтвудов на эти полчаса. В общем, много чего.
Но единственный вопрос заставил стрелка закатить глаза и вздохнул. Действительно. Разве не трудности закаляют любовь? Люди вон детей заводят и как-то живут с этим, неужели какой-то волк заставит их разрушить крепкую братскую любовь? Который, воспылав ненавистью к ботинкам, как раз вылез из-под кровати.
Перешагнув через лужу, Кевин поймал наглеца, держа того за холку и под лапы, чтобы он не вырвался. Надо было что-то делать.
- С ним надо будет гулять,- фраза предназначалась Алеку. Сам Кевин участвовать в этом не хотел. Будь его воля, он бы телепортом перемещался между домом и крышами.- Иначе папа нас выгонит... Или его.
Щенок щелкнул пастью и попытался укусить руку, мешающую его исследованиями, забавно загребая лапами в воздухе. На него было очень сложно злиться.
- У нас же есть ошейник и поводок...- они купили это в магазине, сказав, что у них немецкая овчарка.- Уберешь за ним, а я пока надену их?
Труд был разделен справедливо, ибо пушистик был против любых украшений, в том числе ошейника. Поймать его голову, потом заставить вытянуть шею, попутно надевая ошейник, смог бы только Шива. Или у кого из индийских богов куча рук?..

[NIC]Kevin Lightwood[/NIC][AVA]http://s8.uploads.ru/Uu2vL.jpg[/AVA][STA]Are you sure?..[/STA]

0

11

Алек ничего другого увидеть и не ожидал, но попытаться стоило! Кевин демонстративно перешагнул лужу перед самым носом брата с невозмутимым видом. Будто не ему тут спать ночью сегодня. Злостный нарушитель чистоты и порядка барахтался в руках пытающегося казаться строгим снайпера, во взгляде которого уже читалось прощение. Ну конеееечно, это ведь не ему убирать! Лайтвуд улыбнулся и помотал головой — ничего не меняется. Сколько бы раз Розери не говорил, что нужно было оставить волчонка в лесу, сам же лез его погладить. Да и Форест никогда не против цапнуть кого-нибудь лишний раз за палец, только вот от Кевина и Алека ему прилетало обратно по носу. И поделом.
— С ним надо гулять утром и вечером обязательно, — он поплелся за тряпкой с ведром, глянув на вырывающегося щенка, для которого все снова превращалось в игру. Она заключалась, чтобы цапнуть лишний раз Кевина, пока тот пытался натянуть за извивающегося ужом и убегающего волчонка. Так что Алек чуть не упал вместе с моющими принадлежностями, как только вернулся в комнату. Гонки не прекращались ни на мгновенье. Хорошо, что в комнате практически нечего валить. Кроме стула…. Кроме стоящих чехлов. Кроме подушек. Ноутбука, который Алек буквально поймал на лету, потому что Форест не мог довольствоваться только полом, он умудрялся запрыгивать и на кровать, и на стол, и даже попытался открыть шкаф, но он вовремя поймал мелкое недоразумение и отдал Розери, а сам пошел мыть пол и свои ботинки.
— Раз ты ему ошейник надел, то веди гулять, а я сейчас закончу и к вам присоединюсь. Не смотри так на меня, — Форест грыз неподдающийся поводок и пытался понять, что это такое у него на шее, и скреб лапами, вертясь туда-сюда с рычанием, — У нас пробежка, забыл? Давай-давай, надевай куртку, тренировки пропускать нельзя, — последнюю фразу он произнес аля-папочка, серьезно, хоть и хотелось рассмеяться в голос, — Я сейчас, быстро, по привычному маршруту, догоню вас, — Алек вернулся к своему не самому приятному занятию, — Но если хочешь, можем поменяться делами?! — спохватился уже поздновато, но вдруг….? Из коридора выглянули несколько любопытных лиц и тут же прыснули от смеха. Лайтвуд плюхнул тряпку от души в ведро и окатил себя по пояс брызгами воды.
— Просто блеск, — пробормотал раздосадовано и понес все обратно, мечтая побыстрее смыться на свежий воздух, пусть и под дождь. А еще Иззи подсказала приготовить для малыша полотенец, потому что лапы тоже мыть придется. Или же полы по всему дому после прогулки. Прекрасная ночь для романтичной уборки. Прямо Золушка в штанах с помощником волком вместо мышей.
Далеко этим двоим убежать не удалось. Хотя бы потому, что волчонок радовался, как никогда, особенно газону, по которому и скакал, загребая носом скопившуюся влагу от дождя, и ловя редкие снежинки. Погодка стояла та еще, но Форесту она казалось прекрасной. Он успел извозиться в грязи и точно не собирался на пробежку. Придется действовать уловками. Алек отбежал на несколько метров и присел на корточки, свистнув малышу и поманив к себе.
— Иди ко мне, Фор, давай! У нас пробежка, а не твои любимые игрушки, — Форест хватило только на пару таких зазываний…. Алек понял, что пробежки станут довольно проблематичны, пока волчонок будет учиться не только комнатам, а в принципе всему. Он понимал, что тянуть малыша за поводок это не выход из ситуации, зато положение мог спасти мячик, полюбившийся за эти несколько дней пребывания в доме. Охотник кинул его вперед, хапнув Кевина за рукав олимпийки и потянув за волчонком, бегом помчавшись за игрушкой.
[NIC]Alec Lightwood[/NIC]
[AVA]http://s2.uploads.ru/QMhv9.png[/AVA]

0

12

У щенка было игривое настроение. Поэтому Кевин поймал его один лишь раз и, когда зубы сомкнулись на большом пальце, естественно выпустил. Руки ему были дороги, да и мало приятно в чужой челюсти на пальцах. Кусал Форест игриво, но на грани с настоящей болью. Наверное, так кусают истинные провокаторы.
Они бегали по комнате минуту. Розери боялся сбить стоящие предметы, попутно опасаясь схватить волка слишком резко и чем-то навредить ему, а тот просто издевался над ним, бегая разве что только не по потолку. Поэтому ничего удивительного, что когда Алек пришел, их игра все еще продолжалась. Благо, строгий папочка все прервал.
Ошейник наконец-то очутился на пушистой шее, а карабин на нем воссоединился в крепкие объятия с карабином на поводке. Кевин удовлетворенно выдохнул, глядя на то, как зверь пытался содрать неудобную вещь. Благо, череп ему в этом мешал.
- Пробежка?- только и успел спросить Розери, как пушистый комок на привязи резко дернул его в сторону двери буквально с реактивной скоростью. Времени осталось только на то, чтобы прихватить легкую куртку. Благо, декабрь в Англии был скорее промозглым, нежели по-настоящему холодным. В этом году даже снег не то чтобы выпал. Скорее так, попадал с небес.
Волк закрутился возле двери, сразу рванув к кустам и газону. Стрелок еле успевал перебирать ногами, попутно пытаясь натянуть на себя куртку, ибо Англия Англией, а в одном свитере прохладно. Пушистый комочек зарывался в гнилые листья, цапал зубами мелкие палки, рыл лапами тонкую снежную крупу, усыпающую землю. Ни на свист, ни на кличку он не реагировал. Видимо, счастье снова очутится на улице было сильнее. Это же дикий зверь.
В общем, они могли достигнуть соглашения, по которому Форест веселится и бегает вокруг, а Кевин просто ходит за ним. Но Алек был против. Он вообще был всегда против прогулов неинтересных тренировок. Вот что значит ответственность и желание заразить этой ответственностью других.
К хозяину волчонок подбегал и, обнюхивая его, убегал обратно. Розери полушагом-полубегом перемещался за ним, держа за поводок. Конечно, прогулка без поводка была бы лучше, но это существо на вольном выпасе они точно не догонят. Кевин уж точно - он привык больше не догонять, а подбивать или подстреливать.
И тут им на помощь пришел резиновый мячик, из все того же зоо-магазина. Форест сразу увлекся игрушкой. Они втроем, будто в трейлере к глупой романтической комедии, побежали по жухлому газону за мячом. Нагнав игрушку, волк стал притормаживать, чтобы точно схватить ее и не щелкать попусту зубами. Кевин перебросил поводок Алеку, а сам, ускорившись, поймал мячик и побежал дальше, выставляя руку с мячом так, чтобы ее видел щенок.
Инстинкт и желание игры не отказали. Тявкнул то ли обидчиво, то ли весело, Форест помчался за хитрым человеком, посмевшим забрать его законную "добычу". Поводок натянулся, заставляя и Алека бежать быстрее.
Впрочем, длилось это недолго. Почувствовав и услышав, как зубы щелкают буквально на его ноге, Кевин кинул мяч дальше. Разочарованно взвизгнув, щенок припустил за вновь убежавшей игрушкой, утягивая за собой хозяина. Розери притормозил, сбиваясь с бега на размашистый шаг, стараясь восстановить дыхание. Из груди сам собой вырывался смех пополам с кашлем от режущего легкие холодного воздуха.

[NIC]Kevin Lightwood[/NIC][AVA]http://s8.uploads.ru/Uu2vL.jpg[/AVA][STA]Are you sure?..[/STA]

+1

13

Алеку все больше пробежка футбол напоминала американский, потому что они по очереди перебрасывали друг другу поводок. Форесту явно понравилось такое развлечение с мячом, да еще когда под лапами зашуршали листья и жухлая трава, припорошенная снегом. Ему явно не хватало прогулок на свежем воздухе. На этой морде даже улыбка появилась. Шкодная, игривая и до умопомрачения милая. Вот такими глазками разбивали сердца. Сердце охотника точно. При этом Лайтвуд понимал, что пока Фор маленький, им можно без опасений гулять. Но чем больше будет становиться волчонок, тем реже их прогулки будут проходить в дневное время. Кто-нибудь да обратит внимание, что это не просто пес. А лишнее внимание им ни к чему.
Форест мчался за мячом, беззаботный, счастливый ребенок. Алек улыбался, напрочь забывая о правильном дыхании. Кажется, со щенком он сам возвращался в то правильное детство, которого ни у кого из них не было.
Охотник обернулся, когда волчонок догнал мяч, и обнаружил отстающего брата. Тот явно решил схалявить, как всегда. На этот случай всегда приходил игрушечный лук, которым Алек вознамерился подгонять ленивца. Так что у Розери получался не просто бег, а бег с уворотом от пластмассовых стрел на липучках. Чем не тренировка? Форест, увидев стрелы, подбежал с мячом в зубах к человеку воззрившись на новую игрушку. Алек дал ему обнюхать одну и запустил стрелу в полет на брата, отпустив поводок. Форест радостно рванул к Кевину, намереваясь отвоевать свою пластмассовую добычу. Теперь их пробежки превратились не в пробежать дистанцию на пределе выносливости, а в игру. И Александра вполне устраивали такие пробежки, когда доставалось всем троим. Главное, не дать Форест юркнуть за забор к соседям. Бегающие по утрам или ночам мужики на заднем дворе за волком не самое безобидное зрелище.
Но дома их ждала задачка посложнее, потому что мыть лапы Фор категорически отказывался, шныряя по душевой и разглядывая все кабинки. Алек успел несколько раз пожалеть, что не переоделся. Гоняться по мокрому и скользкому кафелю чревато даже черепно-мозговой. Этот пушистый уже поставил его на колени, повезло, что не поскользнулся на мыле. Волчонок успел подскочить к Розери и ухватиться за край полотенца, потащив неведомо куда и оставляя охотника в чем мать родила. Алек крякнул с пола, весь мокрый, благо успел куртку стянуть и бросить в прихожей.
— Лови его! — полотенцу пришел крантык, потому что тот был весь в грязи от волчонка, а теперь еще и с дырками, — Давай душ сюда! В следующий раз хрен с поводка спущу! — вот как лечилась излишняя стеснительность — в погоне за питомцем. Лайтвуд напрочь забыл, что краснеет в душевой и вечно опускает глаза в пол. Сейчас все его внимание было занято Фором. И голым братом, как задействованной единицей в поимке щенка. Остальные из душевой ретировались под предупреждающим взглядом Алека. Представления из этого не выйдет. Хотя самому было смешно, пусть и неудобно в прилипшей к телу одежде.
[NIC]Alec Lightwood[/NIC]
[AVA]http://s2.uploads.ru/QMhv9.png[/AVA]

0

14

Алек никогда не давал спуска, даже если легкие дерет, даже если ноги отнимаются, даже если селезенка экстренно стремится покинуть бренное тел. Раньше на помощь приходили пинки, но Александр осознал, что пинать на бегу неудобно. Потом в ход пошли подзатыльники с разбегу, но тут уже Кевин научился вовремя нагибаться (и это умение ни раз спасло его головку от сколков кирпичей, камней, стекла и крошек бетона). И в итоге Алек совместил полезное с наказаниями - он стал бегать с игрушечным луком. Не то чтобы эти стрелы на липучках больно били, но неприятно. Приходилось научиться уворачиваться.
Форесту тоже понравились стрелы. Более того, он тоже возжелал попробовать их на зуб. А так как летели они преимущественно в Розери... Похоже, любимой игрушкой волка станет сам Кевин. И прилагающиеся к нему веселые вещи вроде стрел, мячей, ножей, рук и ног. Забавно. Но не то чтобы.
Дома на них смотрели, как на идиотов. Мокрые, местами грязные, с волком, который вымазался до живота в грязи. Да и сам Розери не был особо чище - его опрокинули на землю, а инерция повозила по ней лицом и животом. В общем, наиболее чистым среди них был Алек. Поэтому ему и доверили мыть питомца, а Кевин, стянув с себя грязный комок, именовавшийся некогда одеждой, пошел в душ. Потому что чихающий снайпер это смешно.
Какое-то время было хорошо, горячая вода смывала бурые потоки с тела и лица, кровь из ссадин выступала маленькими капельками, тоже размазываясь. Из душа все благоразумно убежали, решив, что проживут пару часов без личной гигиены. И следовало бы последовать их мудрости.
Ворвавшийся и поехавший вперед по мокрому кафелю волчонок был похож на Тасманского Дьявола из старого американского мультфильма. Понюхать, попробовать, толкнуть, опрокинуть - зверенок был неумолим, а вода под лапами придавала ему необходимое ускорение и способности внезапно разворачиваться. И если с его пушистостью и весом было не страшно даже врезание в стену, то вот Алеку...
Кевин заметил их, когда выключил воду и понял, что тише не стало. Форест пушистым комком ворвался в спокойный мир и решил, что свисающий край полотенца свисает именно для него. И полотенце тоже для него. Поэтому, схватив его зубами, побежал дальше. С вымпелом. Будто участвовал в Войне за Независимость, не иначе.
В итоге, полотенце его и сгубило. Будто вратарь, но более неуклюже, Кевин смог поймать грязный серый комок, запутав его в полотенце и прижав к груди. Форест брыкался, вывертывался, дергался, пытался даже укусить сквозь ткань. Но из стискивающих тело рук ему выбраться не удалось. Кое-как встав без применения рук и чувствуя, как болит все - начиная от бока, которым он врезался в кафель и кончая головой, пострадавшей по аналогичным причинам - Кевин смог вручить полотенчатый комок с беглецом внутри брату.
В четыре руки они-таки отмыли волчонка, попутно залив водой и грязью и себя, и полотенце, и одежду Алека. Встал острый вопрос: "Куда девать Фореста, чтобы он не убежал до вытирания насухо, если с Алека ручьем течет вода, а Кевин голый?". Немного поразмышляв, братья пришли к логичному вывод - один держит питомца, второй наскоро переодевается. Честь и радость наконец-то надеть одежду выпала Розери. Взяв мокрый серый комок, все еще не оставляющий надежды сбежать на свободу, он стал изображать попытки няшного убийства. То есть, вытирать.
В итоге, из душевой они вышли в полном составе и все, наконец-то, чистые. Даже Форест, как бы ему не хотелось остаться в грязи. Лохматый комок на четырех лапах вполне послушно семенил рядом, лишь иногда задерживаясь у дверей, нюхая, но затем нагоняя Алека снова.
- Я хочу есть...- протянул Кевин, прислушиваясь к зову своего желудка, который заурчал низко и утробно. После такой прогулки это было логично. Впрочем, стрелок всегда хотел есть.- Форест, наверное, тоже хочет... Волки же питаются мясом? Давай ему скармливать тех, кто от пыток умирает?..
Скорее всего, Алек будет против.
Он вообще всегда против всяких забавных кровожадных штук, выговаривая Кевину за отсутствия сочувствия, жалости и вот этих вот всяких штук.
Но предложить же можно.

[NIC]Kevin Lightwood[/NIC][AVA]http://s8.uploads.ru/Uu2vL.jpg[/AVA][STA]Are you sure?..[/STA]

+1

15

Он так и не понял, когда брат успел поймать волчонка, скулящего и тявкающего, вырывающегося и жалобно смотрящего на своего человека. Алек победоносно улыбался, стаскивая с себя куртку, чтобы было удобнее и не задумываясь, что одежду уже как ни крути, а стирать придется. Кевин радовал его с того самого момента, как Форест попал в их дом. Потому что показал себя отличным воспитателем, обнаруживая даже проблески сочувствия и понимания. Он не был потерян для этого мира, чему Лайтвуд молча радовался. Розери любил больше животных, чем людей и существ. Доказать тому, что вторые и третьи также являются частью этого мира, оказалось чрезвычайно тяжело. А еще Кевин любил еду. Это тоже пришлось усвоить. Отголоски прошлого, одиного детства сказывались на психике приемного брата.
— После тренировки не едят около часа, — спокойно напомнил, больше задумываясь над тем, а не стоило ли показать Фора ветеринару? Знакомому ветеринару, какого у него не было никогда. От вопроса Розери у такого же голодного Алека чуть рвотный рефлекс не сработал. Такое в голову могло прийти только Кевину, и он думал, что привык. Не привык.
— Кевин, не навешивай на Фора ярлык «людоед». Волки питаются мясом. Но это не повод придумывать новый вид пыток и способ утилизации тел. Может быть, отцу бы понравилась подобная идея, но в таком случае мне проще выпустить Фора на свободу в лес, чем навязывать подобную судьбу, — Алек вздрогнул при мысли о пожирающем трупы волке. Слишком четкой представала в сознании картинка обезумевшего хищника. Форест создан для добрых дел, иначе он бы не остался в живых.
— Так что, нет, Кевин. Ты ведь ждал этого ответа? Прости, что не удивил, — Алек запустил волчонка в комнату, юркнувшего прямиком под кровать слизывать чужой и неприятный запах шампуня, который Иззи приобрела для него специально в ветаптеке. Лайтвуд пришлось промолчать при виде нарисованных щенка и котенка. Вряд ли существовал шампунь для волков. Лучше, чем ничего.
— Вы идите в комнату, а я посмотрю, что перекусить, — ужин уже давно закончился, их прогулка затянулась на несколько часов, давно стемнело. Кухня пустовала. Из холодильника перекочевали на тарелки оставшиеся тосты и сыр. По сравнению с Форестом, более чем скромный ужин. Потому что…Форесту мясо. Над ним тихо посмеивались, когда вместо того, чтобы дать волку кусок мяса, Алек заботливо его резал на кусочки. Ибо маленький еще хищник-то. Со стороны он казался заботливой мамашей, хоть и частенько с топориком в руках для разделки.
Вернулся в комнату с небольшим подносом, свистнув малышу и сразу поставив миску с его ужином рядом со шкафом. Подал тарелку Кевину и уселся на кровать. Аппетит на этот раз пришел при виде еды, а не при процессе поглощения. Волчонок вместо того, чтобы наслаждаться своим мясом, запрыгнул к Кевину на кровать и жалобно на него смотрел.
— Прям как ты, когда хочешь мармелад, — заметил Алек, жуя свой тост и стараясь не смотреть на Фора, готового на все, лишь бы залезть в тарелку к другому. А вдруг там вкуснее? Охотник только сейчас начинал понимать, насколько круто поменялась его жизнь с появлением в ней щенка. Даже сейчас, вот в эти минуты, когда Фор бегает от одной кровати к другой, маленький ребенок, который вызывает такую волну любви, что даже Розери прошибает. Он сомневался, что его брат любил кого-то больше в этой жизни.
[NIC]Alec Lightwood[/NIC]
[AVA]http://s2.uploads.ru/QMhv9.png[/AVA]

0

16

Живот Кевина не был согласен с тезисом запрета на еду после тренировки. Он вообще был против запрета на еду, но сейчас, после выматывающей беготни и приключения в душе, негодовал вдвойне. Неужели можно лишать растущий организм пищи? И не важно, что вверх он не растет уже пару лет - всегда можно было расти в профессиональном смысле!
- Ну, я просто предложил, братик,- пожал Розери плечами. Он не видел ничего плохого в поедании остатков. В конце концов, ни все равно их сжигали или, если те не горели, закапывали или топили, иногда даже в кислоту опускали. А так была бы еда для питомца. Но раз хозяин сказал нет, значит нет. Ему, наверное, лучше знать.
Но Алек все же разрешил поесть и даже сам ушел набирать еды. Это было умным решением - Лайтвуд-младший бы еду до комнаты не донес. А тут шансы есть.
Форест негодующе пытался стереть с себя неприятный запах и ощущение мокрой шерсти. Теперь он был похож на недовольный комочек пуха или пыли, который сидел под кроватью и тихо моргал своими зелеными глазами. При свете лампы это не пугало, но ночью такое видеть в полусне точно не хотелось бы.
- А ты милый...- рассеянно сказал Кевин, глядя на их нового "соседа".- Как братик. Милый, но с клыками.
Форест под кроватью тихо рыкнул, то ли реагируя на интонацию голоса, то ли говоря что-то свое. Возможно, он был против того, чтобы быть милым. В конце концов, волк же не должен быть милым. Опасным, одиноким, ночным. Но не пушистым и ходящим на поводке.
Поразмышлять о судьбе животных дальше и уснуть окончательно не дал Алек и аромат еды, которую он с собой принес. Пахло мясом, но сырым. И это не предназначалось людям. Людям Лайтвуд принес тосты и сыр. Взгляд Кевина стал осуждающе тяжелым. После такой тренировки есть надо было немного больше, чем дневная порция какой-нибудь птички. По крайней мере, так считал сам Кевин, который знал, что ему этого не хватит и всю ночь он будет лежать голодный.
- Почему Форест ест лучше, чем мы?..- пробурчал Розери, засовывая кусок оторванного тоста в рот и недовольно жуя. Хлеб тоже не был доволен этой судьбой и вместе они были разочарованы миром. Но Форест не разделял тлен и уныние. Запрыгнув на кровать, он жалостливо смотрел, прижав маленькие ушки к голове. Кевин демонстративно отвернулся, переложив свою тарелку подальше. Если у него отнимут и эту скудную еду, то придется питаться сырым мясом. Да, вредно. Но сытно.
- Неправда, я... Я так не делаю, братик,- пробурчал младший, чувствуя, как к щекам приливает кровь. Он потрепал Фореста по макушке и ласково столкнул с кровати. Волчонок, стуча коготками по полу, побежал узнавать, чем питается хозяин. А потом снова вернулся. Это было очень мило и вызывало странные эмоции, начиная от желания поймать этот комок шерсти и затискать до смерти и кончая смущением и стеснением. Неужели у всех, кто заводит животных, вот так?..
Доев и убрав тарелку на тумбочку, от греха подальше, Кевин поймал волчонка поперек туловища. Тот забрыкался, недовольно мотая мордашкой, но его отнесли до миски и ткнули в нее буквально носом.
- Цени свое счастье и ешь мясо. А то его съем я.
Форест, наконец, оценил содержимое собственной миски и комнату заполнило причмокивание, тяжелое сопение и прочие звуки утоляющего голод животного. Миска, шатаясь, царапала пол с шуршащими звуками. Кевин фыркнул и вернулся на собственную кровать, залезая на нее с ногами и глядя на брата.
- Ты очень заботливый, братик... Даже слишком. Для Охотника...- он наклонил голову, как птичка на жердочке.- Но ты милый. Прямо как Форест - милый, хотя должен был быть смертельно опасным. Я тебя люблю, братик.

[NIC]Kevin Lightwood[/NIC][AVA]http://s8.uploads.ru/Uu2vL.jpg[/AVA][STA]Are you sure?..[/STA]

+1

17

— Делаешь, —  внезапно улыбнулся, впервые увидев румянец на щеках брата. Когда это Кевин вообще смущался? Да никогда на памяти Лайтвуд. Ему не составляло труда залезть на чужую кровать, выкинуть ненужные по его мнению вещи на середину комнаты, смотреть по ночам на соседа по комнате и тем самым пугать почти до смерти, бродить по дому и откровенно шантажировать особо провинившихся своими наблюдениями, которые превращались в компромат.
Пушистый комок оказался теперь уже на постели лучника, но он лишь наклонился к щенку, давая почувствовать на щеке мокрый нос. За «поцелуй» Фор так ничего и не получил, потому решил снова попытать сомнительного счастья у Розери. «Человеки» остались неумолимы, слопав все, что было на тарелках и оставив волчонка с тем, что у того было в миске. С помощью воспитательного пинка снайпера. Алек удовлетворенно хмыкнул при виде чавкающего Фореста и чуть не поперхнулся от слов Розери. Вот уж умел он заставать врасплох своими словами. Они сколько уже живут в одной комнате? Три года? А Кевин продолжает такое выдавать, хоть стой, хоть падай. Иногда казалось, что он говорит то, что другим сказать не под силу из-за сдержанности или смущения.
— Я т..тоже, — он проглотил последний кусок тоста, смотря на Кевина, — Я не заботливый, просто в семье так и должно быть. Это нормально, Кевин. Заботиться о родных, — очевидные вещи. Он не стал спрашивать его о родной семье, побоявшись задеть и напомнить об их смерти. Впрочем, страдающего Кевина Лайтвуд тоже никогда не видел. Разве только, когда тот был голодным или они проходили мимо магазинов с мармеладом. Тогда вселенскую боль не победить. В такие моменты Кевин становился похож на того самого ребенка, какого никому не показывал. Мармелад можно назвать его слабостью.
Алек поставил тарелку на единственный стол. Взялся за свой чехол и выудил из кармашка фотографии, которые нашел в Лесу. А ведь Кевин в каком-то смысле похож на Илая. Только выжил, и родителей его убили СФ, а не свои же из-за тупого и жестокого правила. За то время в дороге он успел рассмотреть их сотни раз, чтобы запомнить лицо главы семейства. По словам майлинга тот был жив.
Он забрался на свою кровать, держа фото и пряча их под подушку. Улегся боком, чтобы видеть Розери.
— Мне нужно найти одного человека, но я даже не знаю, как его зовут. И жив ли он, — лучник потер глаза, в которых то и дело стоял мальчик с мертвенно бледными обветренными губами. Вернуть эти фото владельцу. Обязательно нужно….
— Там в Лесу, я видел одного человека, — Алек прикрыл глаза. Существ, много существ, — Пообещал ему помочь, но не представляю, с чего начать. Обычно такие семьи должны быть на слуху. Мне нужно…обязательно нужно, — и уснул при включенном свете.

*   *   *
Утро, как обычно, началось не с кофе. А с Фореста, поскуливавшего и скребшегося в дверь. Алек приоткрыл один глаз, смотря на пушистый комок, которому стоило только дать понять, что хозяин проснулся, как тот решился потявкать впридачу. Он посмотрел на комок под одеялом на соседней кровати. Жалко как-то будить. За окном еще темно, но часы показывали около начало шестого утра, и первые лучи пробивались сквозь тучи. Весна в Англии наступала незаметно. Он уснул вчера прямо в одежде после того, как притащились с задания.
Алек поднялся, стараясь бесшумно собраться на пробежку, в кои-то веки решив пожалеть Розери и компенсировать тем самым вчерашний забег по улицам сном. Только вот Форест решил по-другому, потянув его покрывало за уголок. Он же просидел весь день один, и теперь жаждал внимания.
— Фу, Фор, нельзя так, — зашептал строго, вызывая у волчонка еще более игривое настроение, потому что тот аж затанцевал на месте. За эти несколько месяцев волчонок вымахал будь здоров, и теперь топот лап был слышен более отчетливо. Алек оттащил его за ошейник под скрежет когтей о пол. Форест рвался и гулять и к Кевину, которого еще не успел облобызать. Возня в комнате становилась громче, как и ругательства Александра.
[NIC]Alec Lightwood[/NIC]
[AVA]http://s2.uploads.ru/QMhv9.png[/AVA]

0

18

Быть заботливым. Звучит, кажется, легко, но никто не может пояснить, как это. Все мнутся, мямлят, говорят что-то вроде "ну это значит заботится... быть ласковым и внимательным... ой, отстань". Но не поясняют. Ласковым? Обнимать людей, трогать их, кутать в одеяла и что там еще делают матери из рекламы Киндер-сюрприза? Почему-то в реальности это не нравится. Внимательным? Куда уж внимательнее - он следил за всеми. Правда, им это тоже не по душе. Так как это - быть заботливым?..
В семье Розери заботу не выделяли отдельным пунктом. Она была ненавязчиво, грубой и дерганной, вроде поправления приклада, чтобы неумелому ребенку не вышибло отдачей плечо, накрывание одеялом по ночам, покупки конфеты за убитого голубя. Что-то очень простое, но напуганное. Кевин, спустя годы, не винил мертвецов - они больше думали о том, как выжить или просуществовать, пока ребенок не станет достаточно самостоятельным. Им было не до заботы. Но теперь он сам не мог выйти из этого ограниченного круга нервозности в попытках показать свои чувства. Его не учили в детстве, он не видел примеров у других семей. Что-то ему привила школа, что-то он подчерпнул от Алека. Но это явно мало для его возраста.
Хотя Алек был, без сомнения, кладезем эмоций, заботы, мыслей, беспокойств, волнений, переживаний и всего того, что пригодилось бы Марии Терезе, а не Охотнику. Он умудрялся думать об всех. О семье, о друзьях, теперь еще и о питомце, регулярно об их жертвах и даже о каких-то совершенно левых людях. В этом брат казался трогательно милым, вызывая внутри какое-то щемяще приятное чувство, переполняющее грудь, как гелий - воздушный шарик.
Бормотание брата скатилось в что-то непонятное, а затем и вовсе стихло. Выровнявшееся дыхание подсказало, что он уснул. Кевин тихо встал, выключил свет и, даже не пнув в темноте новое пушистое тело в их комнате, лег на кровать, глядя на спящего, чей абрис тонко очерчивался лунный светом, проникающим сквозь узкие щели в шторах. Так он и пролежал половину ночи.

* * *

В те весьма редкие случаи, когда у Розери не было бессонницы, спал он все равно тревожно. Касания и звуки заставляли его сны обрываться, вдыхая в расслабленное тело жизнь резким ударом под дых. И это весеннее утро не было исключением.
Он тихо выдохнул, открывая заспанные глаза. Вокруг были промозглые сумерки не расцветшего утра, а за спиной слышалось царапанье когтей об пол, гулкие шаги и топанье, а также тихие ругательства. Привычные звуки для утренних прогулок с Форестом, когда он еще не решил, точно ли хочет гулять или и дома пока прекрасно. Розери тихо вздохнул, понимая, что сейчас поднимут и его, за компанию. Рука брата потрясет за плечо или килограммы волка прыгнут на ноги, шутливо кусая за руку на одеяле. Хоть в перчатках для соколиной охоты спи, чтобы не ходить покусанным.
Вот сейчас.
Ну сейчас-то точно.
- "Про меня забыли?.."- подумал Кевин и перевернулся лицом к комнате. Алек во вчерашней мятой одежде тащил Фореста за толстый ошейник в сторону двери.
- Братик, ты сбегаешь?..- картина была очень похожа. Возможно, даже правдива. Узнать точно не получилось, потому что вымахавший за зиму волк, услышав, что третий член их небольшой стаи проснулся, вырвался из рук хозяина и, как лосось на нерест, сиганул на кровать.
Воздух из легких выбило мгновенно. Холодный нос ткнулся куда-то в подставленную ладонь, шершавый язык стал вылизывать руку. Кевин смог вдохнуть и, собрав внутренние силы, столкнул с себя Фореста на пол.
- Пора на пробежку-у!.. - голосом, полным "неуемного кевинского энтузиазма", проговорил Розери, вылезая из кровати. Вчера он, превозмогая усталость, смог снять с себя только куртку и штаны, а вот футболка осталась за пределами его сил после бега с тремя килограммами винтовки, бьющими по спине. Поэтому к прогулке он готов был меньше Алека.
- А почему ты не разбудил меня, братик?..- между делом, натягивая джинсы, спросил Розери. Конечно, иногда они пропускали дни пробежки, но обычно это было по обоюдному согласию. Заключающемуся в том, что они не могли встать в шесть.

[NIC]Kevin Lightwood[/NIC][AVA]http://s8.uploads.ru/Uu2vL.jpg[/AVA][STA]Are you sure?..[/STA]

0

19

Кевин застал их как раз в тот момент, когда волчонок ни в какую не собирался никуда уходить, да еще отдавать чей-то ботинок, а Алек застыл в руках со шнурками и ошейником, что явно не прибавляло ему шансов победить в этой неравной борьбе с мохнатым братом. Оба застыли на своих местах в эпичнейших позах. Лайтвуд виновато обернулся на парня, которого все же разбудила перепалка местного масштаба. Разборки в комнате приобрели масштаб утреннего злодеяния, пусть и неумышленного. Отобрать ботинок удалось только потому, что Фор, бросив вкусную по его мнению обувь, помчался встречать разбуженного Кевина. Пожелать доброго пушистого утра, как называл это Алек.
— По утрам не сбегают, Кевин, — отозвался старший брат и уселся прямо на полу, вытирая от слюней ботинок рукавом, — Как обычно. Но я думал, ты поспишь еще немного. Извини, что разбудил. РазбудиЛИ, — последний слог он произнес с нажимом, схватив волка за холку и потрепав, уворачиваясь от зубов, больше напоминавших пасть голодного чудовища. Сам Алек выглядел так, будто на нем всю ночь спал Форест. На щеке отпечаток от подушки, волосы в разные стороны, он ведь даже умыться не успел, пока боролся с волком, который в свою очередь пытался заразить всех позитивом и своей нескончаемой энергией. Оставалось загадкой, как пушистому удавалось спать столько же, а выглядеть лучше всех.
— Да, Кев....— не смог сдержать зевка, утопив в нем окончание имени и управившись с обувью, поднялся с пола. Алек поежился и еще сильнее взлохматил свою шевелюру, оценивающе окидывая взглядом сонного брата и рассчитывая сколько придется того ждать.
— Мы подождем тебя на улице, — улыбнулся, придерживая за прицепленный к ошейнику поводок и тормозя волка. Тот рвался на улицу, а вот его хозяин не очень. Первый недоумевал, второй представлял утреннюю холодину, но они двигались в неотвратимо направлении. На улице как обычно. Ничего нового. Та же мерзопакостная погода, то дождь, то снег, но теперь заметно меньше. Теперь в воздухе витало нечто неуловимое, как обычно бывало в начале весны. А еще у Форест теперь были всегда грязные лапы.
Алек спустил его с поводка во двор, с улыбкой смотря, как волчонок, вымахавший за несколько месяцев, бороздит остатки снега и смешно фыркает, зарываясь в него носом, кусая и подкидывая вверх. Смешной. Ребенок. Алек вдруг посмотрел на входную дверь, потом на шкодничающего волка, и юркнул за угол дома, где еще лежал снег. За все время ему никогда не приходило в голову эта ерунда. Наверное, потому что они с Иззи видели игру в снежки только на расстоянии. Тогда они попытались поиграть, но отец запретил заниматься баловством.
Снег хрустел под пальцами и таял, пока он пытался сделать снежок. Обыкновенный снежок, первый, после того неудачного в детстве. Пальцы немели и не слушались, но у Лайтвуда горел азарт в глазах. Он спрятался за углом в ожидании Розери, надеясь, что Форест не выдаст его, увлеченный обнаруженными под слоем снега прошлогодними листьями. Послышался щелчок замка. Лучник встал прямо за нее и увидев брата, запульнул ему в спину. Снежок легко стукнулся в спину Кевина и рассыпался на миллионы снежинок.
— Это штрафной за ожидание! — Алек засмеялся, побежав к Форесту и оглядываясь — вдруг брат решит отомстить. Получится весело, но не уверен, что Кевин когда-то играл в снежки. Но если он ходил в обычную школу, то может быть, мальчишкой гонял с другими детьми и также обстреливался. Слишком наивно и глупо для охотника.
[NIC]Alec Lightwood[/NIC]
[AVA]http://s2.uploads.ru/QMhv9.png[/AVA]

0

20

Брат мило не хотел его будить. Потому он брат и он милый. Еще одно, сотое или миллионное, проявление его заботливой и милой натуры. И почему он не родился какой-нибудь тепличной фиалкой?..
Не разогретые и не проснувшиеся мышцы неохотно натягивали ветровку, шнуровали кроссовки и застегивали молнию. Был великий соблазн завалится на кровать и заснуть снова, но чувство долга, в первую очередь перед Алеком, тянуло на улицу. Тяжелым и толстым якорем. Потоптавшись и решив, что оружие брать все же не стоит, Кевин со вздохом вышел из комнаты и, заперев ее и засунув ключ в карман, побрел по коридору на выход.
Дом еще спал, даже на кухне было тихо и спокойно. В такие секунды, темные и пустынные, казалось, что все вымерли. И они остались жить вдвоем, в огромном особняке, довольствоваться компанией друг друга и Фореста. Такое щекотное, тяжелое, но одновременно и легкое чувство.
Дверь на улицу скрипнула, открываясь и принося глоток холодного, промозглого воздуха. Хоть и наступила весна, погода практически не сменилась. Разве что вместе снега стало пахнуть талой водой, а из-за сошедших сугробов - прошлогодней палой листвой. Тяжелый запах смерти, перемешивающийся с жизнью.
Кевин закрыл за собой дверь и вышел на крыльцо, пряча руки в карманы и оглядываясь в поисках брата. В спину внезапно прилетело что-то, заставив вздрогнуть и машинально шагнуть вперед, одновременно оборачиваясь в сторону кидающего. Остатки снежной трухи сползали по спине, заставляя неуютно поводить лопатками.
- Братик, что ты?..- он недовольно наморщился, но тут его взгляд упал на остатки снега, сохранившие очертания человеческих пальцев. Снежки?
Память воскресила не самые приятные моменты. Зима, снежная, как бывало редко, играющая у школы детвора. Они обстреливали снегом всех, кого-то в шутку, а кого-то со злобой. Подбрасывали снег пригоршнями, осеняя учителей снежной пылью, припугивали девчонок и младшеклассников парой-тройкой снежков, закидывали одноклассников до мокрых курток и сбитых шапок. Но именно Розери тогда прилетело куском льда в голову. Родителям он не нажаловался, понимал, что бесполезно. Но неприятное ощущение от снежков и игры с ними осталось. Темный, мрачный осадок.
Он сгреб рукой снег, сминая его во что-то явно не круглое, а больше циллиндрическое. И кинул, больше для поддержания веселого настроения Алека, нежели из реальной забавы. Но, как всегда, сработал закон подлости и снежок, который определенно не должен был попасть, угодил прямо в бок бегущего брата.
Лицо Розери тут же отразило всю гамму эмоций, обычно описываемых словом "упс".
- Эмм... Это все Форест!- он отряхнул руки и спрятал их за спину. Волк ничего не понял, поэтому, помахав хвостом, стал прыгать между обоими хозяевами, намекая на игру в мяч, палку или что-либо другое. Хотя бы в догонялки.

[NIC]Kevin Lightwood[/NIC][AVA]http://s8.uploads.ru/Uu2vL.jpg[/AVA][STA]Are you sure?..[/STA]

0


Вы здесь » Special Forces » 2000-2020... » Feels like the first day of my life